Deprecated: Функция class-oembed.php с версии 5.3.0 считается устаревшей! Используйте wp-includes/class-wp-oembed.php. in /var/www/pragmatika.media/wp-includes/functions.php on line 5513

Иммерсивные и интерактивные. Ландшафты, которые мы зажигаем

Остановись, вдохни глубоко, смотри и наслаждайся, взаимодействуй! Вовлечение — одна из главных функций современных городских коммерческих и общественных парков. Акцентные растения, световые сценарии, медиаарт — в распоряжении современного ландшафтного архитектора появилось множество инструментов, помогающих сделать зеленые пространства максимально привлекательными, индивидуальными и содержательными.

О том, как задержать вечно спешащего горожанина и поощрить его к диалогу с ландшафтом — рассказывает Людмила Белодед, основатель бюро Beloded Landscaping, действительный член Society of Garden Designers (SGD) и член правления Гильдии ландшафтных архитекторов Украины (GLAU).

Людмила Белодед, ландшафтный дизайнер, директор и основатель бюро Beloded Landscaping

Чувственные тонкости

Вам когда‑нибудь доводилось заблудиться в лесу? Пытались ли вы проанализировать, что именно заставляло вас двигаться все дальше, увлечься до потери всякого представления о времени, забыть о спутниках и делах? Каждое знакомство с новым зеленым пространством — садом, парком или небольшим городским сквером — может быть похожим на приключение и захватывающее путешествие.

Μετάверсия нового мира: от интерактивности в виртуальность

Некоторым достаточно наблюдать за тем, как растут и развиваются растения — это непрерывное шоу, которое дарит внимательному зрителю глубокие эмоции и радость. Но жизненные ритмы природы и современного горожанина настолько отличаются, что многим из нас, чтобы остановиться и сделать паузу, необходим какой‑то триггер, акцент, ключ. Нечто, заставляющее нас сменить маршрут, выбрать не кратчайший путь по улице, а ведущий через парк. Нечто, что побудит присесть на скамейку или шезлонг и погрузиться в созерцание.

Музей и парк The Grand Milestone, Сиань, Китай. Источник изображения: TROP: terrains + open space и Weimar Group

Любой качественный ландшафт — это не только визуальная оболочка, но и содержание: многослойный пирог из абстракций, метафор и поэзии. Так было всегда — ландшафты Андре Ленотра, Клода Моне, Фредерика Ло Олмстеда, Антонио Гауди, Чарльза Дженкса наполнены не только красками растительного мира, но и содержательными смыслами.

Сара Прайс, английский садовый дизайнер, считает, что главную роль в вовлечении зрителя играют порталы. Речь не о входных зонах в парк и сад, вернее, не только о них. Скорее, имеются в виду особые ориентиры, направляющие гостя от локации к локации и рассказывающие историю. Необязательно историю самого сада — это может быть легенда, сказка, повествование на любую тему.

Проем в густых зарослях, сквозь который словно нечаянно открывается живописный вид, тайная садовая комната, лабиринт или извилистая тропинка, которая обещает приключения и сюрприз за поворотом, ручеек, ведущий нас вдоль линейного парка, — все это превращает взрослых в детей, которые когда‑то с азартом исследовали незнакомый и полный приключений мир и бежали за бумажными корабликами в дождевой канаве.

Сквозь воду и мерцающие огни — выход из музея в парк The Grand Milestone, Сиань, Китай. Источник изображения: TROP: terrains + open space и Weimar Group

Хироки Мацуура, архитектор, с которым Beloded Landscaping сотрудничает в реализации проектов в столичном UNIT.City, всегда начинает с истории, которая трансформируется в концепцию, а затем в проект. В архитектуре и ландшафте внимательный зритель всегда найдет намеки, подсказки на то, что хотел сказать автор. На Main Plaza, к примеру, это рассказ о биоразнообразии — Bento Boxes, чья форма продиктована образами традиционной японской коробки для ланча, наполнены самыми разными растениями, которые можно изучать словно витрины в ботаническом музее.

