Кризис идентичности в «зеленой» сфере. Ландшафтный архитектор и профессиональные вызовы

Ирина Исаченко / Ландшафт /

«Так кто нам нужен — ландшафтный дизайнер или ландшафтный архитектор?» — вопрос, который все чаще задают девелоперы и чиновники муниципалитетов, когда речь идет о планировании общественно важной территории, будь то городской парк или развитие набережной вдоль Днепра. Вопрос не праздный, ведь от ответа зависит качество, функциональность и пользовательские характеристики будущего пространства.

О кризисе идентичности в «зеленой» сфере, о задачах, которые стоят перед ландшафтным архитектором сегодня, а также о профессиональных стандартах, в том числе этических, PRAGMATIKA.MEDIA рассказала основатель бюро Beloded Landscaping, действительный член Society of Garden Designers (SGD) Людмила Белодед.

Людмила Белодед, ландшафтный дизайнер, директор и основатель бюро Beloded Landscaping

В украиноязычном и русскоязычном сегментах понятия «ландшафтная архитектура», «ландшафтный дизайн» и «садовый дизайн» долгое время считались синонимами. Но несколько лет назад вследствие общемировой тенденции в Украине возникла потребность четкого выделения специализаций и характеристик для каждой из профессий. В основе обеих — садово-парковое искусство. Но большинство моих коллег не готово объяснить, в чем же заключается разница. Путаница в понятиях приводит к хаосу во всей нашей «зеленой» сфере деятельности. Я хочу выделить три проблемных направления: отсутствие профессионального образования; отсутствие квалификационной аттестации и лицензирования; отсутствие корпоративной этики.

 

Пионер ландшафтной архитектуры

Когда же появился термин «ландшафтная архитектура»? Отцом ее и первым ландшафтным архитектором считается Фредерик Ло Олмстед (1822–1903), создатель Центрального парка Нью-Йорка. На момент, когда Олмстеда пригласили стать управляющим проектом по созданию городского парка (1857 г.), он не имел образования в сфере садово-паркового искусства, но обладал практическим опытом и глубокими аналитическими знаниями. Олмстед был автором публицистических материалов об английских садах, которые описывал с точки зрения пользы зеленых пространств для общества и больших городов.

Центральный парк Нью-Йорка протянулся на 50 кварталов с севера на юг. Гравюра, созданная на основе ландшафтного плана Фредерика Ло Олмстеда и Калверта Вокса, 1879 г. Источник изображения: New York Public Library

«Прогулка в Центральном парке», литогравюра Currier & Ives, 1862 г. Источник изображения: Library of Congress

В то время было нормой, что разработкой парковых планов занимались военные инженеры, знакомые с фортификацией, топографией и правилами проведения масштабных земляных работ. Если вы помните, наш знаменитый Софиевский парк в Умани разрабатывал польский военный инженер Людвиг Метцель. И вот поэтому Олмстед был назначен помощником военного инженера Эгберта Виля для того, чтобы руководить двумя тысячами рабочих, готовивших территорию под будущий огромный публичный парк. Когда болота на месте будущего Центрального парка были осушены, скалы взорваны, а жилые постройки снесены (с территории отселили около 1 600 человек), попечительский совет объявил конкурс на создание проекта парка. Известный английский садовый дизайнер Калверт Вокс предложил Олмстеду, который на тот момент изучил территорию как свои пять пальцев, стать его партнером. Проект Вокса и Олмстеда Greensward, выдержанный в традициях английского парка, победил, а Олмстед был официально назначен главным архитектором проекта.

Ландшафтная архитектура — это не декорирование, но проектирование пространства.

Но саму формулировку «ландшафтная архитектура» Олмстед и Вокс использовали уже после Гражданской войны в 1865 г., разместив в журнале The Nation рекламу своей фирмы Olmsted, Vaux & Company. А в 1867 г. профессия «ландшафтный архитектор» была официально зарегистрирована в США. Сегодня в Штатах ландшафтный архитектор и ландшафтный дизайнер имеют разные дипломы и разные лицензии. Их профессиональные права защищают разные организации — ASLA (American Society of Landscape Architects) и APLD (Association of Professional Landscape Designers).

