Юрий Корольчук: Генплан Киева как имиджевый документ для поколения NEXT

editor / Ландшафт /

Почему Генеральный план без предварительного аудита зеленых территорий и введения стандартов на ландшафтные работы останется бесполезным ворохом бумаги? Как бесплатным городским паркам выдержать конкуренцию с частными садами, где берут плату за вход? И почему темой озеленения города начинают спекулировать политики? Ответы на эти вопросы мы искали вместе с директором ландшафтного бюро TOPIAR Юрием Корольчуком.

PRAGMATIKA.MEDIA: В предыдущих интервью вы говорили, что ландшафтным компаниям сегодня сложно работать с городом как с заказчиком, прежде всего потому что нет нормативной базы. И вот проект нового Генплана уже готов и даже частично опубликован. Если документ утвердят в Киевсовете уже этим летом, то изменит ли он что‑то в коммуникациях между властью и компаниями, подобными вашей?

Юрий Корольчук: Генплан, который все никак не могли разработать на протяжении 20 лет, появился, потому что время пришло. Вернее — истекло. Пришло понимание, что в тех рамках, в которых сегодня находится город, он уже закончился. Во всех смыслах. Город не может развиваться и увеличиваться в масштабах, а уровень ежедневной миграции только увеличивается за счет того, что растет население городов-спутников — Вишневого, Борисполя, Вышгорода и так далее. И совершенно закономерна необходимость разобраться — кто за что отвечает, кто куда платит налоги, в казну какого населенного пункта.

Юрий Корольчук, директор ландшафтного бюро TOPIAR

Принятие Генплана — это один из этапов процесса децентрализации. И мы должны понимать, что баталии на самом деле идут не вокруг того, хорош он или плох. Это прежде всего борьба за бюджеты. К примеру, поселок Коцюбинское. Решается, кому он будет подчиняться — то ли Киеву, то ли Ирпеню. Коцюбинское — это лакомые кусочки земли. И говоря о строительстве новых жилых комплексов, о благоустройстве территорий, а также о содержании инфраструктуры, дорог и мостов, мы прежде всего говорим о бюджетах — страны, города, Ирпеня или Киева. И бюджетах компаний, которые вовлечены в девелопмент и развитие.

P.M.: Каким образом децентрализация и борьба за бюджеты может повлиять на работу таких, как ваша, компаний?

Ю. К.: Для нас важно как можно скорее получить полную информацию по всем позициям Генплана, чтобы понимать, с каким пулом чиновников и какими территориями предстоит работать. Все наши проекты долгосрочные, и безусловно, важно знать перспективу, чтобы объективно оценивать свои силы и понимать «температуру» на рынке. С каждым годом количество ландшафтных компаний растет. Кто‑то ориентирован на работу с владельцами загородных коттеджей, кто‑то на озеленение территорий жилых комплексов, кто‑то на работу с градостроителями, архитекторами. Компания TOPIAR с каждым годом вынуждена тоже расти, так как увеличивается количество новых объектов и их масштабы. Сейчас в штате компании около ста человек. Это немало. Мы и наши семьи живем в Киеве, пользуемся городом и хотели бы что‑то отдавать ему взамен, применять свои профессиональные навыки прежде всего здесь.

Так вот неплохо бы подсчитать, а достаточно ли завтра Киеву будет наших профессиональных ресурсов? Действительно ли мы планируем преобразить Выдубичи, освободить, к примеру, Лыбедь и сделать вокруг рекреационную зону, такой киевский Централ-Парк? Или нам сделать «Централ Парк» на Левом берегу? Какова все‑таки судьба спорного Протасового Яра? Отвечает ли новый Генеральный план на эти вопросы? Я пока не знаю.

