К безусловным преимуществам можно отнести формирование консолидированной и эффективной общины. Местные жители, возможно, не обладают профессиональными навыками архитекторов и городостроителей, но имеют совершенно уникальную компетенцию— располагают информацией о реальных потребностях и скрытом потенциале территории.
Процессы городского планирования могут быть прозрачными и в них есть место для частных и общественных инициатив
Краудсорсинг — тоже сравнительно новый термин, который первым ввел писатель Джефф Хау в 2006 г. Технология предполагает, что работа выполняется добровольцами-активистами либо за символическую оплату, либо безвозмездно. Заинтересованные в результате жители готовы тратить собственные время и ресурсы, в том числе и на то, чтобы благоустраивать свои районы. Профессиональный уровень исполнителей при этом играет небольшую роль— чем многочисленнее группа людей, работающих над проектом, тем выше вероятность, что среди них найдутся те, кто имеет нужный опыт и навыки. Краудсорсинг активно используют в маркетинговых исследованиях, в рекламных компаниях, в разработке дизайна. Этот инструмент подходит для реализации множества урбанистических проектов, начиная со сбора идей, например, как сделать огород, район, улицу комфортнее и чище. Поддерживая низовые инициативы, власти не только разделяют ответственность с горожанами, но также экономят ресурсы и бюджет, ведь средства направляются на действительно необходимые людям реформы.
Чтобы максимизировать ценность общественного участия, людей необходимо информировать и обучать. Обыватели должны убедиться, что процессы городского планирования могут быть прозрачными и в них есть место для частных и общественных инициатив. К примеру, можно законодательно обязать жителей сортировать мусор. Но как только контроль ослабнет, они, возможно, не захотят утруждать себя излишними хлопотами. Вместе с тем, если люди поняли, в чем смысл таких ежедневных действий, они будут выполнять их осознанно и получать удовлетворение от осознания снижения нагрузки на экологию.
Бульвар вдоль виадука Viaduc des Arts в Париже с каждым годом становится все более привлекательным маршрутом благодаря участию горожан в проектах по его благоустройству. Фото: Bruno De Hogues/Getty Images. Источник фото: gaurani.almightywind.info
Civic Tech и их безграничные возможности
С 2013 г. в США, а следом и по всему миру начали использовать термин «гражданские технологии» (Civic Tech) — так теперь называют мобильные приложения, платформы общественных бюджетов или сайты для создания онлайн-петиций или регистрации идей от жителей.
Поддерживая низовые инициативы, власти разделяют ответственность с горожанами, а также экономят ресурсы и бюджет
Онлайн-платформы полезны еще и тем, что дают ученым и урбанистам-практикам доступ к массивам данных. Каждый из нас может узнать, какой проект и насколько успешно продвигают жители городов в разных странах. К примеру, прямо сейчас парижане собирают голоса для выделения бюджетных средств на создание арт-маршрута вдоль старого виадука Viaduc des Arts на авеню Домениль (Daumesnil). Виадук был восстановлен в конце 90-х по проекту архитектора Патрика Берже, а бывшие складские помещения по аркам перепрофилированы под художественные магазины и мастерские. Теперь уже сами владельцы магазинчиков - дизайнеры и ремесленники - объединились, чтобы сделать улицу более зеленой, добавить «точки отдыха» с уличной мебелью и украсить арки световыми инсталляциями.
Проспект Грасиа в Барселоне. Фото: Zambrano González, Vicente
Festes de Gràcia. Фестивали и уникальная архитектура привлекают район Грасиа в Барселоне миллионы туристов. Но сами жители не особо рады такому наплыву гостей. Источник изображения: europea-travel.com
А в Барселоне активно собирают информацию и идеи для реабилитации исторического наследия в районе Грасиа, знаменитого парка Гуэль, который создал Антонио Гауди. Но кроме парка-достопримечательности в Грасиа множество старинных домов, некоторые из них не внесены в охранные списки, что вызывает у местных жителей тревогу. В муниципалитете озабочены: «Наблюдается постепенное исчезновение традиционной ткани и существенное изменение образа первоначального города-сада». Кроме того, историческая структура Грасиа может пострадать из-за спекуляций со стороны застройщиков.
