Оттенок меняет мир и мир меняет оттенок. Дискуссионная панель «Цвет года Sadolin. Искусство, мода, интерьер, архитектура»

Мария Голубка / Дизайн /

29 сентября компания AkzoNobel, известная по бренду красок Sadolin, при поддержке журнала PRAGMATIKA.MEDIA собрала архитекторов, дизайнеров, а также специалистов в области искусства и моды в качестве экспертов и гостей в cтоличном пространстве Kooperativ, чтобы поделиться своими знаниями и мнениями о цвете и актуальных цветовых сочетаниях в 2021‑м.

Мир меняет палитру с течением времени. Каким он был тысячи лет назад и в каких цветах предстает перед нами в ХХI в.? Способен ли человек, окрашивая пространство вокруг себя, влиять на глобальные процессы и может ли цвет, окружающий человека, влиять на его восприятие мира? На его самочувствие, здоровье, эстетические и этические принципы?

Константин Ковшевацкий, Александр Клименко, Кристина Бобкова, Юрий Зименко, Юлия Шмакова и Николай Гулык

Безусловно, такая тесная взаимосвязь существует. Мир не стоит на месте. Визуальная картина бытия отличалась в разные исторические периоды. Стоит закрыть глаза и попробовать представить древний мир: кажется, он был окрашен в охру и киноварь. А сегодня — в неон и все цвета радуги. Сравнивая, к примеру, живопись средневековья и импрессионизм, можно проследить те же контрастные отличия. Это совсем разные палитры. Люди явно живут и жили в мирах, полных разных красок. И в зависимости от того, какие глобальные тенденции преобладают, палитры меняются едва ли не коренным образом.

Любопытно, как известный современный сериал «Почему женщины убивают» наглядно демонстрирует преображение интерьеров, одежды, автомобилей в границах одного и того же дома в различные исторические периоды — пятидесятые, восьмидесятые и в наши дни. Этот своеобразный видеокаталог раскрывает перед нами три совершенно разные палитры — от пастельно-бежевых оттенков до почти монохромной, но насыщенной гаммы. Каждая эпоха благодаря экономическим, политическим, культурным изменениям накладывает определенные отпечатки на наше пространство. «Наконец перестали одевать девочек в розовое, а мальчиков в голубое», — говорит инфлюэнсер и создатель комьюнити разумного потребления «Шо-та у Ашота» Юлия Шмакова. Это ли не отражение современной философии, в которой важное место занимает тема свободы личности, индивидуального выбора, демократичности, равноправия? «Цвет перестает быть гендерным, он становится универсальным», — подчеркнула Юлия.

Историко-культурный бэкграунд определяет отношение общества к цвету

Историко-культурный бэкграунд определяет отношение общества к цвету и формирует некие устойчивые стереотипы, возникающие с ним ассоциации. Если сравнивать краски народов Африки и Севера — это разные палитры. Например, в северных странах различают огромное количество оттенков белого. При этом на других территориях белый вполне может быть символом траура. Так, во Франции и Испании в средние века он считался цветом скорби и является таковым до сих пор в ряде стран Дальнего Востока, в том числе в Японии и Китае. В некоторых племенах Океании и Африки после смерти человека его тело раскрашивают белой краской. А вот скандинавские страны, которым по климатическим причинам не хватает солнца и света, ничего траурного в белом не находят, а наоборот, повсеместно применяют в своих интерьерах.

Архитектор Николай Гулык, основатель архитектурной студии BARABAN+, говорил на дискуссии о сильном влиянии локации на цветовую палитру архитектуры, размышлял о том, как, прогуливаясь по Киеву, мы замечаем совершенное разные цвета фасадов в разных районах.

Моника Витти в роли Джулианы в первом цветном полнометражном кинофильме режиссера Микеланджело Антониони «Красная пустыня», 1964 г. Приз «Золотой лев» XXV Венецианского кинофестиваля за лучший фильм

Использование цвета как инструмента в архитектурном проектировании детально исследовал Ле Корбюзье. Он связывал ощущения, вызываемые цветами, с физическими архитектурными свойствами: устойчивостью, статичностью, материальностью. Французский архитектор отмечал, что цвет может вызывать у нас ощущение мягкости или твердости, хрупкости или жесткости, при этом один и тот же оттенок в разных сочетаниях дает противоположные эффекты. Зодчий ставил цвет в ряд важнейших базовых составляющих архитектурного пространства. Целостность, достигаемая благодаря законам композиции и формообразования, уравновешивается с помощью цвета. Для Корбюзье цвет — это элемент божественной гармонии, такой, как порядок в музыке или математике.

