Deprecated: Функция class-oembed.php с версии 5.3.0 считается устаревшей! Используйте wp-includes/class-wp-oembed.php. in /var/www/pragmatika.media/wp-includes/functions.php on line 5513

Несбывшийся Sky Towers

Раскрыть магистральную тему майского тома PRAGMATIKA.MEDIA «Город с высоты» было бы невозможно без привлечения экспертов. Поэтому мы выясняли у влиятельных девелоперов, архитекторов и урбанистов, как они с высоты собственного опыта оценивают перспективы вертикального развития города? Можно ли считать высотную и сверхвысотную застройку однозначным злом или благом? Решит ли она насущные урбанистические проблемы или, напротив, усугубит их?

Sky Towers на проспекте Победы, детище некогда ведущего киевского застройщика Kyiv Donbas Development Group, должен был стать самым высоким небоскребом Украины и Восточной Европы еще в 2010 г. Но вместо триумфального взятия высоты в 214м снискал себе славу самого высокого недостроя страны. Офисная 47‑этажная башня и 41‑этажная отельная успели подняться всего до 27 этажа. Проблемы начались сразу после кризиса 2008 г. и в итоге привели к остановке строительства.

С тех пор официальные бенефициары несколько раз сменились, а застройщик KDD сменил юридические реквизиты. Недавнее расследование журналистов издания «УкрРудПром» не смогло выявить ответственных за кредит в 6 млрд грн, который застройщик еще в 2006 г. взял у государственного «Укрэксимбанка», а нынешний формальный владелец Sky Towers, некое «Агентство офисного строительства», похоже, играет в этой истории роль зиц-председателя. Большие деньги, как это часто бывает в Украине, растворились почти бесследно, но гигантский полуфабрикат возле Центрального киевского ЗАГСа невозможно просто взять и стереть с горизонта. Почти ежегодно из разных источников поступают различные прогнозы о том, что ждет Sky Towers в будущем. Мы решили узнать у архитектора Виталия Васягина, который занимался адаптацией проекта гонконгского бюро DLN, какая же судьба была уготована небоскребу и насколько морально устарел этот объект за годы простоя.

Виталий Васягин: «Тогда все думали, что еще немного – и мы уже почти Дубай»

Виталий Васягин. Фото: Максим Дробиненко

PRAGMATIKA.MEDIA: Sky Towers так давно находится в статусе недостроя, что все уже и забыли о том, с чего начиналась эта история. На какой стадии проект попал в ваши руки?

Виталий Васягин: Можно сказать, что я практически наблюдал, как проект зарождается. Обсуждались возможные подходы и международные команды проектировщиков, которые в состоянии запроектировать здание такого класса. Выбор был сделан в пользу бюро DLN из Гонконга. У них имелся достаточный опыт проектирования офисных небоскребов класса А, высотных жилых зданий и других впечатляющих объектов.

P.M.: Как вы оцениваете изначальную версию гонконгского бюро DLN?

В. В.: Высоко оцениваю. И не только по конечному результату. Наше бюро как локальный архитектор для адапта­ции зарубежного проекта сопровождало работу DLN с первых дней. Мы консультировали их, снабжали исходными данными об украинских нормах, особенностях участка, его окружения и т. д. Они прилетали к нам, несколько раз мы были в Гонконге у коллег на презентациях их идей. Участвовали в процессе от первых эскизов до более детальных проработок.

Лобби Sky Towers. Проектирование: DLN. Адаптация: Творческая архитектурная мастерская «Виталий Васягин». Изображение: © DLN

P.M.: В чем заключалась адаптация проекта к нашим реалиям и условиям?

В. В.: Адаптация зарубежного проекта к местным реалиям — обычная международная практика. Локальный проектировщик имеет местную лицензию на проектирование у себя в стране, знает местные строительные нормы и правила, корректирует некоторые зарубежные проектные решения под эти нормы, согласовывает проект в местных инстанциях, вместе с застройщиком вводит объект в эксплуатацию. Правда, у нас до ввода не дошло.

Поскольку мы консультировали проектировщиков из Гонконга в процессе проектирования, то как‑то глобально менять их проект не пришлось. На финальной стадии больше уходило времени на конвертацию файлов, перевод с английского, перевод метрических единиц, оформление проектных материалов. А самое главное — уже в те годы существовала возможность разрабатывать и согласовывать проекты, выходящие за рамки украинских норм, как экспериментальное строительство. Например, наши нормы тогда не оговаривали вообще здания выше 73,5 м. Зато благодаря экспериментальному статусу проекта нам удалось адаптировать и согласовать во всех инстанциях здание высотой 210 м.

P.M.: В чем заключалась инновационность проекта Sky Towers для Украины? Дизайн? Архитектура? Инженерные и технические решения? Или это сугубо высотная планка?

В. В.: Инновационность была во многом. Кроме пресловутой высотной планки в этом проекте была преодолена и планка «глубинная». По сегодняшний день под недостроенным небоскребом находится восьмиуровневый подземный паркинг. Кстати, абсолютно сухой, несмотря на окружающую его пойму речки Лыбедь. И это тоже благодаря передовым на тот момент конструктивным, гидротехническим и другим инженерным решениям.

