Желтый кирпич, черный шрифт. Прецедент A-Station как кейс работы с наследием

Одно из заметных событий года в архитектурно-дизайнерской сфере, фестиваль PROSTONEBA, на этот раз состоялся в новой столичной локации — в пространстве A-Station, «обнявшем» Арсенальную площадь в Киеве, и открывшем для пешеходов территорию бывшего военного завода «Арсенал». Новейшая история A-Station началась в 2019 г. с Kyiv Food Market в заводском цеху постройки XVIII в. и продолжилась открытием площадки Марди Гра, серии кафе, ресторанов, коворкинга Creative State of Arsenal, образовательных платформ «Освіторія Хаб» и TUMO Kyiv.

Качественное публичное пространство обычно говорит само за себя, а люди голосуют ногами. Если судить по тому, как проголосовали киевляне — оценка высока. Но если мы хотим узнать слагаемые успеха, надо обращаться к персоналиям, которые стоят за проектом. Особенно если учесть, что его можно назвать прецедентным в плане работы с историческим наследием.

Фестиваль PROSTONEBA 2021 состоялся в новой столичной локации — в пространстве A-Station. В лектории выступили в том числе архитекторы, работавшие над реновацией цехов бывшего военного завода «Арсенал» и здания военной комендатуры на Арсенальной площади. Фото: А Development
Фестиваль PROSTONEBA 2021 состоялся в новой столичной локации — в пространстве A-Station. В лектории выступили в том числе архитекторы, работавшие над реновацией цехов бывшего военного завода «Арсенал» и здания военной комендатуры на Арсенальной площади. Фото: А Development

На территории A-Station расположены пять (!) памятников архитектуры, причем один из них — здание комендатуры на Арсенальной площади — памятник архитектуры даже не местного, а национального значения. Итог реновации наглядно опровергает миф о невозможности осуществить в условиях непрозрачного и забюрократизированного украинского законодательства успешный с финансовой точки зрения девелоперский проект. О кейсе, от реализации которого выиграли инвесторы, резиденты, город и жители, PRAGMATIKA.MEDIA уже писала в «инвестиционном» 32 томе. О проектировании не только самой архитектуры, но в том числе командных связей и внешних отношений нам рассказали архитекторы Татьяна Лысюк и Андрей Пашенько.

Татьяна Лысюк

«То, что вы видите – лишь верхушка айсберга»

главный архитектор девелоперской компании А Development

Начиная с середины XIX века, когда арсенальные мастерские перевели в казематы киевского военного форта, заводская территория была закрытой для киевлян. После банкротства завода «Арсенал» в 2009 г. дальнейшая судьба цехов и оставшейся в наследство от крепости военной комендатуры не раз обсуждалась на совещаниях в КГГА, Главархитектуре, Минкульте. Несмотря на то что с каждым годом состояние строений ухудшалось, казалось, что компромиссное решение, которое устраивало бы инвесторов, городскую власть и множество охранных инспекций, будет достигнуто не ранее, чем «неудобная недвижимость» саморазрушится.

Роль общественности в диалоге была ничтожной. Впрочем, никто и не претендовал: киевляне настолько привыкли к наличию зоны отчуждения в самом центре столицы, что даже не предполагали, что когда‑то смогут использовать ее как общественную. Своего рода пример выученной беспомощности. Начало строительных работ на территории бывшего «Арсенала», а затем открытие Kyiv Food Market, сохранившего свой аутентичный «производственный» шарм, стало первыми фрагментами сложного пазла, новой когнитивной городской карты. Этим летом формат масштабного проекта A-Station проявился уже отчетливо. Достаточно много информации об этапах реализации было озвучено во время лекций в рамках фестиваля PROSTONEBA. Но о деталях стратегии PRAGMATIKA.MEDIA рассказала в эксклюзивном интервью Татьяна Лысюк, главный архитектор девелоперской компании А Development.

