Студия YOD Group была создана в 2004 году и специализируется на коммерческих интерьерах. Для проектов YOD характерны концептуальные детали, натуральные фактуры, продуманная световая сценография и акценты, становящиеся визитной карточкой заведения. Теплые оттенки охристо-медовой гаммы встречаются в интерьерах студии чаще других цветов. В портфолио команды есть рестораны в Дубае, Нью-Йорке, Эр-Рияде, Пунта Кане, Киеве, Львове, Харькове, Одессе, Днепре и других городах Украины.
Владимир Непийвода и Дмитрий Бонеско, основатели YOD Group
Основатели студии YOD Group Владимир Непийвода и Дмитрий Бонеско создали интерьеры полтораста заведений, а также запустили два своих. Win Bar в Киеве и шестиэтажный MAD Bars House во Львове – рестораны, в которых они стали не только дизайнерами, но и соучредителями.
Ириски и карамельки
Дмитрий: Я вырос в Харькове и сколько себя помню, всегда хотел заниматься творчеством. Несмотря на то, что родители хотели видеть меня в технической профессии, они поддерживали мои художественные наклонности. Сначала я занимался рисованием в кружке Дома пионеров, затем окончил художественную школу имени Репина и поступил в лицей при Худпроме.
Со школьными предметами, кроме гуманитарных, дела обстояли плохо. Но в институте эти сложности закончились, потому что возникла цель. Когда понимаешь, зачем ты это учишь, препятствия легко преодолевать, это уже не математика ради математики, а часть общего смысла, который тебе важен.
Ресторан Spicy NoSpicy, Киев. Фото: Андрей Безуглов
Вбратьодимир: Мое детство проходило в Киевской области в деревне. Два старших брата и отец были строителями. Отец возглавлял большое строительно-монтажное управление. С достаточно раннего возраста все мое свободное время проходило на строительстве.
Братья работали каменщиками, и по выходным я шел помогать им как подсобный рабочий. Позже был столярный цех, куда я устраивался на летние каникулы. Там мыл, убирал, выносил стружку, а когда рабочие шли на обед — включал станки, пробовал уже сам что-то делать. Такими темпами к концу школы я овладел ключевыми строительными специальностями на практике.
Molfar Bar — заведение на верхнем этаже MAD Bars House, Львов. Фото: Евгений Авраменко
Я понял, что собственными руками можно что-то построить, сложить стену, но твои возможности всегда будут ограничены. Другое дело, когда ты рисуешь проект, издаешь техническое задание и привлекаешь к работе многих людей. Тогда масштабы твоей деятельности изменяются.
Дорога, вымощенная желтым кирпичом
Дмитрий: В процессе обучения в лицее и затем в институте я искал направление, в котором буду развиваться. Первая моя подработка была на строительстве — демонтаж стен в отеле. Мне все было интересно, и я пробовал себя по разным направлениям. Как графический дизайнер сотрудничал с тентовой компанией, в студии гейм-девелопмента моделировал виртуальные города, еще в одной компании разрабатывал дизайн салона для частных самолетов. У каждой из этих сфер были недостатки, с которыми я не мог мириться.
Работа над играми была рутинной, каждый там человек — винтик с ограниченными однотипными задачами. В дизайне салонов самолетов от начала проекта до результата проходят годы. Когда я пришел в интерьерный и архитектурный дизайн, понравилось то, что решать нужно целый комплекс задач, требующих разных навыков. Да и сами эти задачи чаще всего нетипичны — в каждом ресторане свой масштаб, концепция и сторителлинг. Каждый объект ты начинаешь с чистого листа.
Buzz Bar - заведение на пятом этаже MAD Bars House, Львов. Фото: Евгений Авраменко
Вбратьодимир: У меня было желание выйти за рамки работы строителем. Я поехал в Киев и поступил в Колледж художественного моделирования и дизайна. Там изучал графику, эскизирование, как представлять свой проект, формулировать идею и доносить ее заказчику. Во время учебы появилась возможность поработать в студии, создававшей заведения для сети «Козырная карта».
Из нашей группы туда ушло 10 человек, но за полгода остался только я, потому что график был действительно жестким, а требования высокими. Там я изучал ресторанный бизнес на практике: вел одновременно 4-5 объектов в разных городах. Все изменилось, когда руководитель решил назначить меня главным декоратором. Мне эта идея не понравилась – хотелось делать проекты от начала до финиша и развиваться дальше в направлении архитектуры и дизайна.
Buzz Bar - заведение на пятом этаже MAD Bars House, Львов. Фото: Евгений Авраменко
Пришлось уйти в никуда. Без собственных объектов в портфолио, но с амбициями создавать что-нибудь свое. Приблизительно за полгода позвонил заказчик, с которым мы познакомились во время работы над одним из объектов «Козырной карты». Он предложил нам с коллегой принять участие в тендере по его новому проекту. Речь шла о разработке дизайна гостиницы Cosmopolit в Харькове. Мы выиграли этот тендер, потому что предложили несколько инновационных, как на 2004 год, идей. К примеру, соединить спальню с комнатой или смонтировать душевой ливень в полу, без поддона. Харьковский Cosmopolit Hotel стал нашим первым объектом.
