Юрий Корольчук: поспорим о вкусах и зеленых дизайн-кодах?

Ирина Исаченко / Ландшафт /

Жакаранда в Лиссабоне, сакура в Токио, акация в Одессе, увековеченные импрессионистами парижские платаны, дубы как символ Британской империи и киевские каштаны как символ демократии и местного самоуправления — все это сложившиеся культурные коды, ценность которых, казалось бы, неоспорима. Но в нашем случае она ничем не закреплена. Что такое дизайн-коды в городском озеленении, нужны ли они украинской столице для развития или лишь затормозят его? Почему вопросы ландшафтного озеленения — это чистая политика? Обсуждаем туи на Крещатике с директором ландшафтного бюро TOPIAR Юрием Корольчуком и спорим о вкусах и вкусовщине.

PRAGMATIKA.MEDIA: Кто традиционно был законодателем моды в озеленении Киева и от кого по факту сегодня зависит качество ландшафтного озеленения столицы? Вот, к примеру, кому мы должны быть благодарны за появление туй на Крещатике, которые вызвали возмущение у киевлян?

Юрий Корольчук: «Туевый» Крещатик — это один из самых громких городских скандалов за период карантина. «Кладбище расстрелянных иллюзий», «Крещатик без каштанов — все равно что Лавра без крестов» — реакция была бурной. И это мощный прокол нынешней городской власти накануне выборов. Потому что оппоненты этот эпизод сделали ключевым в своей критике.

Юрий Корольчук, директор ландшафтного бюро TOPIAR

Согласно «Малой энциклопедии Киевской старины» Макарова, каштаны — это символ киевского местного самоуправления, символ демократии, если хотите, на протяжении последних двух веков. Поэтому заменить каштаны на туи на Крещатике — это не ландшафтное решение, а политическое. Вернее — вряд ли мэр предполагал, что оно политическое. И если и согласовывал эти действия «Киевзеленстроя», скорее всего, прислушался к их аргументам, что в преддверии масштабной реконструкции главной улицы, намеченной на 2022 год, — это целесообразно. Мол, нет смысла сейчас высаживать в опустевшие лунки дорогие крупномеры, если они во время строительных работ пропадут. А пока так — временно и недорого задекорируем.

Центр города, можно сказать, центр европейской страны с населением в 40 млн. И вдруг туи! Вернее, можжевельник скальный, который неспециалисты часто путают с туей. Это как раз тот случай, когда мэр должен был проявить себя не как завхоз, а как политик и потратить деньги даже ради двухлетнего эффекта. Да, каштаны-крупномеры — это дорого, от 15 до 40 тыс. грн. Но эти деньги могли найти не в городском бюджете, а в каком‑либо фонде. Собрать истеблишмент, журналистов и сказать: «Впереди реконструкция, туи — временное решение. Но потом мы наймем ландшафтных архитекторов, привезем из западного питомника лучшие саженцы, закупим для них растения-компаньоны в лучшем украинском питомнике, к примеру, в «Еве» у Романа Золотаревского. Все будет. Вот чеки, все уже все оплачено, и не из городского бюджета, а из политического фонда». Вот это была бы позиция политика.

Композиции из можжевельника вместо знаменитых каштанов на киевском Крещатике. Фото: Юрий Ферендович

P.M.: Но руководство «Киевзеленстроя» утверждает, что каштаны в принципе не жильцы в нынешних условиях на Крещатике и в Киеве вообще. Так как быть? Придется все равно заменить этот символ?

Ю. К.: Недавно я был на участке одного из наших клиентов в центре города. Там растет каштан, которому более 15 лет. То есть высаженный уже в наше время, с актуальной антропогенной нагрузкой. Ну хорошо, чуть более слабой. Раскидистый красавец, ни одного желтого листа. Поэтому говорить, что они не жильцы, нельзя в принципе.