Но как достичь этой божественной гармонии сейчас, во времена полной глобализации, когда мы черпаем опыт отовсюду? Как не потеряться в этом разнообразии, создавая сбалансированную «незагрязненную» палитру своей территории жизни? На этот вопрос ответил известный украинский художник и философ Александр Клименко. Он рассуждал о том, что нужно стремиться к здоровой эклектике. «Посмотрите, как устроены интерьеры известных коллекционеров, — сказал Александр, — как органично сосуществуют предметы искусства, привезенные из разных уголков планеты». По мнению Клименко, в одном пространстве могут спокойно уживаться марокканские скульптуры, импрессионистские картины, французский комод эпохи Ренессанса и японская гравюра. Важно, чтобы в интерьере были настоящие ценные предметы искусства, без этого он будет казаться бездушным, безликим. «Алхимики утверждали: чтобы создать золото — нужно немного золота», — пояснил Александр.

Александр Клименко

Появление в мире новых цветов и отношение к ним напрямую связано с научно-техническим прогрессом и экономикой. Если сажа древесного угля и мел — доступные и дешевые материалы, с помощью которых до сих пор получают базовые черную и белую краски, то в древнем мире изготовление синего красителя было связано с весьма сложной добычей и переработкой драгоценного лазурита. Наверное, поэтому сам цвет ассоциируется с роскошью.

Новые технологии открывают новые возможности. Человек наблюдает красоту природы и пытается отобразить красочное многообразие в своей повседневной жизни. На протяжении всей истории он пытается раскрасить мир самостоятельно. Цвет — как чай в кипятке: постепенно проникает во все сферы жизни.

В 1800 г. с изобретением станка была преобразована цветная печать. В 1861 г. появляется первый цветной снимок «Тартановая лента», основанный на трехцветной теории. К 1880‑м гг. появляются цветные журналы и брошюры. В 1928 г. состоялась первая цветная телепередача, а картина «Бекки Шарп», вышедшая в 1935 г., официально признана первым цветным фильмом.

Цвет — как чай в кипятке: постепенно проникает во все сферы жизни

Когда Микеланджело Антониони снимал свою первую цветную кинокартину «Красная пустыня», он очень деликатно подходил к работе с цветом. Гениальному итальянскому режиссеру всегда было интересно показать зрителю внутренний мир героя. Тема отчуждения, внутренней трансформации личности занимает огромное место в его работах. Антониони с помощью цвета в картине усиливает состояние персонажа: тревогу, страх, нежность, растерянность. Мастер кино выступает фактически в роли живописца, берет в руки кисть и ведро краски и физически красит траву и деревья. Ему недостаточно природного цвета, он искусственно меняет палитру для достижения наиболее насыщенных красок в кадре. Так будут делать многие кинорежиссеры того времени, в том числе и Пьер Паоло Пазолини.

Даже на одном этом примере мы видим, как стремление человека изменить окружающую среду с помощью цвета приобретает порой абсурдный и ироничный характер.

Александра Ассаул, Катерина Санина, Надежда Павленко и Инна Игонина на самой полихромной дискуссионной панели сезона “Цвет года Sadolin. Искусство, мода, интерьер, архитектура”

«Куда подевались узоры?» — задает вопрос во время дискуссии художник Александр Клименко. И сам же на него отвечает: «Витальность, выраженная в узорах, ушла. Ритмы во Вселенной изменились. С уходом узоров связана тенденция остывания. Еще философ-постмодернист Бодрийяр говорил о нечеловеческой скорости, присущей современному обществу». Да, планета постоянно меняется. Изменения происходят в политике, экономике, культуре, меняются парадигмы общества. Увеличивается или спадает темп жизни, растут города или вымирает население, планета пульсирует, излучает разные волны и вибрации. Глобальная цветовая волна планеты изгибается и уходит то в холодный, то в теплый, то в яркий, то в бледный — так, как закономерно сменяют друг друга сезоны, как стареет человек и меняет цвет волос и кожи… Войны несут за собой разруху и серость, пожары выедают зеленые леса, человек меняет ландшафты. Меняется отношение к цвету. Возможно, отказ от цветности — это такое же знаковое действие, как и введение нового цвета? Возможно, это не просто художественный акт, а изменение философии в целом?