Ключом к созданию эмоциональных откликов является формат повествования. Именно по повествовательному принципу, когда лучшие качества парка или сада открываются не сразу, а одно за другим, спроектированы ярчайшие из общественных парков: в них всегда есть история, место для интриги и намек на приключение. Этой традиции следуют современные архитекторы по всему миру. К примеру, молодой парк The Grand Milestone вокруг культурного центра в Цзюцзян в самом дорогом и активно развивающемся районе китайского города Сиань вовлекает прохожих с помощью пешеходной тропы, которая похожа на извивающегося дракона.

Ключом к созданию эмоциональных откликов является формат повествования, когда лучшие качества парка или сада открываются не сразу, а одно за другим

Белая лента то танцует, то поднимается, позволяя взглянуть на верхушки деревьев, то опускается, почти скрываясь в пышных облаках злаков, — мискантуса, пеннисетума и пампасской травы. А выход в сад из музея — безусловно, одно из лучших воплощений портала. Полупрозрачная инсталляция словно вуаль скрывает детали пейзажа, тонко намекая на них, — силуэт одинокого многоствольного дерева во внутреннем дворе приглашает к прогулке. Команда ландшафтных архитекторов TROP: terrains + open space и Weimar Group сумела создать, безусловно, современный пейзаж, не пожертвовав идентичностью традиционного восточного сада. «Дизайн без души никого не сможет впечатлить», — считают проектировщики, и с ними не поспоришь.

Иммерсивность на протяжении последних лет является одной из главных исследовательских тем на основных архитектурных и дизайнерских мероприятиях мира. Вот и в октябре 2021 г. на Лондонском архитектурном фестивале садовые инсталляции и павильоны установили на дистанции от Кенсингтона до Челси в последовательном порядке, образовав South Ken Green Trail. Целью создания тропы было вовлечение прохожих в культурологическое исследование района.

Лунные ландшафты на вилле Orticolario в рамках фестиваля 2017 г. Источник изображения: viaggi.corriere.it. Фото: Luciano Movio

Кстати, все знают о цветочном шоу в Челси, но совершенно незаслуженно в слепом пятне оказался фестиваль Orticolario — одно из самых чувственных мероприятий в сфере садового дизайна. В последние два года из‑за пандемии фестиваль не проводился, но до этого, начиная с 2009 г., каждый октябрь в садах виллы Erba на озере Комо в Италии собирались европейские эстеты и снобы, чтобы в камерном обществе насладиться объектами садового дизайна, коллекциями редких растений и арт-инсталляциями.

Orticolario не ориентирован на сбыт новинок селекции и агротехники, он призван развивать темы и философию, вдохновленные природой. Садоводство, ботаника, ландшафт, искусство и дизайн — все это направления, которые работают на эволюцию идеи сада наслаждений, не имеющего концептуальных границ. Организаторы Orticolario делают ставку на иммерсивность. За вполне традиционными стендами и экспозициями скрываются порталы и артефакты: секретные комнаты; люстры из омелы, развешанные среди гигантских секвой; сервированные прямо во влажном мху столы для трапезы при свечах.

Даже грядки и клумбы здесь иногда превращаются в музыкальный инструмент — студия Giacomarra Architect на одном из фестивалей представила свою инсталляцию Empathy Garden, где на опоры на контейнерах с ароматическими травами были натянуты струны, подключенные к компьютеру-ревербератору, преобразующему вибрации от ветра или прикосновения в звуки.

 

Свет и цифра

Современные художники уже не первый десяток лет выражают в свете свой феноменологический опыт, основанный на стихийных силах природы, но сегодня стены музеев становятся тесными для их творческих экспериментов. Иммерсивный арт выплескивается за границы внутренних пространств.

