MeetUp стал площадкой для обсуждения неотложных прикладных вопросов, которые сегодня возникают в контексте сохранения модернистских сооружений. Мы провели две панельные дискуссии: первая касалась проблем энергоэффективности зданий во время модернизации, вторая потенциала реновации советского наследия. В первом материале из архитектурного MeetUp'а PRAGMATIKA.MEDIA подытоживает результаты дискуссионной панели «Энергоэффективность модернистского наследия в современных реалиях».
Участники панельной дискуссии, слева направо: журналист PRAGMATIKA.MEDIA Александр Дмитрук, основатель архитектурного бюро VIHAREV Николай Вихарев, директор НИИ строительных конструкций Геннадий Фаренюк, руководитель креативного отдела компании Archimatika Николай Морозов, директор по развитию компании abmk Богдан Процив и региональный представитель компании VE. Фото: Юрий Ферендович
Участие в дискуссии приняли передовые украинские архитекторы и ученые: основатель архитектурного бюро VIHAREV Николай Вихарев, директор Государственного научно-исследовательского института строительных конструкций Геннадий Фаренюк, руководитель креативного отдела архитектурной компании Archimatika Николай Морозов, директор по развитию архитектурно-инжиниринговой компании abmk Богдан Процев и региональный представитель компании VEKA Ukraine Николай Бондаренко. Модерировал встречу журналист PRAGMATIKA.MEDIA Александр Дмитрук.
Модернизм как полотна Ван Гога
Существует миф о плохой энергоэффективности модернистских построек. Мол, архитекторы эпохи модернизма вообще не думали об этом, когда проектировали свои шедевры. А зачем об этом думать во времена, когда нефть и газ были дешевы? Жалуются и на технологии строительства и инженерные инновации — они и рядом не стоят с современными, прогрессивными. Действительно ли модернизм в плане энергоэффективности был таким безнадежным?
Модератор адресовал этот вопрос Геннадию Фаренюку, директору НИИ строительных конструкций, который в 2016–2017 годах принимал участие в научном проекте Software for Energy Passport in Ukraine, который внедрялся совместно с Австрией. В рамках проекта работал над разработкой программ термомодернизации жилых и общественных зданий в Украине. Геннадий Фаренюк развенчал миф о том, что здания модернизма энергетически неэффективны. «Наши хрущевки — это, пожалуй, самый энергоэффективный продукт в истории современной энергоэффективности», — говорит ученый и добавляет, что по таким же критериям в союзе строили все здания, в том числе выдающиеся общественные сооружения модернизма.
Директор Государственного научно-исследовательского института строительных конструкций Геннадий Фаренюк. Фото: Юрий Ферендович
Фаренюк пояснил, что в то время основным показателем энергоэффективности была экономическая целесообразность теплопередачи. Этот показатель рассчитывался не только по физическим, но и по экономическим критериям и устанавливался для каждого региона отдельно в соответствии с климатическими зонами:
Николай Вихарев: «Все помнят Дом над водопадом Райта? Прекрасный пример для понимания: если мы заменим там оконные системы на современные стеклопакеты, то потеряем его»
«То есть говорить о том, что эти здания не были энергоэффективны тогда, когда они должны были эксплуатироваться, — некорректно. Но наша беда в том, что мы до сих пор эксплуатируем здания, срок службы которых уже давно истек. А если он закончился, то теперь мы должны что-то делать с ними, — отмечает Фаренюк. — Все, что было построено раньше, сегодня должно безусловно реконструироваться и модернизироваться. Но об энергоэффективности мы должны позаботиться уже по тем показателям и критериям, которые существуют сегодня».
Украинский архитектор, основатель архитектурного бюро VIHAREV Николай Вихарев. Фото: Максим Дробиненко
В ответ на это архитектор Николай Вихарев напомнил, что последняя волна комплексной модернизации старых зданий произошла 60–70 лет назад, когда стало понятно, что камины и печки — это пережиток царского периода, и их нужно выбросить. В то же время во время этих процессов многие исторические и ценные здания были повреждены или разрушены. В этом контексте Вихарев выделяет такое понятие, как цикл исторической памяти: согласно ему, ценность зданий или другого искусства (напомним, что архитектура — это прежде всего искусство) осознается обществом значительно позже, спустя значительное время после создания объекта. В случае с модернизмом это время только наступило.
