Поколение модернистов и создателей mid-century прошлого века считало, что машину для проживания должна заменить машина для удовольствия. В отличие от прямолинейности древних зодчих с их фалоцентризмом, либертарианцев с публичными залами для оргий, прозрачного символизма ар-нуво, модернисты тяготели к более тонким аллюзиям и пробуждению бессознательного с помощью архитектурных приемов.
Роль архитектуры как великого инструмента сексуальных репрессий была подтверждена. Борьба за композиторскую свободу, за отвержение функционализма как инструмента угнетения свободы поведения теперь достигла апогея
В последние годы эта тема вдруг снова приобрела популярность: одна за другой появляются книги и исследования о роли архитектуры в сексуальной жизни человека, ретроспективные выставки погружают нас в историю вопроса, а молодые архитекторы расширяют границы термина «качество жизни».
Андреа Пленники. Фото: Aldo Angelli. Источник фото: aldo-agnelli-xahr.format.com
Универсальная энергия, породившая органическую архитектуру
«В таком обществе, как наше, переживающее первые симптомы сексуальной революции, я считаю, что есть предпосылка к идее архитектуры как прежде всего «сексуального места». […] Роль архитектуры как величественного инструмента сексуальных репрессий была подтверждена.
Борьба за композиторскую свободу, за отвержение функционализма как инструмента угнетения свободы поведения теперь достигла апогея; однако путь от органической к оргонической архитектуре, похоже, будет длинным и сложным», — писал в своих «Радикальных заметках» еще в 1975 г. Андреа Пленки. Сейчас титулованный дизайнер, теоретик и философ, тогда он называл себя «Enfant Prodige в архитектуре» и в составе Archizoom стоял у истоков «радикальной архитектуры» середины ХХ в., или «суперархитектуры».
Диван Superonda
Разработанный группой радикальных архитекторов Archizoom Associati в 1966 г. стал прототипом бескаркасных диванов и мультифункциональной мебели. Образец, который можно использовать как диван, кровать, шезлонг или скульптуру, был представлен во время провозглашения «Радикального манифеста» в Пистое.
«Обманутые дети родителей модернизма» — так называли себя молодые европейские архитекторы, сжимавшие жесткие рамки функционализма Ле Корбюзье. В первую очередь эти мятежники совершили революцию в предметном дизайне: последователи Этторе Соттсаса подарили человечеству объекты, способные взаимодействовать с нами на уровне сенсорики: мягкие кресла-мешки, пушистые диваны, а позже и стиль Memphis.
А в Новом мире параллельно набирал обороты лайфстайл Playboy, популяризировавший дизайнерские наработки Джорджа Нельсона, Эдварда Уормли, Ээро Сааринена, Гарри Бертойи, Имзов и Йенса Риса. Послевоенная эпоха битников и постмодернистов призвала к гедонизму. И не только на уровне дизайна и декора, но и на конструктивном – в архитектуре.
Вернемся к Пленку — что он имел в виду, говоря о том, что будущее за органической архитектурой? Термин "оргон" ввел Вильгельм Райх, основатель телесно ориентированной психотерапии. Уроженец села Добряничи (ранее Галиция, а ныне Перемышлянский район Львовской области), Райх был одним из учеников Зигмунда Фрейда, поддерживал теорию о том, что в основе всех неврозов лежит сексуальное недовольство и после прихода нацистов к власти эмигрировал в Америку.
Вильгельм Райх считал, что оргазм является самым высоким проявлением жизненной энергии, и даже спроектировал так называемый «аккумулятор оргона» — будку размером с телефонную кабину. Он утверждал, что, помещая в него человека, можно увеличить количество оргонной энергии в теле. Домом и лабораторией этого сексуального либертарианца было здание в модернистском стиле, спроектированное с учетом пожеланий Райха архитектором Джеймсом Беллом. Теперь там расположен музей Райха – «Оргонон».
Оргонный аккумулятор Вильгельма Райха
Теории Райха стали вирусными, а его предположения о влиянии пространства на усиление сексуального потенциала заставило большое количество архитекторов приступить к поискам «сексуального места», где сами стены работали бы подобно оргонному аккумулятору.
Жизнь самого Райха завершилась трагически: власть обвинила его в мошенничестве, учение было признано псевдонаучным, а он сам был заклеймен как «изобретатель шапочек из фольги», осужден и умер в федеральной тюрьме от сердечного приступа. Это не охладило пыл последователей Райха, более того, появилась версия, что терапевт так приблизился к секрету бессмертия, что стал жертвой секретных спецслужб.