Власти Барселоны просят горожан участвовать в составлении карты идентичности района Грасиа для его развития и защиты
Горожан просят присоединяться к составлению дорожной карты развития района и его защиты и присылать на сайт описания примечательных «атмосферных» локаций и просторных ориентиров. Ими могут быть небольшие внутренние сады, старые деревья, исторические интерьеры, необычно украшенные фасады, ремесленные мастерские, нестандартные рекламные таблички— все, что имеет уникальную ауру. Задача проекта в том, чтобы из этих небольших деталей, которые обычно не замечают туристы и официальное градостроители, составит карту идентичности района. За два месяца жители оставили более 100 заметок — они обращают внимание на местные традиции и особенности быта, просят взять под защиту деревья-долгожители, восстановить сады на террасах между улицами, реставрировать лепнину на фасадах и так далее.
Жители Рейкьявика стремятся к тому, чтобы улицы города были не транзитными зонами для транспорта, а местом для отдыха и сообщения. Источник изображения: Wikipedia Commons
Власти Рейкьявика уже подходят к вовлечению жителей в урбанистические процессы образцово-структурированно. С февраля по март 2018 г. там проходил сбор идей — всего аккумулировали более тысячи предложений по благоустройству города и окрестностей. После оценки идей и консультаций с экспертами проекты выставили на голосование – провели так называемые соседские выборы. Проекты-победители были утверждены, муниципалитет подписал договоры с подрядчиками, и уже в мае 2019 г. приступил к реализации. Все документы опубликованы на сайте муниципалитета reykjavik.is. Среди идей— создание зон для занятий спортом, строительство велосипедных дорожек, ремонт тротуаров, установка мусорных баков, озеленение, роспись граффити, высадка фруктовых садов, создание собачьего питомника, постройка сауны и так далее. Ничего сверхъестественного и высокобюджетного — простые мелочи, которые так важны для того, чтобы люди чувствовали себя комфортно.
Большинство общественных проектов — это недорогие простые предложения по благоустройству, которые так важны для комфорта горожан.
Стрит-арт — одна из множества общественных инициатив, которые поддерживают городские власти Рейкьявика. Источник изображения: Wikipedia Commons
Киев тоже не остался в стороне. КГГА впервые внедрила практику партисипации и предложила киевлянам поучаствовать в распределении средств местного бюджета в 2016 г., запустил онлайн-платформу «Общественный бюджет». Первый раз на реализацию проектов выделили 50 млн грн, а на «Общественный бюджет-2020» запланировали выделение уже в три раза большей суммы. Деньги пойдут на реализацию 554-х проектов, получивших наибольшую поддержку общины. Победителей система определила в июне. Подавляющее большинство проектов— о благоустройстве детских и спортивных площадок, покупке оборудования в школы идетские садики. Одобрено еще и финансирование нескольких фестивалей — SolomaFest 2020, Snigfest, арт-фестиваль «Повидло», Kyiv Extreme Fest 2020. Планируется устройство нескольких площадок для выгула животных публичных пространств, установка дефибрилляторов на станциях метрополитена в рамках проекта «РеаниМетро» и даже запуск в озеро Тельбин растений-гидробионтов, которые очищают воду и предотвращают ее цветение.
Креативное пространство на территории промзоны KAPЗ-12 в Киеве развивается как урбан-инкубатор, где урбанисты проводят обсуждения проектов и встреч с местными жителями. Источник изображения: karz-12.com.ua
Александр Рак, урбанист и транспортный эксперт, подавал на «Общественный бюджет-2020» два проекта, и оба были одобрены: 156 тыс. грн выделятся на устройство приподнятого пешеходного перехода и 365 тыс. грн— на озеленение и благоустройство публичного пространства на месте стихийной парковки возле станции скоростного трамвая на КПИ. По мнению Александра, выделенных средств достаточно для того, чтобы полностью реализовать намеченное даже с учетом возможной инфляции: «Подрядчика для выполнения работ будет выбирать балансодержатель (КП ШЭУ Соломенского района) через ProZorro. Я заложил в бюджет проекта 20% резерва, поэтому денег должно хватить. К самой платформе есть замечания: чтобы проголосовать за понравившийся проект, необходимо совершить слишком много действий, много кликов. Также столкнулся с тем, что возможные организационные проблемы по реализации, например, Киевавтодор сейчас планирует капремонт улицы Борщаговской, но они не хотят согласовать работы с моим проектом. Сейчас пробую с этим бороться».