Генплан, который все никак не могли разработать на протяжении 20 лет, появился, потому что время пришло

P.M.: Возможно, власть не готова ответить на эти вопросы, поскольку пока не выяснила, чего же на самом деле хотят люди. Поэтому и проект полностью еще не обнародован. Если в масштабах страны и города мы взяли за ориентиры демократизацию и децентрализацию, то невозможно принимать решения сверху. Необходимо ориентироваться на запрос. Презентация Генплана — пробный шар, и разработчикам, вероятно, важно видеть реакцию.

Ю. К.: Я уверен, что сегодня наши люди в основном готовы только говорить, но не действовать. Как только публичную дискуссию пытаются перевести в практическую плоскость и возникает вопрос, готов ли конкретно Иван Иванов заниматься управлением проекта, дискуссия сразу сходит на нет. Сегодня большинству наших горожан удобнее оставаться в роли жертв, это снимает персональную ответственность. Избитый факт — система городских ЖЭКов неэффективна. Но назовите мне хотя бы одно успешное ОСББ? Успешных ОСББ нет или их единицы, а за успешностью жилых комплексов, таких как ЖК «Тетрис Холл» или ЖК «Бульвар Фонтанов», стоят управляющие компании. Мы слишком много говорим о том, что готовы забрать у власти полномочия и самостоятельно успешно управлять — но в основном это слова. Реакция на Генплан будет, она уже есть, но вряд ли первая волна критики повлияет на итоговый документ.

Фото: Юрий Ферендович

P.M.: Наиболее частое требование киевлян: «Оставьте как есть, ничего не трогайте!» Такие фразы звучат на любом из общественных слушаний. Но город должен развиваться, и в план должны быть заложены перспективы не только для коренных жителей, но и для следующих поколений, и новых горожан. Как найти баланс?

Ю. К.: В презентации Генплана указано, что в Киеве постоянно проживают 2,9 млн человек, а к 2041 г. их численность составит 3,26 млн человек. Постоянно проживающие — значит резиденты, которые платят налоги и пользуются инфраструктурой. Но, позвольте, судя по переписи, в Киеве уже сегодня проживают 3,7 млн! И еще 5 млн живут в городах-спутниках. И как мы знаем, почти 70 % тех, кто живет в этих спутниках, пользуется инфраструктурой Киева. То есть в Киевсовете еще не утвердили новый Генплан, но уже очевидно, что он составлен с грубейшими ошибками. Вся инфраструктура рассчитывалась на меньшее количество жителей. И даже при таких заниженных статистических данных Генплан не дает ответ, как нам рационально использовать городскую инфраструктуру. Например, я живу на Оболони, где планируют построить девять домов по 25 этажей. Это как минимум плюс 30 тыс. населения. При этом я не вижу на картах новых школ или детских садиков.

Я не понимаю, каким образом мы можем планировать и рассчитывать, сколько нам в будущем предстоит потратить на содержание города и конкретно на зеленую сферу, пока не подсчитаем, сколько уже потратили и сколько тратим сегодня. И здесь я согласен с Дмитрием Дубилетом, который говорит о том, что все документы и процедуры должны быть прозрачными и ясными. Поэтому я сторонник того, чтобы провести аудит киевских парков, зеленых зон и выяснить, насколько рационально потрачены в прошлом году более 600 млн грн, выделенных «Киевзеленстрою», и на что именно планируется потратить 500 млн грн в этом году. Увидим ли мы результат этих вложений завтра, если не видим его сегодня?

Без аудита, просчетов и выработки стандартов проект Генплана — ворох бумаг

P.M.: Как именно город сможет использовать результаты аудита? Ну, кроме того, что, возможно, появится основание возбудить несколько уголовных дел…

Ю. К.: Прежде всего мы получим ответ на самый главный вопрос: можем ли мы позволить себе новые зеленые зоны? Это очень дорогое удовольствие. Газоны, которые так любят обустраивать в КО «Киевзеленстрой», — самое дорогое покрытие, поскольку нуждается в регулярном поливе и стрижке. Мы сегодня пренебрежительно относимся к такому основному ресурсу, как вода, а вот в Крыму воды критически не хватает, и это настоящая трагедия.