Светодиодные деревья Чарльза Гадекена, одного из самых востребованных индустриальных художников США, органично интегрируются в живую зелень. Они украшают набережные городов Калифорнии, в том числе Пало-Альто. В честь 150‑летия парка Golden Gate Park в Сан-Франциско Гадекен спроектировал «лесную группу» Entwined из шестиметровых стальных деревьев с разноцветными светящимися кубиками вместо листвы. В период пандемии это место стало одним из самых посещаемых. Чарльз называет свои техно-скульптуры «порталами в коллективное сознание».

Интерактивная ландшафтная инсталляция Aqueous на фестивале Burning Man 2017. Фото: Bill Hornstein / flickr

Цифровые технологии — это «Волшебный фонарь» нового века, способный превратить самую унылую обыденность в игровой ландшафт, полный сюрпризов. К примеру, знаменитый фестиваль Burning Man давно уже из тусовки безумных художников превратился в креативную лабораторию и тестовую площадку для кроссплатформенных экспериментов, в том числе в сфере ландшафтного дизайна. Если световые инсталляции способны преобразить обычную пустыню в Wonderland, то их потенциал в городском ландшафте поистине безграничен.

Международный фестиваль света под открытым небом Alive Together в Пекине — одно из главных событий года в Китае, как и каждое новое представление группы световых художников teamLab, в каком бы уголке мира оно ни происходило. Для teamLab холстом становятся здания, люди и деревья, а их шоу часто происходят под открытым небом.

Entwined — инсталляция Чарльза Гадекена, установленная в парке Golden Gate Park в Сан-Франциско, США. Фото: Jason Chinn / secretsanfrancisco.com

К примеру, инсталляция «Сопротивление и резонанс» демонстрировалась в вишневых садах, окружающих руины замка Фукуока. Овоиды — светящиеся яйцеобразные скульптуры, установили между деревьями. Прикосновения человека заставляли овоид менять цвет и издавать звук, на который, в свою очередь, реагировали и отзывались другие скульптуры. Любой посетитель мог запустить цепную реакцию вспышек и звуков, волну. Она прокатывалась по саду и затухала, натолкнувшись на руины старого замка.

Нидерландского дизайнера Даана Рузгаарда, основателя Studio Roosegaarde, можно считать форвардом в сфере создания иммерсивных арт-ландшафтов c использованием новых технологий. Его новаторские подходы с ног на голову переворачивают наши представления о взаимоотношениях природы, искусственной среды и человека. Еще в 2007 г. Рузгаард превратил набережную реки Маас в Роттердаме в поистине завораживающее, мистическое место.

Жизненные ритмы природы и современного горожанина настолько отличаются, что многим из нас, чтобы остановиться и сделать паузу, необходим какой-то триггер, акцент, ключ. Нечто, заставляющее нас сменить маршрут, выбрать не кратчайший путь по улице, а ведущий через парк

Интерактивный ландшафт DUNE — это динамическая установка, состоящая из тысяч светодиодных светильников на гибкой основе из стекловолокна, интегрированных в грунт вдоль набережной на дистанции около 100 м. Прототипом для установки стала маррам-трава или аммофила — злак, произрастающий на песчаных дюнах вдоль водоемов. Заросли техно-маррам реагировали на присутствие и движение человека — мерцанием, вспышками и звуковыми эффектами.

DUNE украшала набережную в Роттердаме на протяжении шести лет, а затем отправилась в длительное турне по миру — она демонстрируется как в закрытых музейных галереях, так и на площадях, и представляет уникальные возможности трансформации привычных пространств.

Международный фестиваль света под открытым небом Alive Together в Пекине, Китай. Источник изображения: People’s Daily

Не менее знаменит «фермерский» эксперимент Рузгаарда. Поле, площадью 20 тыс. кв. м, предназначенное для выращивания лука-порея, художник подсветил фитопроекторами. Свет, спроецированный на растущий лук, стимулирует биосинтез, делая растения устойчивыми к заболеваниям и вредителям. Таким образом, инсталляция GROW, которая днем, кстати, заряжается от солнца, позволяет сократить количество пестицидов, используемых в агротехнике.