Сквер Небесной Сотни в Киеве силами волонтеров был превращен в общественный парк с детской площадкой. Граффити с портретом Сергея Нигояна на стене старого здания создал португальский художник Алешандре Фарту по инициативе общественной организации «Город-сад». Источник изображения: wikipedia.org
Создать и запустить онлайн-платформу «Общественный бюджет» в Киеве помогал Офис Совета Европы в Украине. При его же поддержке в Киеве открылась «Академия общественного участия», где чиновников и общественных активистов будут знакомить с инструментами и методами партисипации.
Мы называем это Gamicipation!
Игра «Монополия», ставшая хитом во время Великой депрессии, была не первой экономической игрой, как принято считать. Чарльз Дэрроу использовал в качестве прототипа настольную игру «Землевладелец», созданную Лиззи Филлипс еще в 1903 г. Но несмотря на вторичность идеи и «52 ошибки в дизайне», которые заметили в экспозиции ной игровых симуляторы. С ее помощью юные американцы знакомились с основами рыночной экономики и принципами работы рынка недвижимости.
re:publica — это масштабная конференция, которая ежегодно собирает в Берлине тысячи урбанистов и криэйторов. Темами мероприятия становятся общественные инициативы и жизнь в цифровом мире. Источник изображения: re-publica.com
Сегодня существуют десятки онлайн-игр и платформ с открытым кодом, которые позволяют в доступной форме понятий, как работает городское планирование и даже тестировать новые модели архитектурных и урбанистических решений. Еще более перспективное направление— это использование онлайн-инструментов и дополненной реальности в публичном пространстве с привязкой к месту.
В 2017 г. на фестивале re:publica цифровой дизайнер Дэниэль Бой и профессиональный городской планировщик Карстен Михель Дрохсель презентовали игровой подход к вовлечению жителей немецких городов в процессы развития и благоустройства.
По мнению авторов концепции Gamicipation, совместное участие в городских играх позволяет наладить диалог между чиновниками, архитекторами, урбанистами и обычными жителями: «Игры дают людям возможность взаимодействовать. Они открывают новые двери, разрушают социальные барьеры».
Мобильные приложения служат инструментами для проведения урбанистических игр, которые позволяют изучать город, развивать его и консолидировать общины. Источник изображения: re-publica.com
Урбанистические игры дают людям возможность взаимодействовать. Они открывают новые двери, устраняют социальные барьеры.
Карстен Михель Дрохсель еще в 2008 г. основал «Мобильный университет», который комбинирует проведение урбанистических игр с образовательными курсами и публичными дискуссиями, а в 2013-м — компанию IMPULSBÜRO BERLIN, которая занимается разработкой. В настоящее время Карстен Михель Дрохсель и Дэниэль Бой проводят в Германии серии игр NEU-Stadt, которые сами они характеризуют как «дикий коктейль из города, игры и перформанса». По сути, каждый NEU-Stadt — это микрофестиваль, насыщенный квестами, викторинами на лучшее знание местных традиций, архитектурного контекста, культурными и развлекательными мероприятиями. Он проводится в нетипичных локациях и позволяет горожанам смоделировать реализацию креативных подходов к использованию домов, дворов и улиц. Сценарий для каждого NEU-Stadt разрабатывается индивидуально, и уже на этом этапе организаторы стараются привлечь местных активистов.
Почему игровой подход стал популярным инструментом public participation? Потому что он эффективен: игра стимулирует любопытство, творчество и развивает страсть и мотивацию к действию. Людям нравится играть.
Практическая цель игры — наладить доверительные отношения между формальными урбанистами и жителями
Главная практическая цель игры— наладить доверительные отношения между формальными урбанистами и жителями. Именно отсутствие доверия чаще всего становится препятствием для внедрения даже самых перспективных реформ. Жители районов предпочитают блокировать любые идеи, если не доверяют тем, кто эти идеи выдвигает. Кризис доверия, как оказалось, симптоматичен не только для постсоветских территорий, но и для внешне благополучных стран в Европе и Америке. Но если в Европе чиновники, архитекторы, девелоперы, политики и мэры не считают зазорным поучаствовать в городском квесте или викторине наравне с простыми жителями, в Украине они очень редко спускаются со своих башен на землю. Максимум участия— выйти на субботник и закопать березку в окружении журналистов.