Поэтому прежде чем планировать новые парки, нам необходимо провести аудит и привести в порядок уже имеющиеся участки. Например, довольны ли вы тем, как сделано благоустройство на бул. Леси Украинки, на бульваре Шевченко? Это центр города, здесь все должно быть образцово, выдержано в соответствии с высокими стандартами. И уход должен быть стандартизирован.

P.M.: Призыв «Новые парки городу!» мог бы стать хорошим девизом чьей‑то предвыборной кампании. Эта тема всегда вызывает горячий отклик у жителей. Петиция о превращении затопленной стройплощадки на Антоновича собрала огромное количество подписей. Разработчики Генплана анонсировали, что до 2040 г. в проектных жилых районах будут созданы 36 новых парков, новые скверы и бульвары. Потянет ли это бюджет Киева, как вы считаете?

Ю. К.: Тема создания новых парков — одна из самых популярных и популистских. Один из героев фильма «Сиротский Бруклин», урбанист и политик Роберт Мозес, придерживался принципа «Если ты строишь парки, то ангелы на твоей стороне». Он сносил целые жилые районы для прокладывания автомагистралей, но жители Нью-Йорка его поддерживали, поскольку у него сложилась репутация человека, который строит парки. И есть опасность, что наши политики тоже будут использовать подобные схемы. Я считаю, что сегодня Киев имеет достаточное количество шикарных парков и мест для прогулок. Вы можете назвать хотя бы один переполненный людьми парк?

Исток реки Лыбидь, Соломенский район Киева, парк «Отрадный». Источник изображения: wikipedia.org

P.M.: К примеру — Ботанический сад, особенно в период весеннего цветения.

Ю. К.: Приходите в Ботанический сад в августе — и прогуляетесь в одиночестве. Да, существует пиковая нагрузка на парк в период цветения магнолий, сакур, тюльпанов, роз. Сегодня уже так не планируют зеленые зоны — они должны радовать, удивлять и привлекать круглый год. Правильный подбор растений обеспечит много волн цветений, которые будут сменять друг друга. Примеры — всесезонные сады Пита Удольфа, которые актуальны в любое время года, а не только с апреля по конец мая.

Но Ботанический сад, за вход в который берут плату, хоть и символическую, — это немного другая история, как и частные парки. Один из народных депутатов пролоббировал выделение бюджетных средств на новый парк в Умани, хотя там есть роскошный исторический дендропарк, как вы знаете. Входной билет в парк «Новая Софиевка» стоит, кажется, 70 грн. Только за сентябрь этот парк площадью 10 га собрал 3,5 млн грн на свое содержание и развитие.

Недопустимо, чтобы все парки стали платными для горожан — поэтому основные зеленые зоны должны оставаться общедоступными. Но нашим бесплатным городским паркам предстоит в ближайшие годы жесткая конкуренция с парками частными — а они будут появляться, возможно, не в центре, а в границах новой агломерации. Весной обещают открыть новый частный дендропарк по Житомирской трассе. И это только начало — людям нужны эффектные локации и свежие места для отдыха. Поэтому я считаю, что в наших центральных парках не будет тесноты, напротив, надо еще придумывать, как их активировать. И когда перед нами стоит такой вызов, мы не можем бездумно высаживать все новые и новые растения по всему Киеву, потому что за ними нужно ухаживать, а это нагрузка на бюджет. Если не ухаживать, экономить на технологиях высаживания, качестве посаженного материала, то это просто деньги на ветер.

Тема создания новых парков — одна из самых популярных и популистских

P.M.: Известен ли размер ущерба и ответил ли кто‑то за это?