Центральный парк — самая крупная зеленая зона на Манхеттене в Нью-Йорке. Источник фото: mapetiteescale.com

Центральный парк Нью-Йорка, панорамная съемка с квадрокоптера. Фото: Сергей Семенов

На бытовом уровне разница видна в масштабах: дизайнеры отвечают за проекты небольших территорий (придомовая территория, карманный парк), архитекторы проектируют общественно значимые ландшафты в квартальных, районных, городских масштабах.

Для меня главное отличие заключается в том, что ландшафтная архитектура — это не декорирование, но проектирование пространства. Прежде всего здорового, комфортного, устойчивого. Красивого? Здоровые и полные жизни ландшафты не могут быть некрасивыми. А ведь современная городская среда для деревьев, цветов и трав неблагоприятна. Поэтому и задача ландшафтного архитектора архисложная и ответственная: достижение баланса между искусственной и естественной средой.

 

Профессиональный парадокс

Поскольку во всем мире повышаются требования к качеству городских ландшафтов, профессия ландшафтного архитектора становится все более востребованной и престижной. Но это никоим образом не умаляет престиж дизайнеров. Так, знаменитый Queen Elizabeth Olympic Park в Лондоне проектировали LDA Design и Hargreaves Associates — компании с 30‑летним и более опытом в ландшафтной архитектуре, а уже фрагменты этого пейзажа — сады — создавали топ-дизайнеры Найджел Даннет, Сара Прайс, Пит Удольф, Джеймс Хичмо и другие.

Cадовый дизайнер Пит Удольф и ландшафтный архитектор Фил Аскью, работавшие над созданием лондонского Queen Elizabeth Olympic Park. Фото: Simon Keats. Источник фото: www.2012imagelibrary.co.uk

В крупных транснациональных архитектурных бюро уловили тенденцию и формируют собственные ландшафтные подразделения. Там понимают, что сегодня подавляющее число архитектурных объектов проектируются в плотной привязке к контексту территории, рамки которой выходят далеко за границы участка. А контекст может быть совершенно разным — и плотный центр города, и пропитанная отходами переработки нефти и масла постпромышленная территория, и пустыня, и болото, и берег водоема, и даже другая планета.

Ландшафтная архитектура в Украине есть, а украинских ландшафтных архитекторов де-юре не существует. Нет такой профессии в национальном классификаторе! В наших вузах есть специальность «ландшафтный дизайн». Но пару десятков лет назад и дизайнеров не было.

Сокрушительный удар по развитию сферы садово-паркового озеленения городов в СССР нанесло постановление «Об устранении излишеств в проектировании и строительстве». Этот документ, принятый ЦК КПСС в 1955 г., положил конец эпохе сталинизма в архитектуре, но больно ударил по озеленителям: были закрыты факультеты озеленения городов в Ленинградской лесотехнической академии и Московском лесотехническом институте, а многие проекты по созданию новых городских парков свернули, поскольку тоже сочли «излишествами».

Велопарк и сады Lee Valley в северной части Queen Elizabeth Olympic Park, Лондон, Великобритания. Фото: Simon Keats. Источник фото: www.2012imagelibrary.co.uk

В итоге вторую половину XX в., когда в Европе активно формировалась новая парадигма, новый стиль жизни в городах, мы провели в застое. Прожили в типовых квартирах, гуляя по типовым улицам и одинаковым, безликим паркам. Советские парки, за редкими исключениями, были довольно скучными пространствами, а в демисезон и по вечерам еще и опасными. Наши учебные заведения выпускали специалистов садово-паркового хозяйства, делая упор не на проектировании новых зеленых зон, а на уходе за растениями. В 90‑х основы садового дизайна преподавали на краткосрочных курсах, и до сих пор, кстати, преподают. Лишь в 2000‑х в высшие учебные заведения Украины открыли набор на специальность «ландшафтный дизайнер».

Ландшафтная архитектура в Украине есть, а украинских ландшафтных архитекторов де-юре не существует

Если изучить описание профессии, то она недотягивает до компетенции ЛА по международным стандартам. К примеру, архитектурные и геологические знания для дизайнера достаточны лишь на начальном уровне. Да, ландшафтный дизайнер — важнейшее звено мультидисциплинарной команды, но самостоятельно управлять масштабным проектом или его разрабатывать он вряд ли сможет.

В России специальность «ландшафтный архитектор» внесли в реестр профессий в 2002 г. и готовят своих специалистов. В Украине, хотя мы считаем нашу страну гораздо более проевропейской, этого не произошло до сих пор.