Золотые серьги
Дмитрий: Работа в коммерческом дизайне подразумевает четкие дедлайны, бюджет и цель. Если клиент хочет сделать ресторан «для себя» – это, скорее всего, нерабочая история. Когда мы слышим такой запрос, то понимаем, что перед нами человек, не полностью осознающий, что он делает. В коммерческих заведениях ключевой фактор – это возврат инвестиций.
Владимир Непийвода и Дмитрий Бонеско, основатели YOD Group. Фото: Ульяна Винничук
Для нас важен успех заведения, над которым мы работали. Часть ответственности лежит на нас. Создание дизайна проекта, который станет провальным, было бы ударом и по нашей репутации тоже.
Дизайн – это не только об эстетике. Зонирование влияет на качество сервиса, эргономика – на формат, свет программирует поведение клиентов. В то же время, дизайн — это лишь один из факторов, влияющих на успех заведения. Остается много «серых» зон, на которые мы как дизайнеры не влияем. Понимание этого побудило нас мыслить шире и охватить своей работой смежные участки.
Дизайн не может превалировать над целесообразностью. Мы никогда не делаем проект для красивой картинки в журнале. Такой подход возможен музею, шоуруму или концептстору. Рестораны и гостиницы живут по другим правилам
Мы пришли к тому, что кроме создания интерьера консультируем клиентов в ведении бизнеса. За годы практики и полторы сотни реализуемых объектов мы собрали команду партнеров, каждый из которых закрывает конкретную задачу на этапе запуска ресторана и во время его работы. Так мы выросли из YOD Design Lab в YOD Group, структуре, которая не только о дизайне, но и о бизнесе в целом: брендинг, маркетинг, управление.
Ресторан Samna, Киев. Фото: Андрей Безуглов
Формула йода
Вбратьодимир: Мы начинаем работу над новым объектом по исследованию. Изучаем место, где он находится, анализируем специфику места. Мы создаем легенду заведения, основанную на реальных фактах. Хорошая легенда – это универсальная история, которую можно развивать и углублять в течение многих лет. К примеру, Deep Bar в Днепре, который открылся в начале осени. Это заведение со специфической конфигурацией помещения.
На первом этаже только небольшой зал площадью 30 кв. м, а остальное пространство – это большое подвальное помещение. Мы создали для него концепцию Roots and Sprouts. В верхнем зале поместили флористический магазин и кафе на несколько столиков, а снизу сделали бар, с потолка которого свисают корни. Легенда такова, что это корни растений из магазина наверху. Тема углубления – многогранная и философская, ее можно развивать и проявлять безгранично.
Ресторан Salobie, Чернигов. Фото: Игорь Карпенко
Для нас важны продуманная световая сценография, тактильность, а также определенная неординарность дизайна. Хотя последнее – это условная категория. Потому что дизайн не может превалировать над целесообразностью. Мы никогда не делаем дизайн для красивой картинки в журнале. Такой подход возможен только музею, шоуруму или концептстору. Рестораны и гостиницы живут по другим правилам.
Гости, как правило, отмечают не дизайн, а атмосферу заведения. Атмосфера работает, когда все сбалансировано. Комфорт, тактильные ощущения, звук, ароматика, свет, который что-то открывает, а что-то скрывает. Правильный свет в вечернем заведении создает определенную недосказанность, он погружает клиента в сказку. Не какую-то конкретную, а такую, которую он сам дофантазирует на грани света и тени. Благодаря этому гость оказывается в идеальном интерьере, существующем только в его голове. Именно так продуман свет в киевских Samna, Win Bar, в днепровском Deep Bar.
Ресторан Salobie, Чернигов. Фото: Игорь Карпенко
Дмитрий: Мы любим натуральные материалы и таймлес решения, делаем дизайн таким, чтобы он мог жить долго. Заведения, открывающиеся под давлением трендов, довольно быстро закрываются. Это естественный процесс. Наш креатив рождается из ограничений. Клиент определяет бюджет, метраж, направленность. Комплекс данных исходных данных определяет вектор для дизайна.
Теплая гамма
Дмитрий: В наших проектах цвет никогда не возникает просто потому, что нравится. Он всегда связан с форматом, концепцией и философией заведения. К примеру, возьмем Win Bar. Он о естественности, виноградной лозе и земле. Поэтому в интерьере преобладают терракотовые оттенки, дерево, тёплые землистые тона.
У First Casino другие задачи. Нужно поддерживать в гости чувство драйва и динамики. Делать так, чтобы ему не хотелось идти подольше. Это как «Диснейленд» для взрослых. Для решения этой задачи работают уникальный паттерн на ковре, инсталляция из стеклянных медуз на потолке, схема освещения и ароматика.
