It’s soooo colorful! Архитектурный «Оскар» для «Комфорт Тауна»

Ирина Исаченко / Архитектура /

Получить награду на World Architecture Festival — все равно что взять «Оскар», но архитектурный. С 2008 г. WAF считается самой крупной международной платформой, в рамках которой происходят десятки презентаций, семинаров, лекций и встреч с участием топ-архитекторов мира. И конечно, конкурс WAF — эталонный с точки зрения профессионализма, состязание, где лучшие архитекторы-судьи выбирают лучшие проекты. Премия WAF-2019 в номинации «Лучшее использование цвета» досталась украинским архитекторам из archimatika за проект «Комфорт Таун».

Чем именно украинский проект, которому в 2019‑м исполнилось ровно 10 лет, так понравился судьям WAF? Ищем ответ в историях о том, как и из чего складывался этот цветной пазл, и пытаемся заглянуть inside World Architecture Festival 2019 вместе с сооснователями компании archimatika Александром Поповым и Дмитрием Васильевым, руководителем конкурсного направления компании archimatika Александром Симоновым и Маркосом Розелло — британским архитектором, генеральным директором студии aLL Design, членом судейской коллегии WAF-2019.

 

Александр Попов

Сооснователь и директор компании archimatika

Александр Попов, сооснователь и директор компании archimatika

PRAGMATIKA.MEDIA: Символично, что «Комфорт Таун» получил награду к юбилею: с момента начала работы над проектом прошло 10 лет. Но, мы уверены, вы помните, с чего все начиналось. Как в команде archimatika родилась идея раскрасить целый микрорайон в яркие цвета?

Александр Попов: Правильнее начать с предпосылок, которые обусловили появление «Комфорт Тауна». В 2009 г., после кризиса, почти все стройки в Киеве остановились. То жилье, которое строилось раньше, было рассчитано на благополучного докризисного покупателя, способного благодаря ипотеке покупать любые квартиры даже по спекулятивно растущим ценам, не глядя на функционал. Но спрос резко упал. Для 2009 г. это было закономерно, поскольку ситуация в экономике страны и на рынке недвижимости изменилась, у людей стало меньше денег и они перестали покупать квартиры. Мы как раз строили «Паркове місто», и это был один из тех редких проектов, который не остановился. Наш партнер и заказчик, девелоперская компания KAN, обратился к нам с новым заказом. Но установка была такая: «Давайте сделаем то, что отвечает актуальному положению на рынке». С одной стороны, было необходимо новое качество, потому что большинство киевских проектов тогда относились к тому, что мы называем «дискомфорт-классом», а с другой стороны, нам надо было вписаться в меньший бюджет. И вот мы пытались найти баланс между этими двумя задачами, которые по сути противоречили друг другу. Ведь когда делаешь что‑то новое, всегда расходуешь больше средств и ресурсов, а бюджет‑то меньше.

P.M.: На тот момент archimatika уже начинала разрабатывать линейку PRO-квартир?

А. П.: Тогда не было ни PRO-квартир, ни самого этого названия, но существовало наше стремление выйти за рамки стандартной, типовой, постсоветской квартирографии. Мы разрабатывали новые планировки, доказывали их качественное преимущество заказчикам. Перед каждой новой очередью и «Паркового міста», и «Комфорт Тауна» мы делали апгрейд планировок. Так что это был путь к PRO-квартирам, который продолжался почти 10 лет, до 2017 г., когда мы уже заявили о новом качестве PRO-квартир.

В «Комфорт Тауне» цвет сработал как фильтр — сформировал комьюнити

Так вот, продумывая концепцию «Комфорт Тауна», мы нашли особый формат. Отказались от высокой этажности в пользу средней, потому что, во‑первых, 9 этажей дешевле строить, чем 25, во‑вторых, это позволяет создать комфортное, сомасштабное человеку пространство. Квартальная застройка — это тоже и комфортное пространство, и небольшая экономия. Когда мы блокируем секцию с секцией, то немного экономим на фасаде. Внутренние дворы — это пешеходная зона, а по периметру с внешней стороны мы расположили парковки. Кстати, квартальная застройка позволяет создать гораздо большее количество паркомест, чем микрорайонная модель, доставшаяся в наследство еще со времен, когда машины являлись роскошью и их было мало.