Участниками конференции re:publica 2018 в Берлине стали около 9 тыс. человек. Главными темами обсуждений послужили медиакультура, сетевая политика и технологические тренды в Европе, в том числе в урбанистике. Источник изображения: re-publica.com
Эффект Can Vies
«Барселонский кейс» часто приводят в качестве примера успешной креативной и инфраструктурной трансформации города. Во многом это произошло благодаря экс-мэру Джорде Хереу, который хорошо знаком и украинцам, поскольку не раз приезжал в Киев для участия в экономических форумах, конгрессах и давал лекции по урбанизму. В свою каденцию (2006—2011 гг.) Хереу фокусировался на решении инфраструктурных проблем. Он модернизировал системы водоснабжения и электросети, лоббировал государственное инвестирование в строительство таких ресурсоемких объектов, как авиа- и портовые терминалы, железнодорожные станции. Эти преобразования сделали Барселону привлекательной туристической локацией— в год огород принимает свыше 7,5 млн туристов. Но несмотря на то, что Хереу часто говорил, что «когда жители согласны с проектом развития, трансформации в городе реальны», его взаимодействие с горожанами, возможно, было не таким уж тесным. В 2011 г. избиратели проголосовали за Хавьера Триаса. Как и Хереу, он делал ставку на развитие креативной экономики, но еще более дистанцировался от барселонцев, которые в ответ взбунтовались и отправили его в отставку.
Сдание Can Vies в Барселоне было занято сквоттерами в 1997 г. и превращено в неформальный культурный центр. Источник изображения: Wikipedia Commons
Катализатором массовых протестов, затронувших даже Валенсию и Майорку, стала попытка снести Can Vies в центре Барселоны. Довольно ветхое здание, принадлежавшее муниципальной транспортной компании, с 1997 г. занимали сквоттеры, превратившие его в неформальный социальный и культурный центр. Городские власти планировали снести Can Vies, чтобы на месте создать рекреационную зеленую пешеходную зону, что соответствовало ранее утвержденному генплану. Неожиданно для мэра жители города заявили: парк не нужен, а ветхое здание, расписанное граффити, должно остаться. Подобная логика не укладывалась в представление мэра и его сторонников о комфортном городе. Последовали длительные переговоры. Власти предлагали сквоттерам переселиться в постпромзону Can Batlló, где подобный неформальный культурный центр существовал с 2011 г. Но защитники Can Vies категорически отказались. Тогда Триас поручил выселить сквоттеров и снести здание. Это привело к социальному взрыву — на улицы вышли тысячи протестующих, которые тронули все вокруг и подожгли технику, двинувшую Can Vies.
Эффект Can Vies в контексте урбанистической политики — одна из самых обсуждаемых тем среди социологов и конфликтов
Испуганный Триас отменил решение о сносе, но жители нуждались в отставке, а затем посадили в кресло мэра каталонской столицы Аду Колау. Она начинала как активистка муниципальной общественной платформы Barcelona en Comú и член движения Let's Win Barcelona. Именно эти организации как раз и стояли за компанией гражданского сопротивления политике Триаса и сумели с помощью краудфандинговых платформ мгновенно собрать финансы для защиты активистов в судах.
Волонтеры восстанавливают Can Vies после окончания массовых акций протеста. Сгоревший экскаватор стал символом победы горожан в противостоянии с мэрией Барселоны. Источник изображения: Wikipedia Commons
В июне 2019-го жители города второй раз поддержали Аду, которая сегодня проводит радикальную урбанистическую революцию, сворачивая туристическую модель развития, и пытается построить социальный город равных возможностей. Такая политика вызывает грусть у представителей крупного девелопмента и барселонских рантье— новые власти безжалостно штрафуют их за попытку выставить предложения по аренде квартир на платформах вроде Airbnb без лицензии. Жертвами новой политики стали также автомобилисты, которым закрыли въезд в центр города (к радости пешеходов, велосипедистов и местных жителей, недовольных шумом и качеством воздуха).
Колау выделила средства на реставрацию ставшего знаменитым здания Can Vies, а весной 2019 г., как раз накануне выборов, передала территорию в 13 тыс. кв. м в промзоне Can Batlló сквоттерам-активистам в безвозмездное пользование на 50 лет.