Ю. К.: Нет, никто ответственности не понес. Вот поэтому, перед тем как утверждать Генплан, необходимо провести аудит по каждому городскому парку, оценить потребности в выделении бюджетных средств на содержание и провести открытые тендеры, чтобы сравнить бюджетные возможности с рыночными ценами. Но здесь мы сталкиваемся с нашей реальностью и непрозрачностью тендерных процедур.

P.M.: Несовершенству тендерных процедур мы даже посвятили целую статью «Непрозрачные фильтры. ProZorro: легкие способы устранения конкурентов». Но там приведены примеры из архитектурной и строительной сферы. Когда речь идет о работах по озеленению, в чем заключается системная ошибка?

Ю. К.: Тендерам на работы по озеленению и благоустройству присущи те же проблемы. Но в нашем случае все усложняется еще и тем фактом, что наши проекты долгосрочные и работаем мы с живым материалом. Допустим, обустройство парка с нуля стоит 10 млн грн. Я должен сначала вложить собственные средства, выполнить и сдать работу — не только высадить деревья, но и обеспечить, чтобы они прижились, — и только тогда со мной рассчитаются. Готов ли я сегодня вложить 10 млн грн в создание парка на улице Сырецкой, например? Возможно, да, но я должен быть уверен, что мне эти деньги вернут.

Источник фото: TOPIAR

P.M.: Почему нет такой уверенности?

Ю. К.: Откровенно говоря, между бизнесом и властью сегодня нет доверительных отношений. И поскольку мы не можем, не способны строить отношения на доверии, то должны максимально четко и до мелочей все прописать, все стандартизировать в документах. Вот почему я считаю, что без аудита, без доскональных просчетов и выработки стандартов как тендерная документация, так и проект Генерального плана города — это просто ворох бумаги.

Должно быть четко зафиксировано количество зеленых зон, их площадь. Все виды работ по уходу за городскими зелеными территориями должны быть стандартизированы. Выделяя финансирование на покос газонов, мы должны понимать, что хотим получить в итоге — партерный газон или луг диких трав, который стрижется раз в месяц. Но когда мы поднимаем тендерную документацию по созданию сквера на улице Воскресенской в Днепровском районе, то читаем: «Выполнено газонов посевных 7 230 кв. м». Этим актом оптом закрывается весь объем работ с учетом ландшафтного устройства, семян, удобрений. Но нигде не прописано задание по обслуживанию, чтобы этот газон оставался газоном. Спустя три месяца, как я видел, там выросла трава по пояс, которую в августе просто скосили триммерами и заготовили на сено. Я готов свозить туда любого, чтобы продемонстрировать, как будет выглядеть этот газон в мае. А на этот сквер потрачена большая сумма из городского бюджета!

Мы просто не можем позволить себе сегодня подобное отношение к зеленым насаждениям на территории того же ЖК «Бульвар Фонтанов». Полетели бы головы! С точки зрения главы управляющей компании и собственника это преступно. Так почему город это позволяет?

P.M.: Такое отношение к уходу за городскими зелеными насаждениями — это бесхозяйственность или злой умысел?

Ю. К.: Мы можем предполагать все что угодно, но прежде всего это несоблюдение стандартов. А чтобы карать за несоблюдение стандартов, надо их составить и закрепить в нормативах. В тех же ДБН. Возможно, нам надо собрать инициативную группу профессионалов, лидеров мнений и людей с визией будущего, тех, кто способен ответить на вопрос, что значит для нас качественное зеленое благоустройство? И что не менее важно, надо знать, что будет хорошо не только для нас, а для следующего поколения. Потому что главная цель — это построить город, из которого не будут уезжать люди, молодежь.

Парк «Киев в миниатюре». Источник изображения: zeft.in.ua

P.M.: Инвестиции в будущее могли бы быть частными, но у нас нет и такой возможности. Сегодня киевляне не могут объединиться и создать парк с нуля за свои средства — нет механизмов. К примеру, в Далласе за счет меценатов создали новый парк Klyde Warren Park, который сработал как мультипликатор и приносит профит всему городу. Как считаете, почему у нас нет подобной возможности?