В 1915 г. Малевич пишет «Черный квадрат», в 1926 г. Коко Шанель создает революционное маленькое черное платье, а в 1966 г. The Rolling Stones выпускают знаменитую вещь Paint it Black.

Витальность, выраженная в узорах, ушла. Ритмы во Вселенной изменились

Unite d’Habitation, Typ Berlin. Один из шести домов, спроектированных Ле Корбюзье в Европе и построенный в 1957 г. в Берлине. Фото: Andreas Rentz / Getty Images. Источник изображения: www.middleeastarchitect.com

Малевич создает не просто картину, а манифест о переосмыслении цветности — как попытку осознать место и роль цвета в искусстве. Он делает вызов, броское заявление. На что намекают «Катящиеся камни», когда повторяют: «Мое сердце — черное»? Быть может, эта композиция — своеобразное музыкальное заявление о настроении, царившем в Америке в 60‑е? Возможно, Джаггер поет о войне во Вьетнаме?

Черное платье от Шанель — отказ от цвета, который имеет логические утилитарные корни. В послевоенное время женщина идет работать, ее образ меняется на деловой, ей нужна удобная и функциональная одежда вместо кринолинов и декольте. И тут практическая сторона влияет на изменение эстетического восприятия. Черный, который раньше носили монахини и служанки как самое простое и дешевое, вдруг становится признаком роскоши, хорошего вкуса, благородства и утонченности. Кристина Бобкова, фэшн-дизайнер продолжила эту мысль во время дискуссии: «Ну сколько раз ты наденешь красное платье? Один! А нейтральные цвета можно носить бесконечно. Мода должна быть универсальной, удобной, мобильной». Есть цвета, которые навсегда останутся классикой.

Коко Шанель во время примерки «маленького черное платья»

А если такие революционные действия, как введение нового цвета или отказ от цветности, основанные на интуиции автора, имеют более глубокий смысл?

Художники начала XX в. меняют подходы в живописи в попытке понять и выразить истинную суть вещей. Их больше занимает не внешняя составляющая предметов, а внутренняя энергия, вибрации, аура, которую эти предметы излучают. Художники-модернисты используют цвет для выражения внутренней сущности вещей. Василий Кандинский внес огромный вклад в теорию цвета. Его понимание цвета очень глубоко. До сих пор никому не удавалось провести столь точный анализ. В 1910 г. Кандинский пишет работу «О духовном в искусстве», в которой много рассуждает об изобразительных средствах художника, о психологии воздействия цвета, о композиционном созвучии форм.

Художники-модернисты используют цвет для выражения внутренней сущности вещей

Современные ученые продолжают изучать влияние цвета на психику человека. Всякий цвет, возбуждающий или успокаивающий, проникает в нас, как электричество в светильник или утюг, и трансформируется в эмоцию. Маркетологи пользуются этой особенностью. В пространствах общественного питания, например, использование оранжевого повысит аппетит, в учебных заведениях, библиотеках, книжных магазинах желтый стимулирует жажду знаний… Американские исследователи утверждают, что чем больше пространство насыщено цветом — тем более человек подвержен вирусной атаке.

Интересно, что люди часто тяготеют к тем или иным цветам по своим психологическим причинам. Кому‑то в детстве не хватало ярких игрушек — и он стремится заполнить этот пробел в зрелом возрасте. Кто‑то вырос в регионе, где преобладали средиземноморские цвета, и теперь ему хочется их перенести в свой интерьер в мегаполисе. Юрий Зименко подчеркнул, что восприятие цвета человеком очень индивидуально и не нужно препятствовать заказчику, но необходимо позволить ему самостоятельно принимать решения относительно цветовой гаммы в интерьере. А дизайнер лишь должен помочь ему создать правильное сочетание. «Возможно, цвет в интерьере — это тот недостающий пазл для гармонизации личностного психологического баланса», — говорил Юрий.