Сложная геометрия пространств здания бывшей комендатуры стимулировала проектировщиков к поиску оригинальных решений. Фото: Юрий Ферендович

PRAGMATIKA.MEDIA: Собственно строительные работы на локации заняли всего пару лет. А ведь речь шла о большом объеме реставрации и целом комплексе зданий, в том числе со статусом памятников архитектуры. Нам так часто объясняли, что любая работа с наследием требует чуть ли не десятилетий, что мы и сами в это поверили. В чем секрет стремительности A Development в реализации столь сложного проекта?

Татьяна Лысюк: Для меня A-Station — проект протяженностью в три с половиной года. Приходя к нам на локацию сейчас, посетители видят и оценивают комфортное, атмосферное пространство, отреставрированные исторические здания. Но это лишь верхушка айсберга.

С чего начинается проект для нас, как для девелопера, когда мы заходим на площадку? В первую очередь с оценки рисков, выяснения градостроительных ограничений. Затем начинаем разрабатывать концепцию развития участка и территории. На основе концепции рассчитывается финансовая модель. Далее девелопер переходит непосредственно к стадиям проектирования: эскиз, проект, рабочая документация. Параллельно ведутся переговоры с потенциальными арендаторами.

В партнерстве с UDP под управлением Quarter Partners мы развиваем проект A-Station по тому же принципу.

Резиденты комплекса — это наиболее сильные игроки рынка, каждый из которых уникальный в своей сфере. A-Station — это история про их синергию и взаимодействие, где каждый дополняет и усиливает друг друга.

Среди резидентов A-Station представлены крупнейшие сети ресторанов TARANTINO family, Bulldozer Group Ukraine, Холдинг емоцій «!FEST», Макдоналдс. Фото: Юрий Ферендович

Р.M.: Со стороны кажется, что все произошло почти молниеносно и как‑то очень легко.

Т. Л.: В Европе и мире редевелопмент исторических территорий не является чем‑то уникальным. В Украине же мы в каком‑то смысле первопроходцы в этой сфере. Поэтому для нас очень важно задать правильный формат в подходах к развитию города.

К примеру, корпус здания Kyiv Food Market, памятник местного значения, в свое время хотели снести в ноль и построить 7‑этажное здание. К сожалению, это стандартный подход большинства застройщиков. Ну что, по сути, для девелопера пятно застройки в одну тысячу квадратных метров? Конечно, у большинства возникает желание построить что‑то более масштабное, заработать быстро и побольше. И здесь важна личная позиция девелопера и соинвестора, готовность к «длинным» инвестициям, чувство ответственности перед городом и понимание сути того, к чему он стремится. Kyiv Food Market мы развивали за счет пересмотра функциональности и эргономики внутреннего пространства, сохранив при этом исторический облик промышленного здания, увеличив полезную площадь почти вдвое. И несмотря на скепсис игроков рынка, именно такой подход, как раз и сделал этот объект таким привлекательным в глазах киевлян и туристов.

Общественные пространства A-Station можно использовать как для деловых, так и для неформальных встреч. Фото: Юрий Ферендович

Р.M.: Пространства наполняются жизнью благодаря людям, и часто инвесторы стараются привлекать в качестве резидентов представителей креативных отраслей. Существовал ли какой‑то отбор, конкурс для A-Station? Какой‑то громкой рекламной кампании вроде бы не было, и со стороны все выглядело как волшебство — в один момент все многочисленные кафе и коворкинги просто открылись.

Т. Л.: Здесь представлены крупнейшие сети ресторанов: TARANTINO family, Bulldozer Group Ukraine, Холдинг емоцій «!FEST», Макдоналдс; два креативных образовательных пространства «Освіторія Хаб» и Tumo Kyiv, наиболее востребованный на рынке коворкинг пространств Creative States. Никакой рекламной кампании, конечно, не проводилось. Были личные коммуникации с каждым из резидентов. Определив для себя желаемый набор функций для A-Station, мы обращались к наиболее сильным игрокам рынка. К примеру, Creative States — один из немногих коворкингов с вакантностью всего в 2 %. Это чисто техническая вакантность, в отличие от других коворкингов на рынке, которые за время карантина сильно просели. И сейчас ребята расширяют свою локацию в следующем корпусе до 7 тыс. кв. м.