Ю. К.: Создать с нуля парк за 110 млн долларов и собирать еще 8 млн в год на его обслуживание? Не уверен, что киевляне способны на подобное. Мне кажется, способность к консолидации общественных ресурсов стоило бы оттачивать на каких‑то небольших проектах, к примеру, вы недавно писали о карманных парках — это хорошая практика.

В Далласе проект по созданию Klyde Warren Park встретил поддержку властей, потому что было понимание, что городу нужны магниты, позволяющие удерживать молодежь. И меценат Келси Уоррен, жертвуя 10 млн далларов парку за право назвать его именем своего сына, не случайно сразу же заключил с юным Клайдом договор о том, что тот обязуется ежегодно работать в парке в качестве волонтера. Да, эффект мультипликатора тоже важен. В Киеве подобный подход уже практикуется, например, Василием Хмельницким в UNIT.Home, который он строит на территории инновационного парка UNIT.City.

Но власти не идут навстречу не только общественным инициативам — они не идут навстречу застройщикам, хотя многие активисты сейчас со мной бы поспорили. Есть проект строительства ЖК Svitlo Park в промышленной зоне от моста Патона и до островов. Если эту дикую промзону привести в порядок, создать благоустроенный, открытый для всех парк, он бы стал очень востребованным, поскольку находится недалеко от центра. Но хотя застройщик обещает профинансировать благоустройство территории, без гарантий и поддержки от власти качественный общественный парк создать сложно и дорого. Частным инвесторам было бы спокойнее вкладывать средства под гарантии власти. И эта территория — одна из множества промышленных зон, которые сегодня еще не используются. Но в проекте Генплана я пока не увидел никаких прогнозов касательно этих промзон.

Городу нужны магниты, позволяющие удерживать молодежь

Фото: Юрий Ферендович

P.M.: Возможно, такие прогнозы появятся через 5 лет, когда придет время утверждать новый Генплан? Ведь по нынешнему законодательству, он должен приниматься раз в пятилетку.

Ю. К.: Сроки действия Генплана — это еще одна скользкая его особенность. Кто‑то считает, что корректировки раз в пять лет необходимы. Но какой тогда смысл разрабатывать стратегию на 20 лет, рассчитывая, что через пятилетку она, возможно, изменится радикально? Давайте мы разработаем качественную, взвешенную, рациональную стратегию развития города на 20 лет, но потом честно будем ее придерживаться. А так — каденция мэра 5 лет, Генплан на 5 лет…

Еще одна странная деталь — это создание агломерации. Но давайте признаем: за словом «агломерация» скрывается фактическое присоединение спутников. Так почему бы не сказать откровенно, что мы расширяем Киев, потому что он становится тесным. Одновременно уплотняя его. У нас до сих пор в Киеве есть целые районы частного сектора.

Парк «Наталка». Источник изображения: obolon.kyivcity.gov.ua

P.M.: Частная собственность должна быть неприкосновенна, и никто не может посягать на эти частные особняки, иначе мы не укрепим, а разрушим основы общества. Разве не так?

Ю. К.: Тем более мы должны продуманно подойти к освоению постпромышленных и резервных территорий. Генплан должен нам продемонстрировать, где есть вакантные территории для строительства ЖК. Горбачиха, Министерка, Академгородок, Соломенский район — вот в этих местах могут возникнуть новые комплексы. Но разрешать там какое‑либо вмешательство можно только предусмотрев, что застройщик понесет наказание, если не выполнит своих обязательств и обещаний. Потому что это так называемые «чувствительные» территории. Если что‑то пойдет не так, то неизбежны репутационные, имиджевые потери для власти в том числе. Есть же требования к качеству строительства, есть ДАБИ, есть документация. Но почему нет требований к ландшафтному дизайну? Их нет, потому что никто не хочет взять на себя ответственность и сказать: «Давайте пропишем стандарты качественных парков».