В архитектуре и дизайне инновации (по украинским меркам того периода) тоже зашкаливали. Мультифункциональность здания: бизнес-центр, пятизвездочный отель с гостиничным оператором из первой мировой тройки, рестораны, магазины, конгресс-холлы, вертолетная площадка, огромный подземный паркинг. Сложнейшая мультизональная инженерия и лифты, беспрецедентный комплекс мер пожарной безопасности. Особенные, никому тогда в Украине не известные, «ножничные» эвакуационные лестницы, а не пресловутые Н1 с холодным переходом. У нас был макет из картона, чтобы помочь понять пожарным, как такие лестницы геометрически устроены. По планам им было непросто разобраться в такой сложной конструкции. К работе над интерьерами здания приглашались дизайнерские бюро из Западной Европы и Штатов. Короче говоря, размах был еще тот. Тогда, до 2008‑го, все думали, что еще немного — и мы уже почти Дубай. Ну, или Гонконг.

Sky Towers: высотная шкала. Проектирование: DLN. Адаптация: Творческая архитектурная мастерская «Виталий Васягин». Изображение: © DLN

P.M.: Большая высота — большая ответственность. Насколько сложной и многоуровневой была техническая экспертиза проекта и кем проводилась?

В. В.: В связи с тем, что проект имел экспериментальный статус, к нему было повышенное внимание всех согласовывающих инстанций. Традиционная экспертиза проекта многократно расширялась за счет независимых экспертов из разных стран. Только конструктивный расчет несущей способности каркаса перепроверялся многократно в Англии, Германии, России. Так же и все вопросы безопасности. Модель здания в окружающей застройке «обдувалась» в специальной аэродинамической трубе в Лондоне на предмет определения лучшей аэродинамической формы.

P.M.: В процессе взаимодействия с заказчиком для вас стало ясно, почему изначально проект не заказали кому‑то из украинских архитекторов?

В. В.: Изначально было понятно, что настоящее высокотехнологичное high-rise building на тот период времени не могла запроектировать ни одна украинская проектная компания. Имеется в виду не создать выразительный архитектурный образ (смоделировать в 3D и зарендерить красивую картинку), а выполнить весь комплекс архитектурных, конструкторских и инженерных работ. То есть нужны были люди, имеющие подобный опыт, знающие, как надо все делать. А кто об этом знал в Украине с нашим уровнем развития строительного рынка в 2000‑х?

Лобби Sky Towers. Проектирование: DLN. Адаптация: Творческая архитектурная мастерская «Виталий Васягин». Изображение: © DLN

P.M.: Не было желания переформатировать все радикально? Если (когда) Sky Towers достроят — можно ли будет считать его инновационным или в какой‑то степени проект уже морально устарел?

В. В.: Устаревает все и всегда, но с разной скоростью. Чем больше стоит недострой — тем меньше он кому‑то нужен. Разве что нужна земля под ним. Взять и сразу продолжить стройку и закончить объект непросто. Нужно проверять состояние ранее возведенных конструкций — хорошо ли они сохранили свою несущую способность. Был ли объект «законсервирован» правильно? Сложных вопросов — миллион. Все это существенно повышает стоимость продолжения строительства, поэтому интерес к объекту закономерно падает.

P.M.: Какие правки-дополнения вы внесли бы в проект сегодня с точки зрения современных взглядов и подходов? Насколько, кстати, по вашему мнению, эти взгляды и подходы трансформировались за последние годы?

В. В.: Чтобы задумываться, какие правки-дополнения нужны к тому проекту в современных условиях, нужно понимать, кому и зачем он может понадобиться с точки зрения современного рынка. За прошедшие годы я слышал о разных идеях реновации этого недостроя под разные нужды: от размещения в нем украинского Кабинета министров или новой Киевской городской администрации до трансформации в очередной ЖК. Когда возникнет интерес и будет поставлена задача, тогда можно и подумать о путях ее реализации.

И конечно, рынок украинской офисной недвижимости изменился за годы после мирового финансового кризиса. Больше говорят о его стагнации, чем о бурном всплеске.

Плюс развивающиеся компьютерные технологии позволили (а коронавирус заставил) многих людей иметь удаленные офисы: работать дома, в коворкингах, на даче или в шезлонге под пальмой. Поэтому необходимость крупных бизнес-центров высокого класса в высотных зданиях с дорогой арендой пока под сомнением.

Sky Towers — офисно-отельный комплекс из двух башен должен был стать самым высоким в Киеве. Проектирование: DLN. Адаптация: Творческая архитектурная мастерская «Виталий Васягин». Изображение: © DLN

P.M.: Есть ли у вас личные амбиции создать авторский проект небоскреба для одного из украинских городов?

В. В.: У меня есть амбиции создавать просто хорошие и востребованные проекты, а не обязательно небоскребы. Если сейчас не заказывают небоскребы (состояние экономики не то), переживать и мучиться я не буду.

Помимо знаковых высотных сооружений в украинских городах, на мой взгляд, нужно создавать побольше просто качественных зданий средней этажности — пусть лаконичных, не вычурных и супердорогих, но сделанных со вкусом. И чем их больше — тем будет лучше городская среда в целом. А в хорошей интересной городской среде растут и формируются развитые личности со вкусом. А когда людей со вкусом много, то они будут выбирать хороших архитекторов и хорошую архитектуру. Так и получилась Европа, на которую мы ездим смотреть.

Также я бы сделал упор на благоустройство окружающей территории. Всем архитекторам нужно научиться создавать интересную среду за пределами наружных стен здания, а всем застройщикам — на нее тратиться. Это то, чем отличаются города и поселки в развитых странах — в каждом метре улицы видны «вложенные мозги и деньги».

Беседовала Ирина Исаченко

 

/Материал опубликован на страницах #31 тома PRAGMATIKA.MEDIA/