Да, каштанам в Киеве нелегко. Мы ностальгируем, рассматривая фотографии утопающего в зелени Крещатика 80‑х годов, но тогда условия сильно отличались от сегодняшних. В начале июня у нас жара +38, а на солнце все +50 °C. А осадки? С такими ливнями, когда выпадает за час месячная норма осадков, не справляется ливневая канализация. Мой друг выслал фото: у него не справляется дренаж на открытой площадке кафе — все поплыло. А через час высохло, и они выставили там столики.

Юрий Корольчук, директор ландшафтного бюро TOPIAR

Никто не проектировал наш город с расчетом на сегодняшний климат. Я не думаю, что городские планировщики в начале прошлого века, в середине или даже в конце подозревали, что мы столкнемся с такими вызовами сегодняшнего дня, в том числе с радикальными изменениями климата. И в том смысле, что условия стали более жесткими — киевзеленстроевцы правы.

Предлагалось в качестве альтернативы заменить каштаны на Крещатике платанами. Мол, они более устойчивы, посмотрите на Париж. Знаменитая платановая аллея на Елисейских полях в Париже последний раз массово обновлялась 50 лет назад. А изначально еще Андре Ленотр в XVII в. высадил их вдоль королевского променада, поскольку раскидистые платаны с крупными листьями обеспечивали тень и прохладу пешеходам и всадникам. Сейчас парижские платаны тоже страдают от автомобильных выхлопов и жары, но за каждым из 400 платанов тщательно ухаживают, их состояние проверяют с помощью ультразвука, а больные деревья удаляют и меняют на крупномеры, чтобы не нарушать общий вид улицы. Когда Елисейские поля станут пешеходной зоной, — а этого решения местные активисты добиваются уже давно, — деревья почувствуют себя гораздо лучше. Но пока в муниципалитете держат оборону, став на сторону автомобилистов, зато щедро выделяют средства на уход за деревьями.

Заменить каштаны на туи на Крещатике — это не ландшафтное решение, а политическое

Вот «уход» тут ключевое слово. Мы готовы к тому, что платанам на Крещатике надо будет каждый год делать ульстразвук?.. На самом деле я считаю, что если это Крещатик, то там должны быть каштаны. Просто о них тоже надо тщательно заботиться. Да, понятно, что зимой улицы посыпают реагентами и каштаны плохо на это реагируют. Но есть же технические решения как минимум спроектировать ливневую канализацию, чтобы реагенты не попадали к корням.

И возвращаясь к самому первому вашему вопросу, кто главный законодатель моды в озеленении. Исторически — градоначальник. В столицах государств это часто глава державы. В Берлине, к примеру, липы на Унтер-ден-Линден появились на месте современного бульвара в 1647 г. по приказу Фридриха Вильгельма. Так что озеленение — это традиционно политический вопрос. Как и архитектура. Вот то, что идея со стеклянным пешеходным мостом — это политика, наш мэр понял, а момент с каштанами пропустил. Возможно, стеклянный мост — его самый сильный предвыборный ход на сегодняшний день. Манифест, можно сказать. А туи на Крещатике — самый сильный прокол. Не подсказали вовремя. Расслабился. Подумал, что в карантин, возможно, никто не обратит внимание. Обратили.

Несколько дней в году Елисейские поля в Париже становятся пешеходной зоной. Активисты требуют полностью запретить движение по аллее, чтобы спасти знаменитые платаны и сделать центр города комфортным. Фото: REUTERS

P.M.: Похоже, киевлян возмутил даже не столько тот факт, что высадить туи, вернее, можжевельники — это значит лишить Крещатик тени. Более важно обесценивание культурного кода, который сложился. А не пора ли нам вводить дизайн-коды в озеленении, чтобы защитить сложившиеся архитектурно-ландшафтные ансамбли?