Юрий Зименко

Часто с наименованием цвета мы связываем некоторые конкретные понятия, но при этом не имеем в виду пигменты: зеленый коридор, красная зона, розовые очки. Так происходит потому, что человек большую часть информации воспринимает зрительно.

Синестезия — одно из явлений, с которым связано формирование нового неординарного видения искусстве. Василий Кандинский слышал звучание красок и даже использовал для описания своих картин музыкальные термины: «композиция», «импровизация». Один из самых известных синестетиков — писатель Владимир Набоков. Подобно Антониони, Набоков берет кисть и окрашивает литературу совершенно новым языком. В своей знаменитой «Лолите» он фантазирует на тему фрески. Чтобы передать внутреннюю сущность вещей, которая так беспокоила художников-модернистов, с помощью текста писатель создает визуально красочное полотно: «…Было бы озеро. Была бы живая беседка в ослепительном цвету. Были бы наблюдения натуралистов: тигр преследует райскую птицу, змея давится, натягиваясь на толстого выхухоля, с которого содрали кожу… Были бы те яркие пузырьки гонадального разгара, которые путешествуют вверх за опаловыми стенками музыкальных автоматов. Были бы всякие лагерные развлечения для промежуточной группы. Какао, Катание, Качели, Коленки и Кудри на солнечном берегу озера. Были бы тополя, яблоки, воскресное утро в пригородном доме. Был бы огненный самоцвет, растворяющийся в кольцеобразной зыби, одно последнее содрогание, один последний мазок краски, язвящая краснота, зудящая розовость, вздох, отворачивающееся дитя…». В его романах цвет играет огромную роль. Кажется, что и все литературные шедевры Набокова обладают такой живописной многогранностью и монументальностью, что их по праву можно отнести к фрескам. Символизм цвета в литературе отображается в самой популярной среди читателей Японии книги 2013 г. В романе Харуки Мураками «Бесцветный Цкуру Тадзаки и годы его странствий» синий, красный, черный, белый — это «имена» персонажей, друг которых всю жизнь искал ответы в своем прошлом и пытался понять, почему он остается «бесцветным».

Василий Кандинский слышал звучание красок и даже использовал для описания своих картин музыкальные термины

Человек постоянно испытывает потребность в цвете. Никто не хочет быть лишенным своего собственного цвета, как Цкуру Тадзаки. Мы нуждаемся в постоянном обновлении цветовой палитры. Мы окрашиваем свою речь, стены, волосы… Вспомним советские времена: серые депрессивные спальные районы, серые ткани одежды, серой казалась даже пища. После выхода из той эпохи, кажется, наступил бум цветности. В фильме Тодоровского «Стиляги» один из главных героев Фред после возвращения из США говорит своему товарищу: «У меня для тебя плохие новости, Мэл. В Америке нет стиляг… Чем свободнее личность, тем проще она одета… Важно не то, что снаружи, а что на подкладке». Это напоминает мысль из стихотворения Веры Полозковой: «Иногда я кажусь себе полководцем в ссылке, иногда — сорным семенем среди злака, в мире правящей лицевой все, что занимает меня — изнанка».

Дизайнер интерьеров, декоратор Юрий Зименко подчеркнул, что в Украине извращено понимание очередности видоизменения среды обитания, по сути, искажено понимание очередности лица и изнанки. Все красивое стремятся выставить на общее обозрение, а проблемное оставить внутри. Таков, к сожалению, и подход к проектированию. Зименко посетовал, что в большинстве своем люди сначала хотят красиво одеться, потом красиво обустроить свое жилье и только потом смотрят на благоустройство улиц. В цивилизованных странах всегда наоборот. Философская мысль о том, что «вся суть в подкладке», постепенно приходит в Украину. Мы больше смотрим по сторонам, анализируем, что происходит с планетой, и стараемся делать более осознанный выбор: ресайклинг, рациональное отношение к ресурсам, сокращение потребления. И в подтверждение этого Кристина Бобкова подчеркнула актуальность моды на винтаж. Об этом же во время дискуссии рассуждала Юлия Шмакова: «Мы уже выбираем вещи иначе. Оказывается, нам не нужны 25 пар обуви и сто кофточек. Мы пристальнее смотрим на материал, на то, как вещь выполнена, прослужит ли она долго. Сумочка от Dior — это инвестиция, как инвестиция в недвижимость. Меняется парадигма».