Р.M.: Стиль нового пространства — желтый кирпич, черный шрифт. Кто разрабатывал дизайн-коды для A-Station — вывески, навигацию, малые формы? Должны отметить, что они получились крайне тактичными и не затмевают архитектуру. Обычно каждый из резидентов требует, чтобы его реклама и вывеска была поярче, в итоге на улицах у нас сплошной визуальный хаос. Как вам удалось предупредить подобное?

Т. Л.: A Development — автор концепции. И все то, что вы видите — вывески, малые архитектурные формы, лавочки, осветительные приборы и т. д. — разрабатывали мы сами с помощью генпроектировщиков. Мы всегда держим в голове ту картинку, к которой стремимся. Она отражена в визуализациях, в предпроектной документации. Мы представляли наше видение будущим резидентам. Поскольку все они осознавали важность и знаковость локации, ни у кого не возникало бурного сопротивления нашим кодам и требованиям, которые мы предъявляли к вывескам и к оформлению летних площадок. Все операторы шли нам навстречу и готовы были уступать в айдентике, чтобы создать целостный комплекс.

Сводчатые потолки в здании бывшей комендатуры потребовали кропотливой реставрации и усиления. Фото: Юрий Ферендович

Р.M.: Уже прошли первые испытания реальностью: Kyiv Food Market работает почти два года, A-Station приняла архитектурный фестиваль. Что проектировщики отметили для себя, какие выводы сделали?

Т. Л.: Безусловно, мы делаем для себя выводы, опираясь на новейший опыт, и что‑то изменяем, корректируем на следующих этапах. Если вдаваться в детали, то, к примеру, сначала мы прокладывали ливневки открытого монтажа, а если вы посмотрите на площадь перед комендатурой, то там скрыли трубы под мощением.

Когда мы только открыли Kyiv Food Market, к нам обратились из Офиса Президента с предложением провести там пресс-конференцию Владимира Зеленского. Для нас этот запрос был неожиданностью. Но все получилось. Или же — этой зимой к нам обратились организаторы фестиваля PROSTONEBA. Подобные обращения и предложения, которые поступают органическим путем, — подтверждение, что мы движемся в правильном направлении. В будущем планируем расширять ивент-функцию и уже ведем диалог с исполнительной властью о расширении локации. Хотим интегрировать в A-Station конгресс-холл, ивент-арену, возможно, музей современного искусства, гастромаркет, дополнить это место объектами, в которых нуждается город.

Р.M.: Когда все работы над проектом на Арсенале можно будет считать полностью завершенными?

Т. Л.: Уже осенью мы откроем паркинг на 100 мест. Он будет находиться в части одного из исторических корпусов. Сделать подземную парковку было невозможно по техническим причинам, поэтому мы пошли по пути автоматизированного многоуровневого паркинга. Мягко говоря, нестандартный подход девелопера к решению вопроса паркомест в центре города для нашей страны. Мы осознаем важность решения вопроса возросшего в разы трафика и в то же время стремимся, чтобы площадь между корпусами была исключительно для пешеходов.

Также осенью мы планируем открыть вторую очередь Creative States и завершить работы по благоустройству арсенальной площади, в частности, обустройству сухого фонтана с тыльной стороны здания метро.

Следующий этап — новое строительство за комендатурой — объект с самой большой крытой галереей в Украине в 3 тыс. м2. Супермаркет, рестораны, бизнес-центр класса A и апартаменты. Это планы на ближайшие три года.

Резиденция образовательной платформы TUMO Kyiv в здании бывшей комендатуры. Фото: Юрий Ферендович

Р. M.: Кстати, на фестивале PROSTONEBA вы рассказывали о том, что украшением Арсенальной площади станет уникальный фонтан. Можно о нем подробнее?

Т. Л.: Ведутся работы по строительству светомузыкального фонтана на 28 форсунок. Фонтан будет «сухой» — без пруда, резервуар для воды находится под мощением. Такой формат наиболее удобен для публичных городских пространств, поскольку в выключенном состоянии он может использоваться и под другие функции, например, зимние ярмарки или как пространство для временных выставок арт-объектов.

Р.M.: Насколько надежным он будет? Фонтан на Почтовой площади, которому так радовались киевляне, к сожалению, большую часть времени не функционирует.