Поражение в конфликтах с горожанами подается властями как победа и торжество демократии
Несмотря на критику, обвинения в популизме, утопизме и откровенно левом векторе, секрет популярности Ады Колау, по мнению политических экспертов, открытости и доступности. Она стала первой из градоначальников Барселоны, кто не боится проведения многочасовых встреч с жителями.
Барселона не единственный огород, где власти предпочитают потерять лицо в глазах местных элит, но сохранить посты и влияние.
Ада Коллау победила на выборах мэра Барселоны в 2015 и 2019 гг. благодаря открытому диалогу с горожанами. Источник изображения: eltemps.cat / efe
Например, берлинцы заблокировали проекты по редевелопменту аэропорта Tempelhof и потребовали, чтобы территорию площадью более 300 га в центре города не отдавали под строительство коммерческой недвижимости и жилья, а выделили под общественный парк. Весной 2019 г. власти Берлина утвердили выделение 100 млн евро для превращения Tempelhof, который в новейшей истории Германии стал символом гражданских свобод, в новый творческий квартал.
Поиск баланса и конструктивных решений требует от модераторов профессионализма на уровне дипломатов в зоне военных конфликтов
Чаще всего поражение в конфликтах с горожанами подается властями как победа и торжество демократии. Но ведь часть общины тоже оказывается у проигравших. Для многих берлинцев новое доступное жилье на территории Tempelhof нужнее, чем арт-квартал. А для многих жителей Барселоны туристы являются основным источником дохода.
Крыша здания аэропорта Tempelhof превратится в смотровую площадку. Источник изображения: Tempelhof Projekt GmbH
Территория закрытого аэропорта Tempelhof в Берлине превратилась в общественный парк The Tempelhof Field вопреки первоначальным планам застройщиков и властей. Источник изображения: Wikipedia Commons
Легализация самозахватов и отказ от перспективных планов развития — это игра с огнем, которая пугает держателей активов, собственников недвижимости и подрывает законодательный фундамент. Но подобное случается все чаще и чаще. Поэтому совершенно логично, что эффект Can Vies в контексте урбанистической политики — сегодня одна из самых обсуждаемых тем среди социологов и конфликтологов. Поиск баланса приоритетов и конструктивных решений при очевидном конфликте интересов требует от модераторов профессионализма на уровне переговорщиков и дипломатов в зоне военных конфликтов.
Искусство диалога, или «Кто за старшего?»
Попытки практической партисипации в Украине очень часто выглядят так: после двухчасовой презентации проектов урбанистов и архитекторов кто-нибудь из местных жителей задает вопрос: «А кто-то из старших здесь есть?..». Подобным образом отреагировали жители киевских Подолов и Воздвиженки на концепцию развития Валов, представленную в середине июля в креативном пространстве КАРЗ-12. Студенты курса Urban Design дизайн-школы Projector под кураторством команды «Агенты перемен» предложили ревитализировать территорию между склонами Щекавицы, Замковой горы и Подолом, которая когда-то называлась Кожемяцкой площадью, внедрила новую транспортную модель и частно открыть русло реки. бульваром между Верхним и Нижним Валом. Жители Подола и Воздвиженки первым делом поинтересовались, а согласовали ли студенты проект с КГГА или это просто «мультики», которые не имеют ничего общего с реальностью? «Агенты перемен» уверены, что это нормальная и совершенно типичная реакция для первой встречи, и собирают мнения жителей, чтобы подкорректировать проект.
Практически каждый проект развития вызывает шквал критики. Особенно если речь идет о зеленых зонах
Недоверие к молодым урбанистам не означает, что проекты от официальных градостроителей киевляне встречают более благосклонно. Практически каждый вызывает шквал критики. Особенно если речь идет о вмешательстве в зеленые зоны. Предложение по развитию части территории столичного Гидропарка (Венецианского и Долобецкого островов) от КП «Киевгорразвитие» сразу окрестили «асфальтопарком».