Луковое поле в свете GROW выглядит словно лесная поляна в фильме «Аватар», и, конечно, считать GROW просто новым сельскохозяйственным подходом невозможно — это одновременно искусство и устойчивая технология, решающая актуальную практическую задачу. «GROW переосмысливает ландшафт как живое произведение искусства», — говорит Даан Рузгаард.

Интерактивный ландшафт DUNE в Роттердаме, созданный Studio Roosegaarde. Источник фото: Studio Roosegaarde

Ну а LIQUID LANDSCAPE, антискульптура, которую Даан открыл летом 2021 г. в художественном музее под открытым небом Arte Sella в Трентино, нарушает представление о твердой земле под ногами. Травяной ковер на пятидесяти квадратных метрах, спрятанный посреди живописного луга, начинает прогибаться и пружинить под ногами человека, словно батут или водяной матрас.

Чтобы создать такой эффект, резервуар с жидкой грязью покрыли гибким многослойным «ковром» с питательными веществами и семенами газонной травы. Жидкая основа ничем не нарушает нормальную вегетацию злаков. Скорее, траве угрожают посетители музея, для которых «Жидкий пейзаж» Рузгаарда стал настоящей сенсацией.

 

Арт — современный, беспощадный, интересный

Казалось бы, ландшафт Хай-Лайн, самого популярного парка Нью-Йорка, идеален и не нуждается в каких‑либо дополнениях. Его посещают около 7 млн человек в год — это больше, чем принимает любой из музеев «Большого яблока». Композиции Пита Удольфа и «хорошие кости» — структура, созданная ландшафтным архитектором Джеймсом Корнером и архитекторами Diller Scofidio + Renfro, уже являются основным залогом успешности.

Но не менее важны грамотно выстроенный менеджмент и постоянная эволюция. Силами Сесилии Алемани, директора специального подразделения High Line Art и куратора выставок, Хай-Лайн стал единственным в Нью-Йорке парком со специальной мультимедийной программой современного искусства, которая предлагается публике независимо от погоды на протяжении круглого года и совершенно бесплатно.

Выставка виртуального искусства The Looking Glass в парке Хай-Лайн, США. Источник фото: nyt.com

Ветка The Spur, последняя очередь строительства Хай-Лайн, как раз решила проблему дефицита пространства для мероприятий. В финальной точке парка на выходе к 10‑й авеню появилась квадратная площадь с террасами из тикового дерева, на которых так приятно сидеть и лежать. В ее центре расположен «Пьедестал» — в буквальном смысле пьедестал из гранита, на котором каждые полтора года будут меняться произведения монументального искусства. Пока его украшает пятиметровый бронзовый бюст авторства Симоны Ли.

И даже «Северный отрог» — самая старая часть Хай-Лайна, открытая для публики в 2009 г., в 2018‑м приняла скульптуру Филлиды Барлоу, композицию из двух массивных бетонных плит, установленных на стальных сваях. Нагромождение блоков и плит выглядит непривычно для нежного взгляда, но критики возмущались лишь до апреля 2021 г., когда скульптуру Барлоу сменил ржавый промышленный резервуар с сухим деревом на верхушке — инсталляция Ибрагима Махама под названием «57 форм свободы», а рядом взмыл «Дрон» Сэма Дюранта.

«19.604692°N 72.218596°W» — скульптура Фирелей Баэс, созданная по заказу High Line Art. Фото: Timothy Schenck

После этого даже самым непросвещенным стало очевидно, что директор High Line Art Сесилия Алемани не склонна к рефлексиям, а настроена на самые смелые эксперименты. Свою миссию она видит в том, чтобы продвигать в массы «новые, мощные, заставляющие задуматься произведения искусства, которые генерируют и усиливают некоторые из самых актуальных глобальных тем и дискуссий». К таким можно отнести выставку виртуального искусства The Looking Glass, организованную High Line Art совместно с The Shed.