«Выдающиеся картины ван Гога не были испорчены или сожжены только благодаря воле нескольких людей. И только прожив цикл неизвестности и забвения, эти работы стали популярны. То же и с модернизмом, о котором мы сейчас говорим: очень много зданий этой эпохи не дожили до сегодняшнего дня, потому что их не уберегли в так называемом цикле памяти», — объяснил Николай Вихарев и добавил: именно поэтому работа с модернистскими памятниками должна быть чрезвычайно скрупулезной.
Отметим, что бюро Viharev в 2024 году работало со зданием станции метро «Хрещатик» в Киеве, которое спроектировал архитектор Флориан Юрьев. Команда отреставрировала фасад сооружения и провела термомодернизацию здания:
Реставрационные работы на здании станции метро «Хрещатик» выполняло архитектурное бюро Николая Вихарева. Фото: VIHAREV Restavration
«Главное, чего мы стремились, это сохранение визуальных характеристик и максимальное приближение к конструктивным решениям. По-моему, нам удалось модернизировать сооружение так, чтобы это не повлияло на его эстетику или пропорции. Мы полностью заменили гигантские панорамные оконные системы, и в этом смысле мы были очень осмотрительными, потому что рама окна – это первый враг модернизма. Стеклопакеты, которые сегодня производятся на конвейере, — это ужас. Если к ним не подходить с умом, то мы уничтожим модернизм и все историческое наследие. Все помнят "Дом над водопадом" Райта? Прекрасный пример для понимания: если мы заменим там оконные системы на современные стеклопакеты, то потеряем его».
Проблему модернизации остекления также прокомментировал Николай Бондаренко, региональный представитель компании VEKA Ukraine. По его словам, проблема в том, что в Украине нет единого понятного и сложившегося подхода к модернизации исторических зданий, не говоря уже о модернизме. Особенно это касается выдающихся сооружений, не являющихся достопримечательностями.
Региональный представитель компании VEKA Ukraine Николай Бондаренко. Фото: Юрий Ферендович
«Как подойти к проектированию окон, чтобы не повредить здание? Будем откровенны, сегодня этим занимаются не архитекторы, а эксплуатанты или владельцы, которые делают все, что угодно. У них нет никакой ответственности, и в конце концов мы имеем тот беспорядок на фасадах, который есть. Можно ли это изменить? Конечно, можно: есть современные европейские подходы, есть архитекторы, которые разбираются в гармонии, разбираются в правильном балансе окна и фасада», — сказал Бондаренко.
Институт оконных технологий в Розенхайме, основанный Эрихом Зайфертом, разработал правила модернизации оконных систем при реставрации и реконструкции. Фото: ift Rosenheim
Представитель VEKA добавил, что в Европе дискурс о модернизации остекления начался около 50 лет назад. Пожалуй, наибольший вклад в эту нишу внес Эрих Зайферт — основатель немецкого Института оконных технологий в Розенхайме (ift Rosenheim). Еще в 80-х Зайферт в соавторстве с коллегами написал руководство, призванное решить проблему современного остекления во время модернизации. Это руководство содержит самые современные европейские подходы к обновлению оконных конструкций: «Итак, эти подходы есть. Нам просто нужно активнее пропагандировать их и сотрудничать с архитекторами, которые все же умеют решать эти вопросы профессионально».
Взгляд архитектора: вызовы в работе с модернистским наследием
Действительно ли современные архитекторы знают, как работать с наследием модернизма? Этот вопрос модератор адресовал Николаю Морозову, возглавляющий креативный отдел архитектурной компании Archimatika. Морозов — один из известнейших современных архитекторов с многолетним опытом в проектировании жилых и общественных зданий. В 2024 году он участвовал в WAF (World Architecture Festival) в Сингапуре, представляя два проекта Archimatika. В ответе на вопрос модератора архитектор отметил, что наследие советского модернизма является особой культурной прослойкой и, чтобы работать с ней, украинцам нужно разработать собственные подходы. Подобная инициатива должна исходить от городских властей или государства, однако над документом должны работать специалисты и историки архитектуры.