Недавно я обратила внимание, как неподалеку от нашего офиса «облагородили» сквер. Детскую площадку оградили изгородью из граба. Подозреваю, что намерения были благими: стремились создать зеленый фильтр, защитить место для отдыха детей и родителей от шума и пыли. Но с точки зрения безопасности такое решение недопустимо — проектировщик создал мину замедленного действия. Грабовая изгородь создает непроницаемую визуальную преграду, ребенок может выбежать с площадки сразу на дорогу — это будет неожиданностью для водителя, и не факт, что он успеет затормозить. Это типичный пример того, как пространство оформляется в отрыве от контекста, без учета окружающей среды и антропогенных факторов.

Ренатурация реки Aire, Женева, Швейцария. Масштабный проект Group Superpositions, Georges Descombes, Atelier Descombes & Rampini заключался в разрушении старого оросительного канала и формировании линейного сада вдоль нового русла. Источник изображения: © Superpositions

Сквер может быть чудо как хорош сам по себе, но решив эстетическую проблему и задачу по устранению шума и пыли, проектировщик создает другую, более серьезную проблему с безопасностью. Дизайнер может не учесть подобную взаимосвязь, ландшафтный архитектор — обязан. Когда речь идет о проектировании на нескольких гектарах — то условия и взаимосвязи еще более сложны.

 

Что изучают в Великобритании, Германии, США

Мы только приходим к выводу, что Украине необходимы ландшафтные архитекторы, а в Великобритании уже говорят о том, что рамки профессии Chartered Landscape необходимо раздвигать. И вскоре там появятся дипломированные плейсменеджеры, ландшафтные планировщики и Landscape Scientists. Быстро изменяющаяся окружающая среда и новые вызовы диктуют необходимость в новых компетенциях.

В Университете Гринвича недавно появился междисциплинарный курс MSc Architecture, Landscape and Urbanism. На занятиях будут готовить к переосмыслению подходов к современному городскому дизайну, противодействию экстремальным климатическим изменениям, разработке новых форм общественного пространства и внедрению преобразований в городскую инфраструктуру.

Быстро изменяющаяся окружающая среда и новые вызовы диктуют необходимость в новых компетенциях

В Германии диплом бакалавра ландшафтной архитектуры можно получить в 17 вузах. В течение 4 лет студенты изучают естественные науки, науку о климате, растения и их совместимость, планирование объектов в городах, крупных ландшафтов с учетом принципов сохранения экосистем, технологии строительства и эксплуатации ландшафтных объектов, уход за памятниками ландшафтной архитектуры, геоматику — методы измерения и анализа среды обитания. После получения диплома и прохождения практики можно поступить в магистратуру, а затем в аспирантуру.

В США существуют две степени бакалавра по специальностям «бакалавр ландшафтной архитектуры (BLA)» и «бакалавр наук в области ландшафтной архитектуры» (BSLA). Чтобы получить диплом, необходимо 4—5 лет обучения. Для того чтобы стать магистром, необходимо продолжить образование в одном из университетов, например, в Гарварде.

В Гарвардском университете кафедра ландшафтной архитектуры появилась в 1900 г. — это первая в мире академическая школа, где готовят ЛА. Несмотря на статус «старейшей», кафедра Гарварда — это не застойное болото, где седые академики стоят на страже традиций. Обучение здесь ориентировано на продвижение исследований и инновационных методов проектирования в естественной и искусственной среде. И конечно же, учебные программы Гарварда мультидисциплинарны и учитывают последние тенденции в экологии, культуре, экономике, строительстве и даже политике. Недавно магистры Гарварда, к примеру, исследовали и прогнозировали, как могут измениться в следующие 50 лет ландшафты Ирландии после брексита.

Павильон Porsche в Вольфсбурге, Германия. Скульптурное здание, спроектированное HENN Architekten, интегрировано в минималистичный ландшафт с серией водоемов и искусственных островов, созданный студией WES. Источник изображения: www.porsche-press.be

Словом, только обучение в вузе может занять 8 лет. Но учиться придется и после его окончания! В 37 штатах США для продления лицензии требуется непрерывное образование. При этом самообразование, участие в семинарах и практика не учитываются — нужно проходить обучение на курсах, которые проводят утвержденные поставщики услуг. Например, в штате Аляска необходимо прослушать 24 часа лекций для профессионального развития каждые два года. В Аризоне — 16 часов ежегодно. И так далее. Это могут быть курсы, где изучают геодезию, устойчивый ландшафтный дизайн, управление водными ресурсами, городское и региональное планирование. Очень серьезное внимание уделяют вопросам профессиональной практики. Например, чтобы получить сертификат менеджера, который способен обеспечить уход за гольф-полями, необходимо пройти 20‑недельное обучение на курсах Rutgers.