Т. Л.: Оборудование для нашего фонтана — от немецкой компании OASE. Это крупнейший производитель и поставщик не только в Европе, но и в мире. С 65‑летним опытом. И что важно — они предлагают качественный постгарантийный сервис. Все это и стало главными критериями при выборе поставщика.

Р. M.: Пришлось ли в процессе работы над общественными пространствами реконструировать городские коммуникации? И кто будет обслуживать паблики? Собственник разделит эти расходы с городом или они полностью ложатся на него?

Т. Л.: На данный момент в рамках работы на локации мы благоустроили около 17 тыс. кв. м городской территории. И это, безусловно, включает в себя и ремонт коммуникаций. Ведь что такое благоустройство? Это значит снять весь старый слой тротуарного покрытия, провести все технические работы — новую гидроизоляцию, новую бетонную подготовку, ливневку, щелевые лотки и т. д. Это пересмотр серии старых решений, когда‑то реализованных коммунальными службами города. И если девелопер выполняет подобные работы для города за свой счет, то он должен отдавать себе отчет в том, что управление и эксплуатацию ему придется взять на себя.

С одной стороны, может показаться, что некоторые решения слишком дорогие, ведь можно было проектировать ливневки попроще, не укладывать клинкер стоимостью в 30 евро за кв. м, а использовать ФЭМ. Но мы предпочли сразу инвестировать в долговечные решения и учесть стоимость их эксплуатации. У А Development есть своя служба эксплуатации, которая следит за всем, что происходит на локации, и отвечает за уборку территории, полив деревьев, газонов, вывоз снега и т. д. Кроме того, мы отвечаем за все зеленые насаждения на локации. Если с ними вдруг что‑то произойдет — заменяем за свой счет.

Никольские ворота после завершения реставрационных работ. Фото: А Development

Р. M.: Вы взяли на себя очень ресурсоемкие обязательства. Сознательно?

Т. Л.: Невозможно реализовывать подобные проекты в городской исторической среде, оставаясь при этом равнодушным к разрухе вокруг. Сегодня ты приезжаешь на метро, выходишь и попадаешь в красивую, европейскую среду. Скоро появится наземный переход через улицу Грушевского, который сошьет воедино Арсенальную площадь и паблики по улице Московской. Поэтому да, необходимо мыслить шире, чем диктуют границы землеотвода. В масштабах восприятия территории в целом.

Андрей Пашенько:

«Разрушить миф — спасти памятник»

архитектор, основатель Творческой Архитектурной Мастерской А. Пашенько

«Если бы два года назад меня спросили, с чего начать экскурсию по Киеву, то мой ответ был бы совершенно иным. Сегодня я порекомендую: начнем с Лавры, пройдем через Парк Славы, выйдем на террасу, чтобы оценить структуру города, а теперь отправимся к бывшему заводу «Арсенал», где можно много интересного увидеть!» — так архитектор Андрей Пашенько начал свое выступление на фестивале PROSTONEBA.

Проектировщикам Творческой Архитектурной Мастерской А. Пашенько достался самый сложный сегмент работы в рамках проекта A-Station. Здание, знакомое киевлянам как военная комендатура, было построено в середине XIX в. по проекту Ивана Таманского. Оно внесено в реестры как памятник фортификационной архитектуры национального значения и часть комплекса оборонительных сооружений Киевской крепости. Знаменитые Никольские ворота, два высоких арочных проема, когда‑то были главным въездом в Киев. Полтора столетия в здании располагались военные, но в 2007 г. Киевсовет продал участок под зданием частному инвестору. Собственник с тех пор несколько раз сменился.

После возведения на земле, изъятой у Министерства обороны, 24‑этажной высотки (Грушевского, 9А) и негативного общественного резонанса, в КГГА стали крайне щепетильно рассматривать все предложения, касающиеся здания комендатуры и возможности нового строительства между ним и домом на Грушевского.