Кинетическая скульптура Николаса Шеффера, скульптора, вдохновленного ситуационистами и движением радикальных архитекторов Франции 1960-х гг. Шеффер описывал его как «пространство, состоящее из секса, вольт, танцевальных кинетических скульптур и привидений».
Источник фото: Wikimedia Commons
Калифорнийский эгрегор
Одним из известных адептов теории Райха можно считать архитектора Рихарда Нойтру, ставшего проводником идеи «оргонной архитектуры». Так же, как Фрейд и Райх, Нойтра родился в Австро-Венгерской империи. Он вырос в окружении образцов романского и викторианского стилей, австрийского сецесиона и, судя по всему, накопил незаурядный протестный потенциал, ведь первый частный дом, построенный им после эмиграции в Южную Калифорнию, был подчеркнуто модернистским.
Рихард Нойтра на террасе особняка VDL II в Лос-Анджелесе, служившем ему не только домом, но и офисом, в 1966 г. Фото: Julius Shulman
Это был особняк врача-натуропата Филиппа Ловелла. Каркасное здание из металла, бетона и стекла стало одной из признанных икон модернизма: в ее виде гармонично сочетались плоскостные принципы Фрэнка Ллойда Райта и эстетика Ле Корбюзье. Историки архитектуры до сих пор спорят, чье именно влияние на концепцию было первоначальным — Нойтры, который, прежде чем взяться за проектирование, анализировал потребности и предпочтения своих клиентов, или Ловелла, практиковавший цветотерапию, ароматерапию и веривший в способность архитектуры исцелять от болезней.
Lovell House. Этот особняк был назван Lovell Health House не случайно. В нем есть фитнес-зал под открытым небом, комнаты для принятия солнечных ванн, а также кабинеты для терапии. Источник фото: wikiarquitectura
Открытая планировка, ленточное остекление, невероятные виды на Лос-Анджелес и скалистые пейзажи, сад и бассейн — гедонистический характер Lovell House задал тон архитектуре голливудских холмов на несколько следующих десятилетий до сих пор остается актуальным.
Chuey House
Несмотря на свою историю, культовый дом Рихарда Нойтры, построенный им в 1958 г., в 2017 году был выставлен на продажу всего за $10,5 млн.
Фото J. Paul Getty Trust. Getty Research Institute, Los Angeles
Успех «домов для удовольствия» Нойтры, якобы способных повышать либидо и усиливать творческий потенциал, был так велик, что заказчики даже вносили подобные требования в техническое задание. Так, поэтесса Жозефина Айн Чуй, для которой Рихард в 1956 г. спроектировал Chuey House, требовала, чтобы калифорнийский дом, где она планировала жить с третьим мужчиной, художником, был прежде всего центром и генератором творческой энергии.
Самая большая комната в доме – художественная студия, которую Жозефина Айн Чуй попросила обустроить для своего третьего мужа Роберта Чуй. Из панорамных окон открывается вид на долину, центр Лос-Анджелеса и океан. Фото J. Paul Getty Trust. Getty Research Institute, Los Angeles
Chuey House во многом является автоцитированием проекта Lovell House, хотя он был построен почти на 30 лет спустя. К концу своей жизни Жозефина была убеждена, что "машина для творчества" от Нойтры работает более чем успешно. И вряд ли единственной причиной такой уверенности были собрания адептов «оргонных аккумуляторов» и эксперименты с ЛСД.
Chuey House во многом является автоцитированием проекта Lovell House, хотя и был построен почти 30 лет позже
Julius Shulman Photo Archive, 1936–1997
Едва ли не главным ретранслятором идеи «сексуальной архитектуры» стал кинематограф. Чаще всего голливудские режиссеры практиковали иронический подход — яркую пародию на собрания, подобные проходившим в Chuey House, можно увидеть в фильме «Спящий» Вуди Аллена.
Кадр из фильма «Спящий» Вуди Аллена
Ряд сцен был отснят в «Скульптурном доме» Чарльза Даттона, построенном им на склоне горы Джинеси, штат Колорадо. Загадочное устройство «Оргазмотрона», заменяющее людям будущего секс, – это на самом деле лифт особняка. Впрочем, несмотря на эффектный кинематографический образ и потрясающие виды из панорамных окон, самое трехэтажное здание, напоминающее летающую тарелку, не имело спроса — особняк многократно менял владельцев и пустовал.