Ландшафтный архитектор в США довольно высокооплачиваемая специальность. Специалист на госслужбе или в муниципалитете получает около $ 84 000 в год, а работающий в сфере частных ландшафтных услуг — от $ 50 000 до $ 100 000. Востребованность профессии будет увеличиваться с каждым годом.

 

Лицензирование: за и против

Еще в 2000 г. ЕС приняла Европейскую конвенцию о ландшафтах, также известную как Флорентийская конвенция, которая призвана содействовать защите, управлению и планированию европейских ландшафтов, и организует европейское сотрудничество по вопросам ландшафтов. Это первый международный договор, касающийся исключительно всех аспектов европейского ландшафта и его цель — побудить государства ввести национальную ландшафтную политику, которая не ограничивается защитой особых исторических ландшафтов, но также учитывает и повышает качество повседневных ландшафтов. Украина подписала конвенцию и ратифицировала ее еще в 2006 г. И что? Естественно, об этом почти никто не знает. Ведь ничего не изменилось. А ведь должны были как минимум начать подготовку и обучение специалистов.

При отсутствии национальной профессиональной истории и академической образовательной программы непонятно, кто именно будет заниматься лицензированием или квалификационной аттестацией

Лакуна в образовательной сфере тем не менее не означает, что в Украине полностью отсутствуют ландшафтные архитекторы. Они есть. Многие из моих коллег по цеху получили образование за рубежом, у многих за плечами громадный практический опыт. Но поскольку нет унифицированных дипломов, нет системы лицензирования, то каждый раз собственную компетенцию приходится доказывать, что называется, на пальцах. Нет необходимости объяснять, насколько важна система оценки соответствия. Это основа для прозрачной и честной конкуренции и необходимое условие для участия в тендерах, особенно если речь идет о многомиллионных бюджетах на проектирование новых общественных пространств.

Введение лицензирования в сфере ландшафтного проектирования и услуг качественно повлияло бы на ситуацию в отрасли и упростило бы задачу заказчикам, которые каждый раз делают выбор, руководствуясь интуицией, либо на основе рекомендаций.

Сегодня в строительной отрасли лицензированию подлежат лишь три вида деятельности: строительные и монтажные работы общего назначения (общестрой); строительство транспортной инфраструктуры; строительство инженерной инфраструктуры. И то не всегда — с 2017 г. лицензируются исключительно работы на ответственных объектах. Но кто скажет, что создание городских общественных пространств — это не ответственная задача?

Национальный дендрарий Камберра (Австралия) был создан на территории бывшего кедрового леса, уничтоженного пожарами в 2001 и 2003 гг. По проекту ландшафтных архитекторов Taylor Cullity Lethlean в коллаборации с Tonkin Zulaikha Greer на участке площадью 250 га высадили 44 000 редких деревьев, доставленных из разных уголков планеты. Растения сгруппировали в 100 тематических садов, между которыми расположены архитектурные сооружения и арт-объекты. Канберра был открыт в 2013 г., с тех пор его посетило более миллиона человек. Источник изображения: ttnotes.com

Уверена, что идея введения лицензирования понравится не всем. Прежде всего ее яростными противниками, наверняка, станут сотрудники наших коммунальных зеленстроев. Большинство работ по уходу за зелеными насаждениями в городе выполняется с привлечением неквалифицированной рабочей силы, поскольку зарплаты в зеленстрое не могут мотивировать специалистов. Результат такой деятельности мы видим собственными глазами — умирающие деревья, парки, где любой дождь смывает тонны грунта, вырубка здоровых деревьев, но игнорирование опасного, аварийного сухостоя.

Более того, я не уверена, что руководители сферы даже на уровне КГГА могут чем‑то подтвердить свою квалификацию. Миф об универсальном менеджере очень живуч, и часто кресло руководителя занимает «продажник», главная задача которого — не развитие такой чувствительной сферы городского хозяйства, как зеленстрой, не развитие города, а экономия средств любой ценой. Поэтому, когда речь идет о выборе подрядчика для создания нового парка, сквера — то выберут или того, кто готов выполнить работы дешевле всех, или того, кто замотивировал распорядителя средств. Ни о какой честной конкуренции здесь говорить не приходится.