Ю. К.: Дизайн-код — это не фиксация города во времени, а способ его культурной трансформации. Комплексный подход к визуальному упорядочиванию и формированию эстетики города. Учитывая архитектуру, благоустройство, рекламу, конечно, невозможно исключить из этой системы озеленение и ландшафты. И параллельно с тем, как наши урбанисты работают над созданием дизайн-кодов для уличной навигации и рекламы, для цветовых решений на фасадах, мы должны сформулировать дизайн-коды столичного озеленения. Выявить сложившиеся ландшафтные традиции, сохранить их, возможно, подчистить от всего лишнего, что «наросло». Вспомнить, к примеру, о том, что название района Липки произошло от липовой аллеи, посаженной в середине XVIII в. около Кловского дворца и вдоль современной Липской улицы, которую затем вырубили по приказу, если я не ошибаюсь, генерал-губернатора Левашова в 1832 г., чтобы освободить площадь под застройку.

Мы должны сформулировать дизайн-коды столичного озеленения

Кстати, липа — очень выносливое дерево-долгожитель, по последним исследованиям, в условиях современного города с его антропогенной нагрузкой выдерживает до 80 лет. В парках — до 150, за городом — 300—400 лет. И даже чудом в Киеве сохранилась липа-долгожитель на Старокиевской горе. Ее можно подвергать стрижке, формовке, пускать на арки, перголы. В то же время липу нежелательно комбинировать в плотных посадках с каштаном — они обмениваются заболеваниями.

Нет смысла буквально возвращаться к прошлому и восстанавливать, к примеру, фруктовые насаждения на месте старинных киевских усадеб. Или возвращать массово на городские улицы шелковицу, только потому что в честь нее назвали улицу Шелковичную. Но сложившиеся центральные ландшафты, конечно, надо сохранять.

Unter den Linden – один из самых известных бульваров Берлина. Фото: Jorge Royan. Источник фото: wikimedia.org

В середине XIX в. на бульваре Шевченко (Бульварная улица) экспериментировали с орехами, акациями, липами, платанами, в итоге там появились пирамидальные тополя и стали его неотъемлемой визуальной составляющей. Теперь сложно представить бульвар Шевченко без тополей, и если вдруг какие‑то горячие головы в КГГА или в КП «Киевзеленстрой» решат их заменить на орехи — уверен, киевляне будут против. Даже если им рассказать, что ухаживать за старыми тополями сложно и дорого.

Экономия в таких вопросах не главное. Сколько уже лет только ленивый не говорит о городских кодах? Если у нас есть исторические липовые аллеи — мы должны сохранять их. Если у нас на Крещатике каштаны, — и это визитка города, — то мы должны идти на расходы, ухаживать и даже менять там их. Хотя каштаны не надо будет менять, ведь если один раз правильно посадить с защитой корней, встроенным поливом, аэрацией, то они и нас переживут. Или включить в расход бюджета замену каштанов каждый год. Если науке неизвестно, как нам гарантировать сохранность этой зеленой визитки — значит, будем менять. Но мы должны соблюдать коды.

Сотрудники компании TOPIAR за работой. Фото: Юрий Ферендович

Представляете, если предложить перекрасить центральный корпус университета Шевченко в зеленый, голубой или персиковый, к примеру, потому что яркий, устойчивый к выгоранию пигмент дорого стоит? Пару лет назад была проблема — покрасили дешевой краской, она выцвела, и из насыщенно-красного здание стало каким‑то бледно-лиловым, да еще и пятнистым. Кстати, в PRAGMATIKA.MEDIA я читал интервью с главным архитектором города, где рассматривался данный вопрос. И прекрасно, что в этом году здание перекрасили, вернув ему правильный цвет. То есть важность сохранения этого сложившегося колористического дизайн-кода для Владимирской и вида из Парка им. Шевченко в киевской мэрии понимают. Есть надежда, что важность внедрения и соблюдения дизайн-кодов в озеленении тоже поймут.

За имидж приходится платить, и это прекрасно понимают в частном бизнесе. К примеру, мы три года подряд делали для компании Good Wine ландшафт под мероприятие «День вина». Укладывали газон на асфальт. 30 соток, чтобы люди приехали, посидели на газоне и уехали. Это удовольствие стоило 300 тыс. грн. И собственник говорил: «Понимаю. Я готов списать 300 тыс. грн на организационные расходы». Да, это прямо образец неустойчивого решения, но если бюджет выдерживает — то да, можно и так.