Концепцию развития исторической местности Китаево, разработанную SAGA Development и Perfect Group совместно с архитектурными бюро Architectural Prescription и ZOTOV&CO высоко оценили и поддержали в архитектурной среде. Автор концепции создания идеального счастливого поселения архитектор Гриша Зотов считает проект инновационным не только для Украины: «Он может смело конкурировать с европейскими или мировыми аналогами». PRAGMATIKA.MEDIA подробно рассказывала о новых сценариях для Китаево в предыдущих томах журнала. Разработчики отталкивались от данных, полученных в результате пространственных исследований, и, казалось, предусмотрели все, чтобы проект прозвучал ответом на общественный запрос. Но несмотря на прорывной дизайн, гуманистический стержень концепции и соответствие требованиям «Новой повестки развития городов» ООН, жители прилегающих территорий встретили ее штыки.
Концепция развития исторической местности Китаево предполагает сохранение участков для «городского огородничества». Фото: Андрей Ветошкин
Наша цель заключается в том, чтобы использовать действия каждого из стейкхолдеров для достижения взаимовыгодного результата.
Фото: Андрей Ветошкин
Задачи по модернизации в «зоне конфликта» возложены на команду «Агенты перемен». Им предстоит проявить «высший пилотаж» — разрушит стену недоверия между сторонами и наладит продуктивный диалог. О том, как продвигается партисипативный процесс, нам рассказал UX-дизайнер команды «Агенты перемен» Юрий Грановский.
PRAGMATIKA.MEDIA: Мы обратили внимание, что диалогу с жителями очень мешает одна деталь. Люди опасаются, что итоги встреч и переговоров с архитекторами и застройщиками будут оформлены как результат неких «общественных обсуждений». Предполагает ли ваша задача на данном этапе (кстати, как его можно назвать?) составление и подписание каких-то документов? И почему жители этого так боятся?
Юрий Грановский: Это среда, в которой все всего боятся, так как, во-первых, цена ошибки слишком высока, а во-вторых, девелоперский бизнес слишком долго компрометировал сам себя. Поэтому местные жители, совершая любое действие, по умолчанию полагают, что это действие обернется против них. Это сложно поверить, но наша цель заключается в обратном: использовать действия каждого из стейкхолдеров (местных, администрации, застройщика) для достижения взаимовыгодного результата.
Юрий Грановский, UX-дизайнер команды «Агенты перемен»
Текущий этап можно назвать знакомством. Мы знакомимся с местными активистами, лидерами мнений и обычными жителями. Знакомимся с их потребностями, страхами и болями— через презентации, личные встречи, анализ обсуждений в Facebook. Знакомимся с местом: его историей, значимостью для города и местных, его устройством, потенциалом и проблемами— через анализ большого количества документов и общение с профильными экспертами.
У нас, «Агентов перемен», нет задачи что-либо с кем-либо подписать. Мы ставим перед собой задачу лучше понятий, как здесь устроена жизнь. Определить, на какие проблемы и запросы может дать ответ концепция развития. И в итоге наладит конструктивный диалог между стейкхолдерами для выработки совместных решений по дальнейшему развитию этой территории.
Территория вдоль китаевских прудов должна остаться закрытой для автомобильного транспорта— считают в Architectural Prescription. Источник изображения: Architectural Prescription
P.M.: Какая из насущных проблем волнует жителей районов, прилегающих к местности Китаево, сильнее всего? И заложены ли в проект развития ее решение?
Ю. Г.: Мы узнали о большом количестве проблем — от полуживого транспортного сообщения до отсутствия нормального продуктового магазина. Наша ценность во всем этом—узнать об этих проблемах и соответствующим образом повлиять на концепцию.
Инициатива застройщика могла бы стать ответом на консолидированный запрос сообщества
P.M.: Возможно, у вас есть какой-то сценарий, который может способствовать консолидации сторон— не предполагаете ли вы проведения каких-то совместных мероприятий (убрать территорию вокруг прудов или что-то еще)?
Ю. Г.: Сценарий есть, но он постоянно меняется. С каждым этапом мы лучше узнаем, с кем и с чем мы имеем дело. Эти новые данные, конечно же, влияют на дальнейший план. В любом случае что бы мы ни делали, наши усилия так или иначе будут направлены на усиление территориального сообщества. Сейчас оно консолидировалось вокруг задачки любой ценой дать отпор всем девелоперским инициативам. Было бы здорово, чтобы в дальнейшем сообщество вошло в более созидательный режим. Чтобы местные жители вырабатывали альтернативные точки зрения на важные для них вопросы, определяли и приоритизировали проблемы, искали бы возможности для их решения. Тогда бы инициатива застройщика (какая любая вторая инициатива извне) могла бы стать ответом (одним из) на консолидированный запрос сообщества. Думаем, это была бы более конструктивная и продуктивная среда.