Ратифицировав Флорентийскую конвенцию, Украина обязалась разработать собственную ландшафтную политику

Против будут и «ландшафтные архитекторы» без портфолио, без образования, без знаний, которые могли бы подтвердить. А таких достаточно много. Кстати, не только у нас. Например, недавно в Лондоне разразился скандал — 29‑летнюю женщину, дизайнера из Минска, суд приговорил в выплате штрафа в размере около 25 тысяч фунтов стерлингов за то, что она открыла архитектурное бюро без лицензии. Иск в суд подали сотрудники ARB — организации, которая занимается лицензированием. Как видите, британцы строго следят за соблюдением правил, поскольку их нарушение негативно отражается и на репутации добросовестных и преданных своему делу профессионалов. А свою профессию необходимо уметь защищать.

В нашей ситуации проблема еще и в том, что при отсутствии национальной профессиональной истории и академической образовательной программы непонятно, кто именно будет заниматься лицензированием или квалификационной аттестацией. Где строгие и авторитетные судьи, которые смогут провести экзамен? По идее, инициатива должна исходить от государства, ведь отталкиваясь от той же Флорентийской конвенции, Украина обязалась разработать собственную ландшафтную политику. Но у нас, напротив, взят курс на дерегуляцию работ и услуг, и недавно даже было отменено лицензирование, в том числе и на выполнение топографо-геодезических, картографических работ, проектирование мелиоративных систем и проведение фумигации (обеззараживания) растений, которые ввозятся в Украину. Эти факты подсказывают мне, что рассчитывать на государственную поддержку в ближайшее время не стоит.

Стив Джобс мечтал, чтобы внутренний ландшафт Apple Park был таким же амбициозным, как и архитектура здания, над которым работал Норман Фостер. «Мне нужен новый Олмстед!» — говорил Джобс. В итоге он остановил свой выбор на известном американском ландшафтном архитекторе Лори Олине, который спроектировал сады Apple так, чтобы они напоминали региональный пейзаж Северной Калифорнии. Работы над ландшафтом продолжались вплоть до официального открытия Apple Park в мае 2019 г. На фото: земляные работы на площадке в январе 2017 г. Источник фото: voanews.com

Еще один важный аспект: у нашего заказчика — муниципального, коммунального или частных инвестора, девелопера — чаще всего тоже отсутствует ресурс для определения уровня профессионализма ландшафтника. Проблемы начинаются на этапе техзадания на проектирование — это чаще всего некие эмоциональные пожелания, а не документ с рациональными формулировками и исчерпывающими условиями. Иногда нас просят самим себе составить техническое задание. Тогда как крупному девелоперу необходимо иметь в штате как минимум квалифицированного сотрудника или департамент по работе с ландшафтниками, который вел бы проект от постановки задачи, выбора подрядчика и обеспечивал бы контроль качества.

 

Зачем нужен Кодекс профессиональной этики

Что мы можем самостоятельно — так это принять меры по регулированию нашей сферы внутри профессионального сообщества. Во многих странах мира, в том числе в США, Канаде, Великобритании и других, национальные сообщества ландшафтных архитекторов разработали Кодексы профессиональной этики. Это крайне важный документ, который, несмотря на то что многие положения его декларативны, регулирует нюансы взаимоотношений специалистов друг с другом, с заказчиками и с государством. Положения Кодексов касаются ситуаций, выпадающих из сферы законодательного регулирования, и таким образом заполняют пробелы в законодательстве и устраняют противоречия. К Кодексам можно апеллировать, когда речь идет о конфликте интересов или недобросовестной конкуренции.

Необходимо принять меры по регулированию нашей сферы внутри профессионального сообщества

В Американском обществе ландшафтных архитекторов ASLA к составлению документа подошли наиболее ответственно. Вернее, к составлению даже двух документов: Кодекса этики окружающей среды и Кодекса профессиональной этики. Первый акцентируется на том, что поскольку благополучие и здоровье человека базируется на благополучии биологических систем, то действия ландшафтных архитекторов должны быть направлены на сохранение, поддержание и приумножение биотопов. Если ландшафтный архитектор выполняет заказ, который вредит природе, то он уже будет порицаем, подвергнется жесткой критике и остракизму со стороны коллег и общества. Как врач, сознательно навредивший пациенту ради собственной выгоды. Также этот Кодекс призывает специалистов вести активную образовательную и просветительскую деятельность, сотрудничать со средствами массовой информации, пропагандировать сознательное и бережное землепользование.