То же самое с городом. Лучше бы мэр собрал круглый стол и честно сказал: «Мы провели экспертизы, и, судя по ним, каштаны на Крещатике обречены. Но мы хотим соблюсти ландшафтный дизайн-код, и это обойдется нам в такую‑то сумму. Давайте решать».

Сложившиеся центральные ландшафты надо сохранять даже дорогой ценой

Скульптурные кипарисы в мадридском Retiro Park, сформированные под земляничное дерево, изображенное на гербе города. Источник фото: jooinn.com

P.M.: Но бывает так, что традиционные ландшафтные решения настолько уже надоели, что аж скулы сводит. Из года в год в городе появляются пестрые орнаментальные клумбы из однолетников и словно переносят нас на полвека назад. Почему, несмотря на разнообразие приемов в современном ландшафтном дизайне, киевские озеленители остаются верны традициям и приемам советской эпохи?

Ю. К.: О, тема плохого вкуса в дизайне страшно болезненная. Ландшафтные дизайнеры сегодня прежде всего ориентируются на вкусы заказчика. Наша реальность — это авторитарный стиль, а не партнерство во взаимоотношениях между заказчиком и исполнителем. Не называя локации, расскажу о нашем проекте, которым я страшно недоволен.

Заказчик спустил нам задание сделать парк на 50 сотках по проекту архитектора старой школы — человека, который не просто привык проектировать по советским ГОСТам, а который сам эти ГОСТы составлял. С таким авторитетом я не могу спорить, поскольку апеллирую только к своему современному вкусу. Мог бы спорить и взывать ко стандартам и дизайн-кодам, как должен выглядеть сквер в центре Киева, но они отсутствуют как таковые. А что такое мой личный вкус в сравнении с авторитетом заслуженного архитектора?

Для многих украинских заказчиков и исполнителей «европейский уровень» — орнамент из чернобривцев

Когда заказчик с архитектором пили кофе, они вдруг решили: о, а давайте туда навезем еще камни. Сделаем сад камней! И вот архитектор закупает 70 тонн камней и выгружает на участок. А мне заказчик говорит: «Ну вот и отлично, ты уложи уже камни, что, тебе сложно?» Мало того, что это дополнительная работа, которая не оплачивается, но она идет вразрез даже с тем слабым первоначальным проектом!

Мне не нравится результат. А заказчику все нравится! Архитектор очень доволен, считает, что это получился яркий, художественный сад, лучший в Киеве. А мне стыдно, хотя я всего лишь субподрядчик.

Примерно так происходит ландшафтное планирование и реализация в частном и бизнес-секторах. А в городе? Предположим: меняется мэр, а также начальник управления благоустройства, его замы и директор КП «Киевзеленстрой». Но исполняющий задания персонал остается прежним. И вот что происходит. Поступает команда от мэра: «Сделать парк европейского уровня!» Приказ спускается по цепочке к директору КП, и он думает: «Ну и как мне это реализовать? Бюджетных средств на субподряд нет, я должен сделать все своими силами, с помощью своих сотрудников». В штате КП — 3 тыс. человек, из них 15 человек замов, которые все заслуженные, авторитетные и уже работают в сфере ландшафтного озеленения по 30 лет. Не хочу обобщать, но для некоторых из этих заслуженных сотрудников «европейский уровень» — это в тепличке взять и высадить орнамент из чернобривцев.

В Копенгагене озеленяют не только улицы, но и водные артерии. Проект плавучего парка «Паркипелаг» планируется реализовать к 2021 г. Изображение: © Marshall Blecher / Studio Fokstrot

Ну и не надо забывать, что эффект мультипликатора срабатывает и в ландшафтной сфере — как в положительную, так и в отрицательную сторону. Все побежали — и я побежал. И безвкусица не только живуча, она еще и распространяется стремительно. Сделали где‑то в центре города неумелые зеленстроевцы псевдоальпийскую горку, которая выглядит как собачья могилка — и появились такие повсеместно по районам, пошли в народ… И орнаментальные клумбы почти неискоренимы.