Украинский архитектор, руководитель отдела креативного компании Archimatika Николай Морозов. Фото: Максим Дробиненко
«Часть наследия модернизма у нас уже признана достопримечательностями, часть — нет, какие-то постройки людям нравятся, какие-то не очень. Я предлагаю разработать четкий документ, в котором мы определим все стоящие достопримечательности модернизма и все решения и правила работы с ними. Например, здание "Цветы Украины" - это памятник, с ним можно делать то и то, реставрировать и т.д. Если менять остекление, оно должно быть таким и не иначе. Расписать эти правила, сделать их общедоступными, сделать даже портал или сайт, где все смогут увидеть их», — говорит Морозов.
По его мнению, эта работа не будет быстрой — на разработку таких правил понадобится минимум 10 лет: «В любом случае инициатива должна быть юридически закреплена. Если активисты, которые любят модернизм, разработают это и потом скажут, что это нужно выполнять, то так не будет работать. Должна быть юридическая процедура».
Богдан Процев: «Нам нужно, чтобы у каждого важного здания или комплекса был ответственный владелец»
В то же время, по мнению Николая Вихарева, у нас уже есть достаточно инструментов, которые позволили бы сохранять выдающиеся здания модернизма без статуса памятников. Это, в частности, архитектурные конкурсы и общественные обсуждения застройки улицы — проблема только в том, что ни власть, ни архитекторы не используют эти инструменты: «Сколько в Киеве за последние 10 лет состоялось архитектурных конкурсов, кроме проектирования Музея Революции Достоинства? Ноль. Если бы архитекторы работали с наследием через конкурс или обсуждение, возможно, они укрепили бы еще один инструмент воздействия на заказчиков. Потому что для меня, как для архитектора, самая большая проблема — это достучаться до клиента, чтобы он понял, что этого нельзя делать».
На фото: Николай Вихарев и Геннадий Фаренюк. Николай Вихарев призвал организовывать архитектурные конкурсы и общественные обсуждения по теме модернизации наследия. Фото: Юрий Ферендович
Комментируя сохранение модернистского наследия, Богдан Процив из abmk отметил, что в нашей среде есть не только юридические, но и ментальные вызовы: это ответственность самих владельцев за здание, причем это касается как частных бенефициаров, так и государства.
Директор по развитию архитектурно-инжиниринговой компании abmk Богдан Процив. Фото: Максим Дробиненко
«Недавно, когда я вернулся в Киев из командировки в Европу, я с новым опытом обратил внимание на два примера: с одной стороны, у нас есть кейсы, показывающие, как нельзя делать. Есть и положительные примеры, когда мы видим нормальную эксплуатацию, позволяющую зданиям долго сохранять свою функциональность и эффективность. И тогда не возникает вопросов, что с ними сделать: давать им статус памятника архитектуры или нет. И это наша ментальная проблема здесь, на месте, с которой нужно работать уже сейчас, и нам никто не мешает это делать. Нам нужно, чтобы у каждого важного здания или комплекса был ответственный владелец! — подчеркнул Процив.
У компании abmk, которую представлял Богдан Процев, есть очень ценный опыт работы со зданиями советских времен, что может пролить больше света на реновацию модернистского наследия. Как известно, abmk подключена к созданию сети Непрерывный - Экосистемы реабилитационных и лечебных заведений для ветеранов. В 2024 году компания реконструировала старую советскую больницу во Львове и превратила ее в современное энергоэффективное здание. Богдан Процев рассказал о главных проблемах в работе с наследием 60-х-70-х годов:
Национальный реабилитационный центр Unbroken в Львове, построенный на базе советской больницы. Новым панорамным лифтом посетители могут подниматься к зоне отдыха на крыше. Фото: Юрий Ферендович
Во-первых, огромная катастрофа с архивными материалами, аналогичная ситуация с довоенными зданиями и более ранними периодами. Поэтому подобная работа – это всегда огромный пласт исследования. Во-вторых, это, конечно, несоответствие сегодняшним нормативным параметрам, особенно в конструкциях. И если это не памятка, то с ней работать легче, по крайней мере, есть возможность выполнять термомодернизацию фасадов, да и с окнами ограничений значительно меньше.