Toranomon-Azabudai: новый проект Heatherwick Studio для mixed-use в японском Токио предполагает строительство зданий, напоминающих садовые беседки-перголы, заполненные зеленью — декоративными и фруктовыми деревьями и кустарниками. Источник изображения: © Heatherwick Studio l DBox

Второй Кодекс регулирует взаимоотношения внутри профессионального сообщества. Здесь оговаривается недопустимость плагиата, важность уважения к коллегам, недопустимость огульной критики или клеветы. Вместе с тем профессиональные дискуссии и обоснованная критика только приветствуются. В Кодексе даже есть упоминание о недопустимости давать взятку: «Члены ASLA не должны предлагать или давать взаймы что‑либо ценное госслужащему или представителю потенциального клиента с целью оказания влияния на их суждения или действия». Как видим, несмотря на то что в США очень жесткое законодательство в отношении взяточничества и лоббизма, такая проблема существует, и она настолько беспокоит, что руководство ASLA решило упомянуть о ней и в Этическом кодексе — пообещав «черную метку» тем, кто склонен к недобросовестной конкуренции… Кстати, Этический кодекс ландшафтных архитекторов России скомпилирован из этих двух документов.

Несмотря на кризис профессиональной идентичности, у нас есть главное, фундаментальное преимущество — чувство места

В Великобритании профессионалов объединяет Ландшафтный институт (LI). Свою миссию в LI обозначили так: сохранять и улучшать естественную и искусственную среду для общественного блага. LI добились, чтобы профессию ландшафтный архитектор (в Великобритании Chartered Landscape) внесли в список дефицитных. Это должно стимулировать вузы увеличить набор студентов, ввести новые дисциплины, как я упоминала выше — плейсменеджер, ландшафтный планировщик, Landscape Scientist. В академическую программу добавят курсы BIM-проектирования, использования виртуальной, дополненной и смешанной реальности, поскольку цифровые навыки сегодня открывают огромный потенциал для расширения сферы профессионального приложения.

Национальные ассоциации объединяет IFLA — Международная федерация ландшафтных архитекторов — некоммерческая, неправительственная ассоциация, ведущая свою деятельность более 50 лет с 1948 г. Кстати, в бюллетене IFLA Украину представляет проект Beloded Landscaping.

Словом, прототипов и образцов, которые можно взять за основу для составления украинского кодекса профессиональной этики, достаточно. Нам необходимо защищать нашу профессию и учитывать украинскую специфику. Например, вопросы, касающиеся такой важной сферы, как проектирование городских ландшафтов, не могут быть решены на народном вече. Да, мы должны относиться к громаде как к основному заказчику. Но обязаны уметь объяснить и отстоять свою точку зрения в принципиальных вопросах.

Ландшафтный план Frédéric-Back Park, Монреаль, Канада. Источник изображения: Lemay

Frédéric-Back Park в канадском Монреале еще в конце 90‑х был обычной свалкой, на месте которой решено разбить городской парк. Ландшафтные архитекторы студий Lemay и Morelli разработали сферические капсулы, в которых находятся 250 установок для захвата биогаза, выделяющегося из тонн спрессованного мусора. Сферы, которые светятся по ночам, превращают поле в инопланетный пейзаж. Работы по благоустройству парка, посвященному устойчивым технологиям и дизайну, будут закончены ко 2023 г. Фото: © Ville de Montréal, Frédérique Ménard-Aubin

Международное профессиональное общение необходимо нам как воздух, но оно должно происходить на равных. Поэтому нам предстоит прежде всего урегулировать хаос в нашей отрасли, структурировать систему, чтобы коллеги из Великобритании и США видели в нас достойных конкурентов, высококвалифицированных специалистов, а не подсобных рабочих. А наши инвесторы и девелоперы — могли с легким сердцем доверить важные и дорогие проекты, а не заказывать их в американских или британских компаниях. Именно украинские специалисты должны развивать украинские города. Несмотря на кризис профессиональной идентичности, который мы переживаем, у нас есть главное, фундаментальное преимущество — чувство места.