Скульптурный дом, более известный как «Дом спящего». Был построен архитектором Чарльзом Дитоном в 1963 г. Это чудо аэродинамической инженерии Дитон строил лично для себя, но не успел завершить работу над интерьерами по той причине, что у него кончились деньги. Несмотря на то, что дом стал знаменит благодаря фильму Вуди Аллена, особняк пустовал 30 лет, пока в 1999 г., уже после смерти архитектора, его не приобрел предприниматель по имени Джон Хаггинз. Дом внесен в Национальный реестр исторических памятников США. В 2012 г. особняк снова сменил владельца и был модернизирован с использованием энергоэффективных стройматериалов и технологий. Источник фото: mapio.net
UFO house. Построенный Джоном Лотнером для американского комика Боба Хоупа. В этом футуристическом доме с просторными зонами отдыха и террасой, вмещающей 300 человек, Хоуп прожил до самой смерти в 2003 году. Актер ушел из жизни в 100 лет. Он называл UFO House «домом мечты». После смерти Хоупа шедевр архитектуры был продан за $13 млн (сначала продавец просил все $50 млн), что можно назвать унизительно низкой ценой для особняка с видом на живописную долину Коачелла. Фото: Brian Thomas Jones
Архитектура была сексуальным акселератором в кино, или это кино сексуализировало архитектуру?
Сцены из кинокартины «Великие Лебовские» братьев Коэн, которую The Independent назвал «первым культовым фильмом эпохи интернета», а именно встреча Лебовски с порнографом Джеки Трихорном, снятые в особняке мультимиллионера Джеймса Голдштайна, Sheats-Goldstein Residence в Бевер.
Кадр из фильма «Большой Лебовски» братьев Коэн
Самые эффектные просторы расположенного на скале особняка – это гостиная и терраса с бассейном, накрытые бетонным потолком с открытыми конструктивными элементами. Эта ячеистая структура создает несколько первобытную, пещерную атмосферу, которая по сценографии подчеркивает род занятий Трихорна. Эту же гостиную можно увидеть и в фильме «Ангелы Чарли».
Пещера середины ХХ века – идеальное жилье для плейбоя-мультимиллионера Джеймса Голдштайна
Sheats-Goldstein Residence, который можно было бы назвать образцом органической и оргонической архитектуры, был построен Джоном Лотнером, еще одним выходцем из Австрии и одним из самых популярных зодчих калифорнийских гедонистов. Если Нойтра оставался верен типологии плоского дома, то Лотнер смело экспериментировал с эллипсовидными формами.
Sheats-Goldstein Residence
В 2016 г. мультимиллионер Джеймс Голдштайн заявил, что после своей смерти завещает особняк Музея искусств Лос-Анджелеса LACMA. «Я оставлю свой дом и его обустройство музея. Надеюсь, мой подарок будет побуждать других сделать то же самое и сохранить архитектрунные памятки Лос-Анджелеса для будущих поколений», — заявил Голдштайн.
Фото: Jeff Green/LACMA
Его особняки с роскошными зонами отдыха знакомы широкой публике за голливудскими блокбастерами. Но была ли именно архитектура Лотнера сексуальным акселератором, или это кино сексуализировало его архитектуру?
Дизайн и архитектура как средство обольщения
Медиамашина Playboy
Гью Гефнер с подругой Барбарой Бентон в окружении «зайчиков» в клубе Playboy, Лондон, 1969 г. Источник: АР
Когда профессор архитектурной школы Принстонского университета Беатрис Коломина решила проанализировать, как часто Playboy писал об архитектуре, она была ошеломлена тем, какое количество статей, начиная с 1953 года, содержит имена Фрэнка Ллойда Райта, Миса ван дер Роэ, Фрэнка Гери, .
Сама Беатрис стала известной в начале 90-х благодаря своим исследованиям о влиянии гендера на работы Адольфа Лооса, Ле Корбюзье и модернистов середины века, а также книгам «Сексуальность и пространство» (1992), «Секс архитектуры» (1996). Она обратилась к руководству Принстона с просьбой купить все номера Playboy с 1953 по 1979 годы. Их изучение и было положено в основу культурологического исследования Беатрис, явилось темой нескольких успешных выставок, а курс «Архитектура в Playboy» до сих пор является одной из популярных образовательных программ университета.