Велосипедные и пешеходные маршруты Китаево и Голосеевского леса предполагается объединить в общую сеть. Фото: Андрей Ветошкин
P.M.: Как часто необходимо проводить встречи с жителями? Должны ли они быть полностью открытыми— с возможным присутствием журналистов или активистов из других районов? Участие СМИ помогает или, напротив, мешает?
Ю. Г.: Для создания конструктивной среды в первую очередь должны происходить встречи не с жителями, а встречи жителей. В каком формате и с привлечением каких сторон зависит от цели каждой конкретной встречи. Думаю, они должны происходить регулярно и вне зависимости от внешней инициативы.
Проект архитектурных бюро Architectural Prescription и ZOTOV&CO предполагает благоустройство рекреационной зоны. Источник изображения: Architectural Prescription
P.M.: Когда можно говорить о том, что процесс партисипации и модернации диалога между сторонами идет успешно? Какой процент местных жителей должен быть включен?
Ю. Г.: Думаю, что здесь нужно измерять не числами, а продуктивностью диалога. Если мы можем фиксировать планомерный прогресс, то партисипация идет успешно. Когда стороны стали готовы слушать друг друга, после этого - слышать, затем - прислушиваться и делать выводы, а еще лучше - со-сдавать. Когда в результате сообщество получает все большее влияние на выработку решений по отношению к территории.
Экспертное мнение
Ромеа Мурин: для кого мы это проектируем?
Ромеа Мурин — архитектор и городская планировщица из Польши. После обучения в Польше и Дании она 8 лет работала в ведущих бюро Копенгагена, Нью-Йорка и Роттердама. Также Ромеа успешно завершила программу последипломного образования «Гибридный урбанизм» в Strelka Institute for Media, Architecture and Design и работала ведущим архитектором в Strelka KB в Москве. Кроме того, она была приглашенным профессором в пределах INDA International Program in Design and Architecture, Университета Чулалонгкорна в Бангкоке, Таиланд. Сейчас Ромеа ментор образовательной программы «Интегрированное пространственное планирование для объединенных территориальных общин» и программный директор CANactions School. PRAGMATIKA.MEDIA обратилась к Ромеу как к эксперту в теории и практике партисипации, чтобы узнать, как более эффективно использовать инструменты культуры участия и вовлечение жителей украинских городов в процесс совместного планирования.
Ромеа Мурин
PRAGMATIKA.MEDIA: О чем свидетельствует деятельность CANactions School: какие методы наилучшие для привлечения общины и не только местных активистов, но и представителей общественных организаций?
Ромеа Мурин: Сам проект должен вытекать и развиваться из взаимопонимания и сотрудничества между всеми сторонами — общинами, градостроителями и администрацией города. Для создания соответствующей и адекватной стратегии необходимо взаимодействовать с людьми, которые часто пользуются этими пространствами на протяжении всего процесса городской стратегии и в решающем принятии решений. Начальным моментом в разработке концепции любой повестки дня общественного пространства должно быть определение талантов и ресурсов в пределах общины людей, которые могут предоставить историческую перспективу, понять, как функционирует эта территория и определить, что действительно имеет значение для местного населения. Использование этой информации в начале процесса поможет создать ощущение причастности и принадлежности общины к проекту и обеспечить его успех на долгие годы.
PRAGMATIKA.MEDIA: Какие основные проблемы возникают на пути реализации проекта?
Р.М.: Есть ряд трудностей, с которыми могут столкнуться города при реализации своих стратегий.
- Обеспечение комплексного подхода в реализации стратегии и связанных с ней действий или проектов.
- Привлечение местных заинтересованных сторон и организация принятия решений для их выполнения.
- Создание эффективных индикаторов и систем мониторинга для измерения эффективности.
- Переход от интегрированной городской стратегии к оперативным планам действий.
- Налаживание государственно-частного партнерства.
- Усиление финансирования городской политики путем изучения финансовых инноваций (фонды городского развития, краудфандинг и т.д.).