Не хочу говорить, что все плохо или безвкусно. Киевзеленстрой делает и неплохие проекты. Тот же парк «Наталка» или Парк «Победа». Но я всегда буду ставить в пример качество ландшафтного дизайна на объектах Игоря Никонова — у него красиво. Можно сказать, что KAN сегодня эталон. Но там совсем иные деньги — до 300 долларов за кв. м. Такие бюджеты город пока не потянет.

Парк Фредериксберг, созданый в 1700 г. во время правления Фридриха IV, остается одним из самых популярных мест отдыха современных жителей Копенгагена. Источник фото: pxhere.com

P.M.: Вы говорите, что экономия не главное. Но те же европейцы предлагают прежде всего ориентироваться на устойчивые решения в дизайне?

Ю. К.: Экономить и создавать устойчивую среду — это разные вещи. Устойчивость дорого стоит на старте, зато обеспечивает долгосрочное качество. Мы выигрываем со временем. На устойчивости растений надо акцентироваться в первую очередь. Нерадостно наблюдать, как умирают все эти свежевысаженные весной деревья, это морально угнетает. Если вернуться к теме каштанов, то, может, уже подзабыли, когда в 2009 г. КГГА закупили для Крещатика элитные сорта каштанов «Бриоти» и «Баумани» (которые потом оказались обычными), то в рамках пиар-кампании решили еще и сделать их именными: выдали семьям, в которых родились дети 1 июня, «каштановые сертификаты». То есть у нас высаживались именные деревья: мальчикам — белые, девочкам — розовые. И когда эти каштаны массово погибли, потому что их неправильно посадили и оставили без ухода, представляете, какие негативные эмоции испытали семьи?..

Необходимо учитывать и антропогенную нагрузку, и климат, и взаимное влияние деревьев и кустарников друг на друга — в науке это называется фитоценотический принцип. А мы привыкли ориентироваться только на декоративность! В развитых странах это последний в рейтинге фактор выбора, а у нас главный. Сейчас модные деревья магнолии — их начинают массово высаживать. Но они сложные в агротехнике! Для магнолии нужен кислый грунт, и ее нельзя поливать жесткой водопроводной водой.

P.M.: Существует устоявшееся представление о вкусах и предпочтениях в ландшафтном и садовом дизайне — англичан, американцев, французов. А что, по опыту работы с заказчиками, можно сказать о вкусе украинцев?

Ю. К.: Я бы осторожно сказал, что у наших людей интуитивный вкус. Не сформировавшийся. В большей части заимствованный. Пока что у них нет выбора, а только сравнивая и выбирая, можно тренировать свой вкус. Предположим, многоквартирный дом, в котором ты живешь, подключен к трем провайдерам. Тебе не нужен интернет от трех компаний, ты выбираешь одну, ориентируясь на стоимость услуги, на ее качество. На свой вкус. Но если Киевэнерго монополист в поставке электроэнергии, ты не можешь выбирать. Так и с озеленением Киева — пока нет альтернативы КП «Киевзеленстрой».

Поэтому сегодня украинцы потребляют старые советские, в лучшем случае европейские, американские решения. В частном бизнесе, как я уже говорил, заказчики считают, что еще нет ландшафтной собственной школы, они не доверяют, не готовы слушать советы специалистов и тоже скорее одобрят пусть вторичный, но проверенный дизайн.

Мультидисциплинарная команда TOPIAR. Фото: Юрий Ферендович

Даже некоторые наши молодые архитекторы считают, что в Украине нет ландшафтного дизайна, нет специалистов в этой сфере. И что любой архитектор способен решить вопрос не только с камнем и бетоном, но и с зеленым обрамлением. Это проблема. Если архитектор думает обо всем одновременно — он в итоге не думает ни о чем. И если потом выясняется, что под лужайкой нет дренажа, то это, позвольте, не вина того, кто после финиша всех работ проводил озеленение. Это архитектор не подумал про водоотвод, притом что площадь крыши, с которой стекает вода, составляет под полторы тысячи квадратов. Зато взял на себя смелость проектировать внутри и снаружи.