Беатрис Коломина: «Playboy сделал больше для современной архитектуры и дизайна, чем любой архитектурный журнал или музей современного искусства. На пике популярности издания было семь миллионов читателей»
Гью Гефнер — мужчина в пижаме, превративший собственную кровать в офис, считал, что интерьер и архитектура являются главными инструментами обольщения. Так что буквально с первого номера в журнале появляются подробные описания пространств и предметов интерьера.
Круглая кровать Хью Гефнера, служившая ему не только местом для сна, но и офисом, с подачи Playboy стала символом сексуальной свободы Фото: Burt Glinn/©Magnum Photos, Inc.
Такой подход оказался коммерческой находкой и спровоцировал шквал писем в редакцию от заинтересованных читателей, требовавших подробностей и уточнений: марку производителя, имя дизайнера, материал, из которого изготовлен тот или иной предмет, имя строящегося архитектора, а также планировка квартиры.
«Зайчики» Playboy на западе в честь начала строительства Lake Geneva Playboy Club Hotel, 1968 г. (ныне – Grand Geneva Resort & Spa).
Источник фото: www.grandgeneva.com
Американские мужчины – читатели журнала вдохновлялись предложенным образом плейбоя – прогрессивного городского жителя, холостяка, гедониста и урбаниста. Они требовали конкретных рецептов, позволяющих им достичь этого идеала. Ведь у молодого парня еще не было жены, которая занималась бы оформлением квартиры, поэтому американцы были в восторге, что Playboy предложил им, по сути, инструкцию пользователя и стал лучшим советчиком в вопросах моды и стиля.
Ирония судьбы: Playboy превратил пространство под крышей, пентхаус, в культурную единицу, а основанный в 1965 г. журнал Penthouse стал главным конкурентом Playboy и чуть не поглотил издание в 2010 г., когда компания FriendFinder Networks предложила выкупить пакет акций Playboy за $210. Источник изображения: Playboy Magazine, October 1956 г.
Уже в 1956 г. журнал публикует на восьми страницах подробный иллюстрированный проект Playboy Penthouse, превращая пространство под крышей высотного здания в культовую единицу и объект желания. Панорамное остекление, фрагменты открытой кирпичной кладки, обилие гаджетов и аппаратуры, сценический свет, большая кровать… Представьте квартиру современного метросексуала и найдите хоть несколько принципиальных отличий от этого интерьера 60-летней давности.
Интерьеры Playboy Penthouse 60-летней давности до сих пор остаются идеальным пространством для метросексуала XXI века
Через несколько лет Playboy совершает очередной архитектурный прорыв, публикуя детализированный проект трехэтажного таунхауса, который можно считать прототипом современного «умного» дома, ведь здесь было предусмотрено дистанционное управление всеми системами жизнеобеспечения. Городское имение было спроектировано архитектором Р. Дональдом Джайе и приспособлено к лайфстайлу самого Гефнера. В здании с прозрачным фасадом из стекла и стали предусмотрен гараж на две машины, большой бассейн с атриумом.
Таунхаус Playboy
Прототип «умного дома».
Источник изображения: Playboy Magazine, 1962 г.
Стены жилых помещений отделаны тиковым деревом, стены бассейна — натуральным камнем, предусмотрены кессонные потолки со встроенным светом, а главным предметом меблировки стала вращающаяся круглая кровать, имеющая бар и стереосистему — подобную тому, на котором спал и работал Гефнер ( такая кровать стала восприниматься как символ сексуальной свободы и разврата (в зависимости от градуса ханжества в крови читателя). Отдельными пунктами дизайнер таунхауса сразу предлагает для меблировки и миниколлекции модернистских стульев от Сааринена, Лаверне, Джорджа Танье.
Главная мировая движущая сила – не религия, а секс
Гью Гефнер
Гью Гефнер. Фото: Kristian Dowling/AP
Главный плейбой Америки дожил до 91 года, женившись в последний раз за 5 лет до смерти на юной модели. Однако, несмотря на свою подчеркнутую симпатию к модернистской архитектуре, большую часть жизни, от 1970-х до самой смерти в 2017 г., он прожил в особняке Playboy Mansion, построенном в тюдоровском стиле Артуром Ролланом Келли, самым плодотворным калифорнийским Х.Х.