Никольские ворота — часть Киевской крепости и главный въезд в Киев в середине и конце XIX века

«На этой площадке предлагалось возвести и 26 этажей, и 12 этажей… И была другая группа девелоперов, которая сказала: «А давайте начнем с переговоров с историками! Какая охранная зона у этого памятника на сегодняшний день? Какой может быть высота нового здания, чтобы проекту дали зеленый свет? Можно ли изменить функцию для здания комендатуры?» — Андрей Пашенько считает, что правильно сформулированные вопросы и позволили разработать грамотную стратегию.

«Мы входили в это здание — еще закрытую для посторонних военную комендатуру — оштукатуренное, покрашенное в красную краску. Реставраторы объяснили нам, почему здание выделялось на фоне типичного старого Киева из светло-желтого кирпича. Всегда говорили: «Вот местечковый Киев — желтый, не то что Москва — красная!» В тот период считалось модным отштукатурить кирпич, покрасить здание в красный цвет, сделать белые арочки, и гордиться — вот, мы почти Москва. Так комендатура стала красной. А мы решили обнажить и отреставрировать киевский кирпич».

На сегодня первый этап проекта — реставрация памятника архитектуры (экс-комендатуры) завершена. В конце июля были подписаны документы по вводу в эксплуатацию.

PRAGMATIKA.MEDIA решила выяснить у Андрея Пашенько не только детали концепции, но и найти ответ на главный вопрос — как именно удалось достичь компромисса между инвесторами, компанией A Development и представителями институций по охране памятников. Может ли данный кейс стать дорожной картой реновации для множества ценнейших образцов киевской архитектуры?

PRAGMATIKA.MEDIA: Ваш проект на Арсенальной опровергает миф, что девелоперам нет никакого смысла связываться с памятниками архитектуры, поскольку с ними ничего невозможно сделать. Как вам удалось пролоббировать смелые проектировочные идеи?

Андрей Пашенько: Еще около 4 лет назад мы начали работать над концепцией для этой площадки под началом другого девелопера. Но на тот момент ни у кого не было уверенности в успехе, и, возможно, определенной смелости у клиента. Поэтому ничего не свершилось.

А на этот раз движение началось с расширенного совещания с участием представителей всех инстанций и охранных организаций, на котором мы представили тщательно подготовленную дорожную карту. Для ее разработки мы привлекли к сотрудничеству Наталью Дыховичную, главного архитектора проекта института «УкрНДІпроектреставрація». Кроме нее работала еще целая команда специалистов, они искали информацию в архивах, занимались обоснованиями. Нам удалось получить оригинальные авторские чертежи из архивов в Санкт-Петербурге, по которым строилась эта комендатура. И на их основе мы составили план реставрационных работ. Далее — отступили на участке необходимое охранное расстояние от памятника и спроектировали новое здание в одной высоте со старым. Охранный отступ мы планируем перекрыть стеклом и получить крытую комфортную всесезонную улицу с кафе и ресторанами.

Оригинальные чертежи проекта архитектора Ивана Таманского послужили для реставраторов основой для проведения работ

Р. M.: И уже на этапе презентации дорожной карты вы были готовы защитить проект по всем статьям?

А. П.: Нет. Все понимали, что в процессе продвижения возможны новые риски, поскольку речь шла о том, чтобы не просто сохранить памятник национальной значимости, но и вдохнуть в эти стены жизнь, вернуть его городу. Таких прецедентов не было в Киеве. К примеру, когда этот проект рассматривался в одном из органов, решение принималось путем голосования. И перевес был всего в три голоса. Все очень хрупко. Мы соблюдали максимальную толерантность, и если нам важно было отстоять какую‑то деталь, то собирали аргументы и убеждали. Наши предложения не встречали аплодисментами. Часть оппонентов в категорической форме выражали свое несогласие, считая, что проект в корне нарушает принципы реставрации памятников.

Чугунные накладки с мордами львов, украшавшие Никольские ворота, сохранились и были отреставрированы. Фото: Юрий Ферендович

Р. M.: Не звучала фраза «мы открываем ящик Пандоры»?

