Eisenman Architects. «Мы создаем культовые здания»

Ирина Исаченко / Интервью /

Архитектурное бюро Питера Айзенмана Eisenman Architects подарило миру десятки уникальных зданий, которые с уверенностью можно называть иконическими или культовыми. Питер Айзенман не только успешный практик, но и философ, один из основоположников деконструктивизма и радикализма в архитектуре. Посещение проектной территории в Киеве Айзенман делегировал Эрдему Тузуну, молодому турецкому специалисту, который сегодня возглавляет группу архитекторов Eisenman Architects.

Эрдем Тузун, архитектор Eisenman Architects

PRAGMATIKA.MEDIA: Какое впечатление произвела на вас территория, для которой вам предстоит проектировать такой неординарный объект, как Мемориальный центр Холокоста «Бабий Яр»?

Эрдем Тузун: Этот визит сильно отличался от иных подобных предпроектных посещений. Обычно вы приходите на участок и пытаетесь оценить его физические качества и условия, например, окружающие здания, освещение, ландшафт, связь с существующими транспортными сетями и так далее. Но когда мы посещали территорию Бабьего Яра, я почувствовал себя иначе. Мы знаем, что это не только территория, где будет размещен новый центр, а и место, где произошли трагические события. Это обстоятельство делает участок особенным.

Было очень сложно вникнуть в исторический контекст территории, потому что сам яр был засыпан, и реальная топография сильно отличается от документальных свидетельств — фотографий и карт. После посещения площадки проектирования и прогулки по парку мы направились в северную его часть, чтобы осмотреть то, что осталось от старого яра. Когда вы видите перепады уровней и глубину оврага, вы по‑новому осознаете масштаб трагедии. Все это стало эмоциональным потрясением для меня, потому что когда вы просто гуляете по парку или видите хронику тех лет, не можете понять, что там произошло. А тут вдруг видите глубокий яр и начинаете представлять события, которые происходили здесь в реальности. Это действительно травматично.

«Дом венгерской музыки» в парке Лигет — концептуальное предложение Питера Айзенмана для Будапешта, Венгрия. Источник изображения: eisenmanarchitects.com

P.M.: Мемориал, спроектированный Питером Айзенманом в Берлине, знаменит. Кто‑то считает комплекс противоречивым, но практически все согласны, что он вызывает очень сильные эмоции. С момента создания мемориала прошло почти 15 лет. Вы тесно сотрудничаете с Питером, можете ли сказать, что его подход к мемориальной архитектуре с тех пор как‑то изменился?

Э. T.: Я не был вовлечен в процесс разработки проекта в Берлине, поэтому, вероятно, я не тот человек, который вправе судить о нем. Все наши проекты предлагаются в виде различных с точки зрения локации программы и исторического и культурного контекста, пакетов. Но есть общая основа — уникальный дизайнерский подход Eisenman Architects, который заключается в глубоком изучении физических и культурных слоев каждого объекта, а не только очевидного контекста и программы здания. Мы создаем культовые сооружения, которые будут влиять на культурный ландшафт города.

Нелегко создать архитектуру, которая «очевидна» для всех, да это и не нужно

P.M.: Бюро Айзенмана никогда не создавало, если позволите использовать термин Роберта Вентури, «архитектурных уток». Поскольку Мемориальный комплекс «Бабий Яр» будет публичным местом, считаете ли вы, что его архитектура должна казаться очевидной? Должна ли идея быть простой и понятной обывателю?

Э. Т.: Опыт каждого человека уникален, и я думаю, что одно и то же здание для разных людей может иметь разные значения. У каждого свой бэкграунд, поэтому нелегко создать архитектуру, которая «очевидна» для всех, да это и не нужно.

Эрдем Тузун

Например, если говорить о мемориале в Берлине, я уверен, что каждый посетитель опишет свои эмоции по‑разному. После того как у объекта сформировалась определенная репутация, кто‑то приходит туда только насладиться архитектурой, кто‑то — почтить память жертв нацизма, а некоторые идут туда с друзьями и даже просто на пикник. Таким образом, мемориал превратился в нечто большее, чем памятник в буквальном смысле. Когда дизайн многослоен и призван формировать сложную среду, влияние проекта на людей сложно предугадать. Я думаю, что в этом и кроется его успех.

Проект станет точкой притяжения для жителей Украины и гостей со всего мира

P.M.: Исходя из этого, должен ли такой объект, как Бабий Яр, быть сакральным или его функциональный диапазон простирается за традиционные рамки мемориальной архитектуры?

Э. T.: Я думаю, что еще рано говорить об этом. Именно это мы станем исследовать в процессе проектирования. Когда я вернусь в Нью-Йорк, то станем изучать контекст и тестировать разные и уникальные идеи. Некоторые обречены на неудачу, другие будут жить. Мы попытаемся создать культовые локацию, парк, ландшафт и здание, которые привлекут как можно больше людей. Надеемся, что именно этот проект станет точкой притяжения для жителей Украины и гостей со всего мира.

Мемориал жертвам Холокоста в Берлине, спроектированный Питером Айзенманом в 2005 г. Источник изображения: eisenmanarchitects.com

P.M.: Может ли такой объект стать доминантой всего района, учитывая тот факт, что он расположен не на общественной площади, а спрятан в парке?

Э. Т.: Из-за уникального расположения нет ни единого памятника, подобного Мемориальному центру «Бабий Яр», киевский комплекс будет сильно отличаться от всех других мемориалов, посвященных Холокосту. На наших встречах в Киеве мы увидели намерение Фонда «Бабий Яр» создать современный объект, объединяющий большой парк и Мемориальный центр с культовой архитектурой. Поэтому, думаю, он не только станет достопримечательностью Киева, но и привлечет большое внимание на мировой культурной и архитектурной арене.

 

Беседовали: Ирина Исаченко и Константин Ковшевацкий