Фото: Юрий Ферендович

P.M.: И дадим гарантию незыблемости на пять, десять, двадцать лет? С возможностью вносить коррективы, но чтобы сам Генплан оставался незыблемым, как Конституция США, — подходит такая аналогия?

Ю. К.: Подходит, но не стоит обольщаться, что это так просто сделать. Тот же аудит земельных ресурсов требует времени. Сегодня очень сложно выяснить, кто собственник того или иного участка, у кого на балансе та или иная недвижимость. Эта информация недоступна для обычных пользователей, тех же активистов, которые хотели бы осуществлять общественный контроль. Я знаю в Киеве порядка 50 остановленных промышленных предприятий, судьба которых непредсказуема. К примеру, собственник готов освоить из 7 га 2, а еще 5 готов продать. И вопрос — как оценить эту землю, если последний раз ее оценка проходила в 2004 г., когда она стоила копейки? И как разделить территорию, если она зарегистрирована как целостный имущественный комплекс?

Если мы хотим привлечь инвестора, то должны понимать, что он, планируя купить землю в Киеве в районе Горбачихи, допустим, по цене 7 тыс. долларов за сотку, знает, что заплатит столько же, а возможно, и меньше в других странах. И если мы хотим, чтобы эти инвестиции остались в нашей стране, то должны быть какие‑то аргументы. И главное — это прозрачные правила, гарантированные властью, государством. Поэтому Генплан — это крайне важный документ еще и в имиджевом смысле. Хорошо бы иметь возможность оценить его не просто как набор чертежей и картинок, а просчитать экономический потенциал документа.

Вряд ли первая волна критики Генплана повлияет на итоговый документ

P.M.: Как, кстати, вы оцениваете перспективу уплотнения и децентрализации Киева? Каким образом сделать так, чтобы жители окраин не только спали у себя дома, но и работали рядом с домом? Таковы современные тенденции: если я живу на Оболони, то отдыхать и работать я должен на Оболони. И районной инфраструктуры мне должно хватать для полноценной жизни.

Ю. К.: Не был бы так категоричен, если мы не планируем «федерализацию» города. Радикальная децентрализация — это когда я живу на Оболони, плачу налоги в районный бюджет Оболони — может привести к тому, что мне будет безразлична судьба Борщаговки. И я тогда вообще не должен переживать, что будет с моим городом в целом. Между тем мой партнер, друг или знакомый из‑за границы либо из другого города будет оценивать состояние не района, а всего Киева. Цель децентрализации — повышение качества жизни во всех городских кварталах. А не зачистка красивого центра города от нежелательных граждан с Троещины. Не дискриминация.

Коттеджный городок Riviera Villas, Киев. Источник фото: TOPIAR

P.M.: Скорее, речь о том, чтобы снять нагрузку на транспортную систему, которая возникает из‑за того, что люди ездят из одной части города в другую.

Ю. К.: Нагрузку в итоге снимут пробки. Это только звучит как парадокс, а на самом деле естественный процесс. Когда у человека будет 4 часа в день уходить только на дорогу, он в итоге сменит место работы и подберет что‑то ближе к дому. Так произошло в Москве, где город в три раза больше, но передвижений по городу, по крайней мере, на личном автотранспорте, в итоге не так много. Если ты живешь в Кунцево, то там и работаешь. Наш Киев кажется нам огромным, но по сравнению с Москвой, а тем более с австралийскими и китайскими мегаполисами он не так уже и велик.

Должен признаться, что мне нравится Киев, я люблю этот город. И заинтересован в том, как сделать его лучше. Поэтому повторю еще, чтобы расставить акценты: для разработки эффективного Генплана нам необходим аудит, стандарты, четкая картинка будущего города и главное — ответ на вопрос: для кого мы все это строим и планируем? Кто целевая аудитория?