Этот перечень вызовов, безусловно, не охватывает всех проблем, с которыми сталкиваются города на этапе внедрения стратегии. Важно обеспечить обмен и передачу знаний между городами и регионами - обмен опытом и результатами этих этапов может повысить эффективность стратегии и поможет избежать трудностей, с которыми столкнутся все задействованные стороны.
В Украине очень редко используют модели участия или привлекают жителей к процессу планирования.
PRAGMATIKA.MEDIA: Каковы пути преодоления взаимного недоверия и непонимания между агентами влияния и населением? Мы часто становимся свидетелями того, как люди отказываются воспринимать урбанистов серьезно и часто уверены, что архитекторы и дизайнеры, представляющие новую концепцию развития, ангажированы («Кто вам платит?»).
Р.М.: Недоверие имеет веские основания. Во-первых, в Украине очень редко используют модели участия или вовлекают жителей в процесс планирования. Первые настоящие общественные слушания были организованы в рамках программы ISPAH (Integrated Spatial Planning for Amalgamated Hromadas program — «Интегрированное пространственное планирование для объединенных территориальных общин» CANactions School). Как старший ментор этой программы, я вижу ее успешным примером реализации городской стратегии. Во-вторых, градостроителям важно признать тот факт, что есть агентства, которые достаточно хорошо знают свои территории, просто используя их каждый день. Они являются наиболее авторитетным источником информации. Если они вовлечены в процесс или процесс городской застройки достаточно прозрачным в плане общения, недоверия не возникнет. В конце концов, мы работаем для пользователей, и если они не видят полезности, то для кого мы это проектируем вообще?
PRAGMATIKA.MEDIA: Есть ли случаи, когда благие намерения урбанистов действительно превращаются в проблемы для местных жителей? Что делать, если девелоперы перехватывают добрую идею, искажают ее и негатив обращают против активистов?
Р.М.: Как я уже упоминала, если процесс внедрения определяет приоритетность привлечения общественности и прозрачность процесса, любые «переводы» и модификации со стороны девелоперов будут немедленно разоблачены.
Из случаев, о котором я могу вспомнить, это один из проектов, в котором я участвовала в Польше. Концепция была разработана путем партисипации, и все ключевые стратегические действия были обсуждены и утверждены жителями города. Изменения с стороны проектировщиков и подрядчиков, которые были предложены и объявлены, быстро стали полемичными, проект остановили за несколько недель. Это был решающий момент в истории проекта, жители среагировали эффективнее и решительнее, чем градостроители и архитекторы, участвовавшие в его разработке.
Старший ментор программы ISPAH Ромеа Мурин в CANactions School. Фото: Марго Дидиченко
PRAGMATIKA.MEDIA: Краудфандинг, гранты или общественные бюджеты — какой способ финансирования проектов сегодня чаще всего выбирают инициаторы идей? Если мы говорим о социальном проекте, в котором нет коммерческой составляющей — он обречен?
Р.М.: В последние годы позиция краудфандинга постепенно смещалась от просто альтернативного варианта к переходу на четко установленный и зрелый механизм финансирования. Начиная с ограниченного круга инноваторов, краудфандинг неуклонно расширял свою сферу охвата как с точки зрения инвесторов/сторонников, так и с точки зрения территорий, для которых разрабатывались проекты и кампании. Это позволяет попросить финансирование и обеспечить его за счет общины, а также гарантирует добропорядочные процессы совместного принятия решения, сотворчества, привлечения и собственности, которые возникают у всех заинтересованных сторон. Последующая эволюция такого механизма представлена так называемым гражданским краудфандингом, благодаря которому граждане часто сотрудничают с правительством.
Особенностью гражданского краудфандинга является то, что он может способствовать возникновению у привлеченных чувства причастности и принадлежности благодаря вкладу в создание общественной ценности на их территориях. Это может привлечь внимание широкого круга государственных и частных заинтересованных сторон, таких как местные и региональные органы власти, агентства развития, банки и частные фонды. Краудфандинг предлагает новый процесс, в котором правительства могут реализовывать решение определенных социальных проблем с помощью некоммерческих организаций (НГО) и более эффективно собирать взносы от большого количества доноров. Это также позволяет получить новую форму совместного управления.