Но есть немало нюансов с внутренними решениями инженерных систем: ограничение конструктивных схем, высоты этажей и габаритов помещений для создания комфортного климата, эффективных инженерных центральных решений. Однозначно это задача со звездочкой. Это путь поиска решений и работа не только архитектора, но и команды инженеров-специалистов в совместном тандеме», – рассказал Процев.
Можно ли избежать искажения фасадов утеплителем?
В 2019 году руководство КНУ им. Тараса Шевченко решило полностью утеплить фасады модернистских корпусов на ВДНХ. Такое решение никак не обсуждалось с обществом, никаких исследований не проводилось, а главным аргументом было то, что студенты зимой мерзнут в аудиториях. Возник скандал, самовольное утепление критиковали активисты и архитекторы, апеллируя к тому, что есть методики, которые позволят повысить энергоэффективность зданий, избежав утепления. В конце концов, университет сделал так, как планировал: здания утеплил, однако оставил открытыми монументальные художественные панно.
Модератор дискуссии Александр Дмитрук, архитектор Николай Вихарев и Геннадий Фаренюк. Фото: Максим Дробиненко
Геннадий Фаренюк, директор НИИ строительных конструкций, подтверждает: утепление фасада минеральной ватой — лишь один из способов улучшить энергоэффективность. По его словам, мы можем влиять не только на уровень теплоизоляции наружных стен, но и работать с микроклиматом внутри здания: «Нужно понимать, что энергоэффективность здания зависит, прежде всего, от того, насколько эффективно мы используем ту энергию, которую имеем. В частности, как транспортируем ее в здание, как регулируем, а также как обеспечиваем воздухообмен. Ведь через стены мы теряем только 15–20% энергии, а на самом деле большинство тепловой энергии (55–60%) теряется в результате воздухообмена».
"Нужно использовать современное энергетическое оборудование, а не заниматься зря глухими наружными стенами", - Геннадий Фаренюк
На резонный вопрос — что зимой нельзя проветривать помещение, Фаренюк ответил: «Нужно использовать физические процессы и применять современное энергетическое оборудование для энергоснабжения в здание, чтобы эффективно использовать энергию, которую мы поставляем для микроклимата здания, а не заниматься зря глухими наружными стенами».
Богдан Процив также добавил, что сегодня при модернизации зданий используют энергомоделирование — процесс позволяет рассмотреть несколько сценариев эксплуатации сооружения в соответствии с бюджетом реновации. Как известно, есть два компонента бюджета: инвестиционный (который должен потратить на реализацию и модернизацию) и эксплуатационный, рассчитываемый на определенный период времени: «Из нескольких сценариев мы можем выбрать оптимальный, под определенную функцию и здание. Нет единственно правильного. Но эти инструменты достаточно широко используются, и они эффективны и эквивалентны средствам».
Представитель компании VEKA Николай Бондаренко: «Важным инструментом воздействия на владельцев построек должна быть ответственность за самовольное утепление». Фото: Максим Дробиненко
Николай Бондаренко, представлявший компанию VEKA, отметил, что современная термомодернизация сооружения – это комплекс инновационных систем и решений, который сегодня содержит три главных фактора: высокоэффективная система регулирования тепла (отопления), термоактивная вентиляция и, конечно же, качественные современные оконные системы.