Playboy Mansion. Особняк, построенный по проекту архитектора Артура Роллана Келли, Хью Гефнер приобрел в 1971 г. за $1,1 млн. После смерти медиамагната в 2017 г. Playboy Mansion купил мультимиллионер Дарен Метропулос за $100 млн. Фото: Jim Bar
Кстати, именно подобную архитектуру Джон Лотнер считал самой безобразной. О своих первых впечатлениях от Калифорнии он писал так: «Когда я впервые проехал по бульвару Санта-Моники, увиденное показалось мне настолько ужасным, что я просто заболел».
Бассейны, гроты и газоны Playboy Mansion, казавшиеся респектабельными днем, после заката превращались в территорию сексуальной свободы — своего рода Диснейленд для взрослых. В оформлении ландшафта и интерьеров Гефнеру помогал архитектор Рон Дирсмит, также работавший над офисом Playboy в здании Palmolive Building. Фото: Jim Bartsch / Los Angeles Times
И тем не менее, сексуалист Хью Гефнер выбрал для себя именно Playboy Mansion, полностью выбивающуюся из теории об исключительной сексуальной привлекательности модернистской архитектуры. Кстати, Илон Маск и Марк Цукерберг, в творческом потенциале которых мы не сомневаемся, живут в домах, мало кому кажущихся привлекательными.
Особняк Playboy
Общая площадь просторов Playboy Mansion превышает 2 тыс. кв. м. Для обслуживания и ухода за поместьем потребовался штат прислуги почти у 100 человек.
Фото: Jim Bartsch / Los Angeles Times
Кабинет Гью Гефнера. Настроение этому пространству задают, прежде всего, материалы: разное дерево и кожаная обивка мягкой мебели. И, конечно, книги, основная часть которых хранится в библиотеке особняка Playboy Mansion. Фото: Jim Bartsch / Los Angeles Times
Сеансы магии с последующим разоблачением
Секрет «сексуального места» – это практически философский камень в истории архитектуры. Как только теоретики пытаются систематизировать и привести к общему знаменателю все разнообразие архитектурного опыта, всплывает деталь, не позволяющая протащить верблюда в иглое ушко.
К примеру, несколько лет назад историк архитектуры, профессор визуальных культур Эдинбургского университета Ричард Уильямс написал книгу «Секс и здания. Современная архитектура и сексуальная революция», ставшая бестселлером. В книге Уильямс описывает свое путешествие по миру в поисках «волшебного» здания, которое освободило бы его сексуальный потенциал. А свою историю он начинает с обвинительной речи в адрес викторианской архитектуры родного Морнингсайда – пригорода Эдинбурга.
Морнингсайд
Район на юго-западе Эдинбурга, Шотландия.
Источник изображения: www.boydsolicitors.com
«Морнингсайд – это воплощение приличия в архитектурной форме. Эта респектабельность привлекла мое внимание в момент принятия решения о приобретении квартиры. Однако после нескольких лет проживания там она погрузила меня в скуку. А потом обстановка стала откровенно подавлять. Эти здания олицетворяют сублимированную социальную жизнь с скудным эмоциональным резервом и верностью собственным обязанностям», — пишет Уильямс.
Объездив полмира, Ричард Уильямс присуждает звание «эротического рая» Бразилии и восхищается гением и жизненной силой Оскара Нимейера, застройщика столицы государства Бразилиа. И это неудивительно: архитектор сумел даже здание штаб-квартиры коммунистической партии в Париже вывести напряженно эротично: у посетителя при взгляде на купол подземного конференц-зала возникают ассоциации, отнюдь не связанные с серпом и молотом (проект построен на стилизации коммунистической эмблемы , но заметным это становится только если смотреть на здание с высоты птичьего полета).
Штаб-квартира французской коммунистической партии
Построенное в Париже по проекту Оскара Нимейера в 1965–1976 гг. Шестиэтажное здание со стеклянным фасадом символизирует развевающийся на ветру флаг, а утопленный в землю купол — это крыша конференц-зала. Источник изображения: Ap/Lapresse
Нимейер женился на собственной секретарше в 98 лет, дожил до 105 и практически до последних дней работал. Уильямс пытался получить ответ на вопрос, считает ли Нимейер модернистскую архитектуру и свои «бетонные кривые» генераторами либидо, но безуспешно. Оскар придерживался мнения, что секрет его творческого и физического долголетия заключается не в каких-то особых свойствах построек, а в «женщинах, пляже и пиве».