Посетители парка в июле и августе 2021 г. могли столкнуться с парящим «Воображаемым другом» Нины Шанель Абни, «Неопределенным облаком» Олафура Элиассона и говорящими цветами, прорастающими сквозь мощение, — инсталляцией Прешес Окоемон «Сверхсветовые лучи любви». Правда, все эти чудеса дополненной реальности можно было увидеть лишь с помощью VR-гарнитуры или приложения в смартфоне.

 

Пустота как неотъемлемое условие

Я не призываю ландшафтных архитекторов брать на себя функции скульпторов, художников по свету или медиаарту. Наше время — время коллабораций и кроссплатформенного мышления, и если мы хотим включать в ландшафт объекты современного паблик-арта, интерактивные и иммерсивные инсталляции, то должны сделать так, чтобы ландшафт был готов их принять.

В статье «Публичное пространство как дисплей» (подробнее читайте в 34‑м томе PRAGMATIKA.MEDIA) искусствовед Катерина Рай говорила о том, что в Киеве острый дефицит локаций, которые подходят для установки арт-объектов. И я здесь вижу проблему не только организационно-административного характера. Проектируя новые публичные пространства, архитекторы забывают учесть возможность интеграции в них арт-объектов — временных или постоянных.

Five Conversations — инсталляция Любайны Химид, созданная по заказу High Line Art. Фото: Timothy Schenck

Необходимо предусмотреть не только коммуникации (как минимум подвод электричества), но и свободные квадратные метры, то есть запрограммировать в проекте пусто́ты на визуальных перекрестках. Они нужны не только для физических установок, но даже для виртуальных объектов, подобных тем, что были представлены в Хай-Лайн-парке, чтобы помочь сфокусировать взгляд зрителя на главном.

В Киеве я практически на каждом шагу сталкиваюсь с какой‑то всеобщей нетерпимостью к пустым пространствам. В парковых проектах отсутствует резерв для иммерсивных pop-up проявлений. Площадки, которые можно было бы использовать как дисплей, именно для того, чтобы на них появлялось время от времени нечто неожиданное, интригующее, странное, загромождаются какой‑то бетонной тумбой с нелепой гипсовой вазой или фонтаном «под старину». Или же гигантскими разноцветными мусорными баками.

Но баки хотя бы можно убрать, а вот парковые вазы или фейковые гипсовые скульптуры обычно монументальны. Это рефлексии, которые достались нам в наследство со времен СССР, когда альтернативой пионеру с трубой являлась девушка с веслом, и было очевидно, что десятки лет эта композиция останется неизменной. Но сегодня у нас поистине безграничный выбор и возможности для прогрессивных экспериментов. А мы уничтожаем перспективные пустоты и с ними возможность эволюции наших пейзажей.

Задача будущего в глобальном смысле — превратить отвлеченные образы в адресное высказывание

Не использовать технологии ради технологий призывал еще Стив Джобс. Каждое проектное решение должно соответствовать функции, и в этом вопросе мы остаемся на прежних модернистских позициях. Но одна из основных функций садов и парков — дарить радость и расширять зону комфорта.

«Недостаточно создавать функциональные продукты, понятные и удобные в использовании, нам также необходимо создавать то, что привносит радость и волнение, удовольствие и веселье, и да, красоту в жизнь людей», — говорил Дон Норман, американский писатель, ученый и исследователь дизайна. Его слова абсолютно справедливы и в отношении садового дизайна, ландшафтной архитектуры. Задача будущего в глобальном смысле — превратить отвлеченные образы в адресное высказывание. И это означает, что доля артистических и художественных проявлений в рамках традиционных зеленых типологий будет лишь увеличиваться.

 

Читайте также

Драматический ландшафт в эпоху метамодерна

Новые высоты. Геопластика современного ландшафта

Архитектор и ландшафтник: игра в 4 руки