«Я убежден, что если бы мы как следует работали с этими факторами, то не возникало бы необходимости заниматься фасадами», — сказал Бондаренко и добавил, что другим важным инструментом воздействия на владельцев зданий опять-таки должна быть ответственность за самопроизвольное утепление. Здесь Бондаренко апеллировал к австрийскому опыту: в стране работает Федеральное агентство достопримечательностей, которое регулирует этот вопрос и имеет рычаги, чтобы привлекать к ответственности владельцев, портящих внешний вид зданий. Де-юре в Украине тоже предусмотрена ответственность за повреждение архитектурных памяток утеплением, однако на практике никто реальной ответственности не несет.
Что делать с полуразрушенными достопримечательностями?
Каким бы модернистское сооружение ни было одиозным для власти или девелоперов, у него больше шансов «выжить», если оно хоть как-то эксплуатируется. Другое дело — здания, которые уже подверглись вмешательству и теперь стоят полуразрушенными. Самый яркий пример — здание «Цветы Украины» на улице Сечевых Стрельцов, спроектированное Николаем Левчуком.
На фото: Николай Морозов, Богдан Процив и Николай Бондаренко. Морозов выразил мнение, что полуразрушенное здание «Цветов Украины» следует демонтировать. Фото: Максим Дробиненко
Архитектор Николай Морозов высказал радикальный тезис, что подобные здания более рационально демонтировать и создать на их месте что-то новое. «Жизнь этого здания реально восстановить, когда у нас есть три фактора. Во-первых, материалы, по которым реновация должна происходить. Второй важный фактор – это средства. То есть меценат, инвестфонд, Евросоюз, государство и т.д. И третий пункт — те, кто готов это делать. Вот когда эти три пункта есть, здание стоит восстанавливать. Если их нет — здание и дальше будет стоять, как развалина. И в таком случае мы ее или демонтируем, или отправимся в будапештский формат, обустроив так называемые руин-пабы».
Архитектор и исследовательница архитектуры София Галат контраргументировала предложение Николая Морозова: «Цветы Украины надо сохранить». Фото: Юрий Ферендович
На радикальное предложение Николая Морозова ответила София Галат — архитектор, которая была слушательницей дискуссии. Она рассказала, что вместе с активистами не дала разрушить «Цветы Украины» в 2021 году: «Если отвечать на ваше предложение контраргументом, то «Цветы Украины» нужно сохранить. По меньшей мере, как очень важный социальный прецедент и культурный феномен. Это неправда, что там ничего не происходит: происходит очень многое. Ежемесячно продолжаются судебные процессы, которые не видны физически. Но внутри происходят толоки и культурные события, чтобы поддерживать здание в надлежащем состоянии».
Николай Бондаренко: «Когда иностранец приезжает в Украину, как он узнает нашу страну? Первое, что он видит, это наша архитектура. Поэтому однозначно любое культурно важное здание нужно хранить, реконструировать и модернизировать.
Богдан Процив отметил: «Я не могу высказаться ни за, ни против сноса. Я за исследования и выводы из этих исследований. Каждое здание уникально, и соответственно каждый перечень возможных вмешательств и трансформаций тоже будет уникален. Это должен быть определенный архитектурно-исторический консалтинг, который ответит, куда мы можем двигаться».
Архитектурный MeetUp состоялся в пространстве MLYN design hub. Событие собрало украинских архитекторов, дизайнеров и общественных активистов. Фото: Юрий Ферендович
Финализировал панельную дискуссию Николай Бондаренко: по его мнению, все выдающиеся здания, в том числе и «Цветы Украины», нужно хранить, но главное — наполнять их правильным функционалом и смыслами.
«Этот вопрос гораздо шире, учитывая войну, которая длится уже 11-й год. Любое здание, памятник архитектуры или нет, это неотделимая часть нашей культуры и истории. Когда иностранец приезжает в Украину, как он узнает нашу страну? Первое, что он видит, это наша архитектура, здания. Поэтому я однозначно за то, что любое культурно-важное здание нужно поддерживать в надлежащем состоянии, реконструировать и модернизировать. Но важно и то, каким смыслом оно будет наполнено. Мне кажется, это и есть отправная точка, от которой мы должны двигаться к реновации модернистского наследия», — сказал он.
