Филип Джонсон: гей, нацист и первый лауреат Притцкера

Елена Панченко / Персона /

Филип Джонсон (8 июля 1906 года – 25 января 2005 года) – один из самых влиятельных архитекторов ХХ века, основоположник интернационального стиля в американской архитектуре и лауреат первой Притцкеровской премии (1979 год). В честь 113-й годовщины со дня его рождения PRAGMATIKA.MEDIA решила собрать несколько интересных фактов о творчестве и жизни этой неоднозначной, но несомненно легендарной личности.

Очкарик

В 1934 году Филип Джонсон заказал во французском ювелирном доме Cartier круглые очки с толстой оправой, похожие те, которые носил его кумир Ле Корбюзье. Хотя архитектурный стиль Джонсона с годами кардинально менялся, он почти 70 лет, вплоть до самой своей смерти, не менял стиль своих любимых очков.

Филип Джонсон

Гей

Гомосексуальная ориентации Филипа Джонсона не была таким уж большим секретом среди его приближенных, хотя он не делал никаких публичных заявлений вплоть до 1990-хх годов. Тогда американское общество сильно изменилось, за сексуальную ориентацию не преследовали, и архитектор смог совершить каминг-аут.

Филип Джонсон, 1933. Фото: Carl Van Vechten

Известно, что в молодости Филипп Джонсон имел непродолжительный роман с афроамериканским артистом кабаре Джимми Дэниэлсом. Но его партнером по жизни стал коллекционер и арт-критик Дэвид Уитни, который был моложе Джонсона на 30 лет. Они познакомились, когда Уитни еще был студентом, и были вместе вплоть до смерти Джонсона в 2005 году. Уитни пережил его лишь на несколько месяцев.

Нацист

Самым темным пятном в биографии Джонсона стали 1930-1940-е годы. Будучи корреспондентом газеты, он совершил несколько поездок в нацистскую Германию и с симпатией к Гитлеру освещал Съезды НСДАП в Нюрнберге. Разрушенная войной Польша стала для него «волнующим зрелищем». Марк Ламстер в биографической книге об архитекторе даже утверждал, что Джонсон был не просто симпатиком Гитлера, но и «неоплачиваемым шпионом» нацистской Германии. Впрочем, ФБР не смогло предъявить ему никаких обвинений. Джонсон выдал свою поездку за исследовательскую. Уже позже, вспоминая этот период своей жизни, архитектор назвал свою позицию результатом «невероятной глупости».

Ворота Европы в Мадриде (1996). Фото: Manuel González Olaechea

Такой непостоянный

Непостоянство Джонсона проявилось не только в его политических взглядах, но и в профессиональной деятельности. Хотя многие архитекторы проходят через несколько стилистических периодов в своей карьере, эклектичный подход Филиппа Джонсона критики называли чем-то аномальным. Его считают основоположником интернационального стиля в американской архитектуре, тем временем его более поздние проекты относятся к постмодернизму. Интересно также, что в начале своей карьеры Джонсон называл небоскребы свидетельством «американской мании величия». Спустя десятилетия, когда ему указали на его склонность к их проектированию, он ответил: «Я проститутка, и мне очень хорошо платят за строительство высоток».

PPG Place в Питтсбурге, США (1984). Фото: Derek Jensen

Первый лауреат Прицкеровской премии

В 1979 году семья Притцкеров, владельцев сети отелей Hyatt, решила учредить аналог Нобелевской премии по архитектуре. Первым лауреатом Притцкеровской премии, сейчас одной из самых престижных наград в этой области, по решению жюри стал Филип Джонсон. Торжественная церемония вручения состоялась в старинном особняке Дамбартон-Оукс (недалеко от Вашингтона), реконструкцией которого в свое время занимался лауреат. Джонсону на момент присуждения премии было 72 года.

Стеклянный дом (1949). Фото: Staib

Герой песни

Имя Филипа Джонсона упоминается в композиции Дэвида Боуи Thru’ These Architects Eyes из альбома Outside (1995 год):

«Stomping along on this big Phillip Johnson

Is delay just wasting my time

Looking across at Richard Rogers

Scheming dreams to blow both their minds…»

Приблизительно эти строчки можно перевести так:

«Шагаю вдоль этого огромного [здания] Филипа Джонсона.

Это промедление для меня – просто потеря времени.

Смотрю на [здание] Ричарда Роджерса.

Проектировать мечты, чтобы лишить их обоих рассудка…»

В то время, когда Боуи написал эту песню, Джонсон и Роджерс стали одними из самых востребованных архитекторов в мире, их здания появлялись повсюду в городах Европы и Америки.

Читайте также: Норман Фостер об архитектуре и не только: 12 лучших цитат