Цвет не существует в вакууме. Трудно понять, насколько он удачен, глядя на картинку в Интернете. Пока ты не побываешь в этом заведении, не коснешься его поверхностей, не почувствуешь ароматы, ты не узнаешь, хорош это дизайн или нет. К примеру, наш любимый глубокий горчичный цвет воспринимается как теплый и комфортный. Но можно нанести его на стеклянную столешницу, которая будет холодной, когда касаешься ее локтями. Ты обязательно поставишь бокал мимо костеров и услышишь звук столкновения стекла со стеклом. Это некомфортные эмоции и цвет их не изменит. К тому же он меняется в зависимости от освещения.
Ресторан «Рыба Пила», Киев. Фото: Андрей Безуглов
Правила спектрального круга, которым нас учили в институте, в реальной жизни так не работают. Нет универсальной таблетки. Я категорически против посредственных решений на основе стереотипов о том, что стрип-клуб должен быть бордовым, а паб коричневым. Нужно знать эти правила и коды, чтобы нарушать их и выходить за рамки. Каждый раз нужно находить уникальные сочетания и опираться на прагматические решения.
Вбратьодимир: Если в заведении требуется акцентный цвет, мы часто достигаем его не окрашиванием, а определенным химическим путем. У Buddha-Bar New York есть голубые акценты – окисленная медная стена и инсталляция из так же окисленных пластинок. Благодаря этому подходу цвет получился любопытный и многослойный, на него хочется смотреть. Если требуется большая масса охристого оттенка, мы используем кортен. Это делает историю визуально более сложной, дает не только цвет, но и тактильность, 3D-эффект.
Цвет работает на атмосфере. Поэтому в наших заведениях много медовых, кирпичных, охристых оттенков. Они успокаивают, окутывают, создают чувство тепла. Эти цвета похожи на подрумяненную еду, виски или бурбон — все это приятные и спокойные ассоциации.
Дикий мед
Вбратьодимир: В какой-то момент мы пришли к тому, что хотим изучить ресторанный бизнес изнутри и открыть собственное заведение. Этот опыт позволил экономить время и ресурсы на ошибках наших клиентов. Это отдельная глубокая тема, в которой есть калькуляционные карты, себестоимость меню, логистика, количество людей, изменений, стоимость работы персонала, многие другие детали. Нам нужно было выяснить, на что влияет. Когда мы прошли этот путь, получили много инсайтов. Поняли, сколько может стоить аренда, какие моменты у организации недопустимы, как должно работать зонирование, и миллион других нюансов.
Win Bar окупился менее чем за два года, что для ресторанной отрасли успешный показатель. Также он собрал все профильные награды. После этого мы стали говорить с заказчиками на их языке – теперь они видели, что нашим советам можно доверять.
Deep Bar, Днепр. Фото: Андрей Безуглов
Наш второй проект стал еще более амбициозным. MAD Bars House – это новый бренд, который мы запустили в перерыве между двумя локдаунами в сверхконкурентном Львове. Пять баров под одной крышей, уникальная концепция повышения градуса с каждым этажом. В интерьере MAD Bars House мы проявили уважение к старому зданию, где он расположен, а также историческому бекграунду — обувным мастерским, которые дали название улице Шевской.
Дмитрий: Когда мы анонсировали Win Bar, все ожидали, что в качестве дизайнеров для себя мы сделаем яркий имиджевый проект, о котором будут говорить, и о нем напечатают во всех журналах. Вместо этого мы сделали спокойное заведение, куда люди хотят возвращаться. Не о картинке, а о содержании. Это тоже имиджевый проект с точки зрения его коммерческой успеваемости и постоянной аудитории, но дизайн там минимум.
Марсианские хроники
Дмитрий: Для меня важно выходить за границы, работать кросдисциплинарно и создавать инновации. Мы и сейчас вводим их в наши проекты, но хотелось бы сделать радикальный шаг. Создать объект, который в корне перевернет культуру гостеприимства, установит новые правила и новые стандарты. Использовать технологии, которых еще нет. Это может быть пространство нейтрального белого цвета, где нет ни света, ни тени, ничего отвлекающего от продукта. И сама пища появляется, например, прямо из столешницы через мембрану.
Gemini Roastery, Киев. Фото: Андрей Безуглов
Сегодня дизайн – это клей между функцией и эстетикой. Мы идем к тому, что этот связующий элемент исчезнет. Наши повадки меняются, и просторы постепенно трансформируются. Я хочу создать инновационное заведение, которое разрушит стереотипы по поводу того, каким должен быть объект сферы гостеприимства.
Gemini Roastery, Киев. Фото: Андрей Безуглов
Вбратьодимир: В школе нас спрашивали, кем мы хотим быть, и многие мечтали стать космонавтом. Кто бы мог подумать, что через некоторое время гостевые полеты в космос станут реальностью. Недалеко время, когда можно будет реализовать первый бар на другой планете. Мы готовы создать дизайн для него.
текст: Надежда Шейкина