Часть своей книги Уильямс посвятил феномену Drop City – коммуне в южном Колорадо. В 1965 г. хиппи построили здесь лагерь со строениями в форме геодезических куполов Бакминстера Фуллера, собранных из строительных отходов и мусора. Основатели коммуны придерживались теории «радикальной архитектуры», согласно которой форма здания обуславливает поведение живущего в нем. Они сочли свои здания исключительно сексуальными, а в качестве доказательства демонстрировали журналистам и заинтересованным архитекторам групповые оргии. Но буквально за три года Drop City маргинализировался, и коммуна распалась, тем самым доказав безосновательность ряда социальных и архитектурных теорий.
Аудитория Ibirapuera
Одна из последних работ Оскара Нимейера Аудитория Ibirapuera – мультифункциональный центр в парке Ibirapuera, Сан-Паулу, Бразилия. Последнее здание в парковом комплексе, мастер-план которого архитектор создал еще в середине ХХ ст. Открытие Аудитории состоялось в 2005 г. Ярко-красный чердак над входом напоминает язык, из-за чего Аудиторию стали называть «Здание с языком». Фото: Patrizia Cousseau
А сам Ричард Уильямс после своего увлекательного путешествия вернулся в ангедонический и аноргазмический викторианский Морнингсайд, где до сих пор преподает в университете Эдинбурга.
Секс как Perpetuum Mobile
Сам процесс поиска закономерностей между архитектурой и либидо открывает перед исследователями совершенно неожиданные грани и аспекты, побуждающие к созданию новых сущностей и в итоге не позволяющие архитектуре намертво застыть в камне. И хотя универсальный рецепт по проектированию зданий и пространств, гарантирующих многократный оргазм или усиливший либидо, до сих пор не сформулирован, сами поиски радикальных дизайнеров, архитекторов и модернистов подарили человечеству сотни архитектурных и интерьерных шедевров.
Геодезические павильоны Drop City
Так выглядели дома в коммуне, основанной хиппи в южном Колорадо в 1965 г.
Источник изображения: MK Gallery
Эксперименты по расширению сознания обогатили цветовую палитру наших городов и выстроили сотни новых нейронных связей между социумом, искусством и наукой
Даже если считать, что секрет привлекательности Playboy Lifestyle — это всего лишь хороший вкус и большие деньги, многие воспринимаемые как материальный аналог сексуальной энергии, то их вклад в эстетику современных жилых пространств сложно переоценить. Недаром Хью Гефнер считал, что главная мировая движущая сила – это не религия, а секс.
Фрагмент фрески Wynwood Walls в районе Винвуд, Майами. Идея проекта Wynwood Walls принадлежит Тони Голдмену – девелоперу, известному успешными кампаниями по ревитализации промышленных и депрессивных урбанизаций. Голдмен пригласил художников разрисовать стены складских помещений в Винвуде граффити, что явилось одним из знаковых явлений в истории стрит-арта. В проекте Wynwood Walls приняло участие более 50 художников из 16 стран, в том числе и украинский дуэт Interesni Kazki (Владимир Манжос и Алексей Бордусов). На фото — мурал, выполненный украинскими художниками в Майами в 2013 г. Источник фото: interesnikazki.blogspot.com
Пожалуй, самое распространенное заблуждение «рыцарей архитектурного Грааля» состоит в том, что они пытаются вырвать архитектуру из контекста — исторического, культурного, ландшафтного, климатического. Эротизация архитектуры Калифорнии, Бразилии и других южных локаций может являться закономерным результатом благодатной природной среды. Говоря словами Оскара Нимейера, это, прежде всего, «женщины, пляж и пиво».
Либертарианские настроения в анархокоммунах, подобных Drop City и сквотам, могут быть результатом употребления марихуаны и ЛСД, но эти эксперименты по расширению сознания обогатили цветовую палитру наших городов (вспомним о происхождении граффити и стрит-арта) и построили сотни новых нейронов. социумом, искусством и наукой, сформировав мультидисциплинарный генератор прогресса.
Ричард Уильямс, автор бестселлера "Секс и здания". Источник фото: www.newmetropolitan.hss.ed.ac.uk
Кроме влияния природы, эпохи и Genius Loci, определенную роль играют также личностные характеристики человека: возможно, для рядового сапиосексуала нет ничего эротичнее пространства магазина, а религиозный экстаз под сводами древнего храма — это та же энергия ци, или оргон. Как говорил Оскар Уайльд, красота — в глазах смотрящего.