А. П.: Было-было. Если вы обратите внимание, на первых этажах, где сейчас расположены «Реберня», другие кафе и рестораны, ранее были не дверные проемы, а маленькие бойнички, войти в которые было физически невозможно. И мы на примере одной из них показали, как можно безболезненно растесать, расширить эти проемы. Выходим на градсовет, показываем, и где‑то треть членов совета нам говорят: «Вы убиваете памятник!» Встает директор института «УкрНДІпроектреставрація» и рассказывает: «Мы сейчас работаем с немцами и там принято так: если есть частный инвестор, то государство должно сделать все, чтобы эти инвестиции были реализованы». Свою роль сыграл тот факт, что на тот момент уже на локации A-Station был с успехом запущен Kyiv Food Market. Там же очереди стоят! И невозможно не восхищаться работой реставраторов, которые руками обтесывали каждый кирпичик.

Р. M.: Выступая на фестивале PROSTONEBA, вы сказали, что именно такой пошаговый подход позволил вам добиться изменения в паспорте проекта с «реставрации» на «реставрацию с приспособлением». Что конкретно это вам дало?

А. П.: Прежде всего это было необходимо, поскольку мы не могли сохранить функцию. К примеру, Мариинский дворец — также памятник национального значения. Там возможна исключительно реставрация. Дворец остался дворцом для президентских приемов. Но что мы бы могли сделать с комендатурой? Во время защиты проекта звучало предложение: «А давайте там сделаем музей!» Прекрасно, но кто за него заплатит? Поправка к паспорту позволила нам создать пространства, которые могут успешно использоваться сегодня, соблюсти требования безопасности и при этом сохранить аутентичность.

Проект мультифункционального комплекса и крытой галереи, сопряженной с историческим зданием комендатуры. Творческая Архитектурная Мастерская А. Пашенько по заказу А Development
Проект мультифункционального комплекса и крытой галереи, сопряженной с историческим зданием комендатуры. Творческая Архитектурная Мастерская А. Пашенько по заказу А Development
Проект мультифункционального комплекса и крытой галереи, сопряженной с историческим зданием комендатуры. Творческая Архитектурная Мастерская А. Пашенько по заказу А Development

Р. M.: То есть вы стремились не просто сохранить кирпич, а сделать это пространство функциональным, полезным для жителей? Подобных примеров реновации множество в Европе, и мы о них часто пишем в PRAGMATIKA.MEDIA, но для Украины это в новинку. Была у вас лично уверенность в успехе?

А. П.: В начале пути, когда эта дорожная карта была нарисована, я сам иронично относился к проекту. Если бы тогда мне кто‑то сказал, что за столь короткое время мы успеем все согласовать, реставрировать и ввести в эксплуатацию — я бы сам не поверил. Командная работа, воля инвестора и доля везения. Фактически все то, что было заложено в стартовом проекте, успешно прошло все согласовательные инстанции.

Р. M.: Ваша работа в самом начале отчасти была исследовательской. Что вы обнаружили при входе на объект? Какие открытия, сделанные в процессе, лично вас удивили и порадовали?

А. П.: Уникальный арочный ряд совершенно не прочитывался. Какому советскому офицеру придет в голову оставлять голый кирпич на стенах? Конечно, все заштукатурено и закрашено. Когда мы сняли все наслоения, уродовавшие здание снаружи и изнутри, оказалось, что сам остов сохранился. Почти. Как вы знаете, здание построено на склоне, и оказалось, что оно треснуло пополам, и часть сползает в сторону Днепра. Поэтому нам пришлось капитально укреплять фундамент. На усиление внутренних сводов потребовались тонны металла — вы увидите этот каркас на арках внутри. Что касается самих Никольских ворот, я не верил, что там что‑то осталось. Столько раз все менялось — то белые, то красные, то немцы, наверняка дверные полотна сожгли или сломали… Когда нам впервые показали комендатуру, я, честно говоря, Никольских ворот даже не увидел. Они были закрыты листами фанеры и завалены мусором. Но, разобрав все это, мы обнаружили полностью сохранившиеся чугунные морды львов. И огромного размера латунный замок, на который закрывали Киев на ночь еще в середине XIX в. А вот чугунные капители на колоннах со стороны Арсенальной площади пришлось заново отливать по оригинальным эскизам — от них остались одни крепления. Сверху над арками висел двуглавый орел — его мы заменили на архангела Михаила. При реставрации заброшенного мансардного этажа нам разрешили сделать окна в крыше — так появился еще один функциональный уровень.