Василий Кандинский «Внутренний альянс», 1929 г. Холст, масло, 76 × 66 см. Вена, Австрия, Музей Альбертина. Источник изображения: Wikimedia Commons

«Может ли эстетика формировать этику?» — задал вопрос приглашенным экспертам модератор дискуссии Константин Ковшевацкий. Воспитывая в себе вкус с раннего детства, мы способны поменять пространство вокруг себя в лучшую сторону. Юрий Зименко подчеркнул необходимость формулировки законов, регулирующих цветовую палитру городских фасадов. Николай Гулык призывал «воспитывать» заказчика и не отказываться мгновенно от своих идей, даже если вначале они не воспринимаются позитивно. «Дайте возможность человеку в этом несколько дней прожить. Вполне возможно, что спустя некоторое время он позвонит и скажет, что очень доволен принятым в дизайн-проекте цветовым решением», — пояснил Николай.

Константин Ковшевацкий

Осознавая все многообразие факторов, влияющих на палитру современного мира, трудно представить, какую работу нужно произвести, чтобы выбрать актуальный цвет грядущего года. В какие краски будет окрашен двадцать первый год двадцать первого века? Амбассадоры бренда Sadolin архитекторы Александра Ассаул и Инна Игонина презентовали новый цвет года, названный Brave ground — «Храбрая земля». Цвет очень неоднозначный, как и время, в которое мы живем. Не дешевый и не дорогой, не яркий и не бледный, не холодный и не теплый, он отсылает нас к стилю ваби-саби, едва уловимой красоте увядания, природным землистым оттенкам. Податливый материал глины, мокрый песок, увядающие листья, плавленая карамель, горячий какао. Это цвет, призывающий к домашнему уюту, гармонии с природой, внутреннему балансу.

Александра и Инна представили четыре удачные палитры, с которыми будет прекрасно сочетаться цвет года. Они послужат подсказкой любому дизайнеру и художнику. Используя эти палитры, легко создать сбалансированное колористическое решение для интерьера, экстерьера и даже гардероба.

Амбассадоры бренда Sadolin архитекторы Александра Ассаул и Инна Игонина рассказали гостям вечера, с чем лучше всего сочетать цвет Brave ground

Brave ground – цвет года от компании AkzoNobel, известной по бренду красок Sadolin

Четыре удачные палитры, с которыми будет прекрасно сочетаться цвет года

Храбрая земля. Смелая земля. Для нас этот цвет глубоко символичен. Бэкграунд, почва, корни, история, фундамент, традиция, культура. Этот ассоциативный ряд можно продолжать. Украина — смелая земля? Да, смелая. Она все еще борется за выцветшие краски Чернобыля, за слишком разбавленные водой акварели Карпат, за аннексированные краски Крымского полуострова, за «перекрашенный» восток. Мы устали от агрессивного красного, траурного черного, больничного белого. Мы хотим быть в гармонии с собой и миром.

Возвращаясь к прекрасной книге Василия Кандинского, хочется в заключение отметить его предчувствие «поворота к духовному» в искусстве. Автор постулирует, что процесс этот не произойдет сам по себе. И это огромная работа двух сторон: как творца, так и зрителя. Задача художника — поиск «принципа внутренней необходимости», обращаясь к которому, он пользуется своими инструментами в достижении основной цели — «вибрации человеческой души».

Мы устали от агрессивного красного, траурного черного, больничного белого

Мир меняет цвет и цвет меняет мир. От каждого нашего действия — внедрения или уничтожения, создания или отказа, слова или молчания, от нашей живописи, музыки, литературы, интерьеров, кулинарных шедевров, через которые мы транслируем идеи и философию, зависит цвет окружающего мира, его визуально-психологически-культурно-этическая палитра, полноценная мозаика, состоящая из множества наших личных пазлов… Хочется верить, что с приходом «смелой земли» мир станет немного смелее, решительнее, добрее и осознаннее.