Нашим архитекторам следует больше доверять смежникам. А городским менеджерам — привлечь специалистов к созданию стандартов и кодов озеленения города Киева. Именно из‑за их отсутствия нас штормит.

Не стоит думать, что дизайн-коды в озеленении — это такое ноу-хау, которое недавно изобрели европейцы. Даже в СССР были примеры внедрения единого ландшафтного стиля озеленения в городе, достаточно вспомнить про «сочинский стиль» — его разрабатывала для города-курорта команда дендрологов, архитекторов и художников, за что в 1979 г. они получили государственную премию. Этот стиль небезупречный, эклектичный, дорогой в уходе — много решений скопированы с ландшафтного оформления госдач. Если честно, то все лучшее в нем — еще от старых усадебных субтропических ландшафтов. Но тем не менее это был единый стиль старого Сочи. В новом городе от него мало что осталось.

Европейцы и американцы разработали гиды и стандарты, всевозможные Urban & Landscape Design Standards Manual, форму которых можно использовать для разработки дизайн-кодов Киева. В идеале для всех украинских городов нужны коды, но столица просто обязана задать тон.

Разработка дизайн-кодов по озеленению городов будет настоящей бойней

P.M.: Согласно той же парадигме устойчивого развития, мы прежде всего должны учитывать мнение жителей. Но обязаны ли мы подстраиваться под вкус жителя Борщаговки, решая вопрос о том, как должен выглядит Крещатик?

Ю. К.: А кто сказал, что будет просто? Разработка дизайн-кодов по озеленению будет настоящей бойней! Дискуссия может развернуться похлеще, чем вокруг Генерального плана. Потому что планирование застройки и городского каркаса прежде всего базируется на эргономике жизненных процессов, на удобстве пользования, когда всегда можно обо­сновать, какой должна быть ширина дорожки. А обсуждая озеленение, нам придется неизбежно спорить о вкусах, об эстетике. А сказать человеку, что у него плохой вкус — это, считайте, оскорбить его. У нас болезненно воспринимают даже критический тон или сарказм, а намекнуть на проблемы со вкусом — это обязательно нарваться на скандал.

Памятная мозаика на месте сожженного в 1866 году Дуба Реформаторов в лондонском Гайд-Парке. Источник фото: wikimedia.org

Возможно, надо начать с публичных зон в историческом центре Киева, которые можно рассматривать как единый архитектурно-ландшафтный ансамбль. Потому что если замахнуться сразу на все наши районы и территории, которые очень разноплановые, специфичные и характерные, то есть опасность «с во­дой выплеснуть ребенка» — потерять идентичность. Если, к примеру, город увлечется созданием кодов и обяжет жителей убрать из дворов лебедей из шин? Или страшные, но любимые «альпийки» — «собачьи могилки»? Сегодня нам кажется, что такой примитивный дизайн — это китч, а завтра какой‑то знаменитый авторитетный европейский урбанист или архитектор напишет книгу о самобытном шарме киевских двориков, о том, что вот они‑то и есть суть нашего города и проявление украинской души. И мы вспомним о том, что неуклюжая аутентичность в ландшафте, свобода от зарегулированности и дизайн-кодов хотя бы в пределах придомовых территорий — это ценность не меньшая, чем статусность, трендовость и современность центральных публичных пространств.

И все же спорить придется, иначе мы превратим наш город в заповедник вторичных, заношенных и скучных ландшафтных решений. Если не спорить о вкусах, заигрывать с жителями и послушно тиражировать любые «народные» решения, то у нас в центре скоро появятся лебеди из шин. Если не держать удар, не реагировать на критику, то у нас не будет человеческого города — он станет туевым. Вопрос: кто возьмет на себя смелость спровоцировать дискуссию?