Фрагмент кирпичной кладки одного из цехов бывшего завода «Арсенал» сохранен, чтобы продемонстрировать состояние зданий до проведения реставрации. Фото: Юрий Ферендович

Р. M.: Итак, работы на комендатуре завершены, что теперь? Приступаете к строительству нового здания между Грушевского, 9А и комендатурой?

А. П.: Когда комендатура выполняла фортификационную функцию, за ней находился ров с подъемным мостом. Этот мост мы, кстати, подумываем восстановить и как элемент шоу, и как функционал. На новом участке, который по форме почти повторяет пятно комендатуры, мы опускаемся на отметку рва и возводим мультифункциональный комплекс с офисами, апартаментами, большим торговым центром, кучей кафе и ресторанов. Мы сознательно пошли по пути создания контраста между исторической и современной архитектурой — спроектировали совершенно новый объект XXI в. Пространство между зданиями превратим в галерею, крытую улицу с прозрачной крышей площадью более 3 тыс. кв. м. Учитывая такую большую площадь галереи, перед нами стояла задача решить проблему ветровой нагрузки со стороны Днепра, которая была решена с выполнением аэродинамических расчетов.

Р. M.: Идея превратить улицу в образец всесезонной архитектуры относится к глобальным трендам, а примеров реализации не так много, поэтому эта часть проекта очень интересна. Насколько сложно в инженерном смысле сооружение такой крыши? Кстати, она будет из стекла или выберете какой‑то иной прозрачный материал, чтобы снизить вес?

А. П.: Инженерные вопросы по устройству этого гигантского светового фонаря еще находятся в стадии проработки. Мы сотрудничаем с несколькими инжиниринговыми компаниями, в том числе и зарубежными, которые предлагают свои решения. В свое время, когда мы показывали 3D-визуализации по фасаду ТРЦ Ocean Plaza, все сомневались, что это может быть реализовано. Специалисты, которые работают со стеклом, знают, как это сделать. Так и здесь — задача очень сложная с инженерной точки зрения, но расчеты показали, что ее реализация возможна. Мы еще рассматриваем варианты, поскольку понимаем всю ответственность, ведь крыша должна выдерживать ветровую нагрузку, снег, воду и собственный вес. Да, у меня подготовлен вариант и без прозрачной крыши. Будет ли это хорошо? Будет. Но все же хочется сделать такую фишку, которая идеально объединит две части — историческую и современную, и при этом будет сверхфункциональной.

Реставрация мансарды в здании комендатуры позволила добавить к общей площади еще один функциональный уровень. Фото: Юрий Ферендович

Р. M.: Вы планируете не только «сшить» галереей старое и новое здания, но и сделать Никольские ворота проходными, и тем самым восстановить пешеходную ось Киева периода XIX в. Но для того чтобы пешеходы попадали в Мариинский парк, необходимо, как вы сказали на лекции, «пройти под зданием на Грушевского, 9А»? Каким образом?

А. П.: Сама планировочная структура здания, его мастер-план построен очень грамотно. Архитектор Бабушкин заложил в проект возможность восстановления этой исторической оси. В центральной части есть пешеходная арка. И не потребуется ничего разбирать или переделывать. Необходимо принять исключительно организационное, административное решение — согласовать, перенести забор, переставить секьюрити и перенастроить системы безопасности. И тогда можно будет, выйдя из метро, пройти сквозь здание комендатуры через Никольские ворота, через будущую галерею в Мариинский парк. Очень хотелось бы, чтобы киевляне получили такую возможность. Открыв проход, мы создадим не один, а свяжем воедино сразу несколько пешеходных маршрутов, в том числе будущий маршрут от Киево-Печерской лавры по кромке склона. Чтобы не провоцировать наш любимый диспут об открытости и закрытости, добавлю: в Лондоне множество общественных зон и парков открыты днем, но после десяти закрываются на ключ. Такая контролируемая открытость характерна для частных публичных пространств. Надеюсь, мы достигнем компромисса и в этом вопросе.

/Материал опубликован на страницах #33 тома PRAGMATIKA.MEDIA/