Сначала мы создали мастер-план, и это была логическая часть процесса. А затем стали искать образ. Учитывая бюджет, понимали, что надо делать плоский фасад без излишеств и без использования слишком дорогих материалов. Поиск образа был очень долгим, потому что от логики перейти к образу, к эмоциям — сложно. Проще наоборот, конечно, но тогда наши художественные образы не имели бы под собой прочного базиса.

Вечеринка, посвященная открытию WAF-2019. Источник изображения: WAF

В очередной раз проезжая мимо нашей площадки, мы обратили внимание на советскую мозаику на фасаде Института химии на Харьковском шоссе. Мозаичное панно было создано в 1970 г. Степаном Кириченко, Романом Кириченко и Надеждой Клейн. Это яркое цветное пятно контрастно выделялось на фоне окружающей серости как оптимистический акцент. В период, когда эта мозаика создавалась украинскими художниками, район уже был серым и унылым спальником. И смелый вызов, который художники бросили этой серости, показался нам очень близким и понятным. Нам захотелось продолжить эту цветную историю. Да, панно имеет научный сюжет, но само цветовое решение — это же выражение мечты о полноцветной, полнокровной, счастливой жизни. Политический строй может поменяться, но мечты людей остаются. И то, к чему стремились художники в 70-х, для нас, живущих в нулевых, оказалось понятным, близким, актуальным.

Мы задумались: а что, если этот аутентичный цветовой код и станет стартовой точкой архитектурного образа? Поскольку мы запланировали штукатурный фасад, то могли придать ему любой цвет. И это позволяло нам создать красочное, оптимистичное пространство. Пространство надежды.

Теперь требовалось решить, а как именно мы включим цвет в нашу архитектуру? Поисковая команда состояла из десяти человек. Искали днем, вечером, ночью. И однажды Дима Васильев пришел с идеей выделить каждую секцию цветом и завершить каждый дом крышей в тон. Буквально за вечер мы сделали 3D-эскиз первого квартала и завели цвет на крыши.

Первое впечатление было таким: чего‑то не хватает. Слишком непривычно это выглядело. Когда‑то в Голландии реализовали нечто подобное, но там и на крыше, и на фасадах использовали один материал. У нас планировались крыши из фальцевого металла и оштукатуренные фасады. И вот с таким чувством легкого недоумения мы разошлись, а утром собрались снова и оценили наш эскиз на свежую голову. И поняли: это то, что нужно. Архитектура сложилась. Мы утвердили этот проект с заказчиком с первого же раза.

Аутентичный цветовой код стал стартовой точкой архитектурного образа

На следующем этапе уже возникли определенные технические сложности. Да, цвет фасада можно сделать любым, но надо подбирать краски, которые устойчивы к выгоранию. Не все подрядчики были готовы дать нам гарантию. Должен отметить Baumit как наиболее сильную технически компанию с большой палитрой красок для фасада. Они помогли выйти на нужные нам оттенки, и их краска оказалась устойчивой. Еще одна проблема, с которой мы столкнулись, — ограниченная палитра цвета фальцевой кровли. Несколько колоров мы выбрали из стандартной палитры, а несколько надо было делать под заказ.

P.M.: Эти технологические проблемы не осложнили ваши взаимоотношения с заказчиком? Не было упреков, мол, во что мы ввязались?

А. П.: Надо сказать, что Игорь Никонов персонально и его команда сразу поверили в идею и нас поддерживали. Это можно назвать полноценной коллаборацией, объединением усилий. Они вместе с нами искали производителей материалов для кровли, в итоге нашли компанию «Металева Покрівля», которая до этого выполняла объемы для небольших коттеджных поселков, но сумела перестроиться и выйти на промышленный размах. Такой крупный заказ был и для них серьезной проверкой на прочность и технологичность. На тот момент в Киеве это были первые скатные кровли в современном массовом жилье. И фактически благодаря их надежности и технологиям подрядчика наш проект был успешно реализован. Новые кровли не выгорали и, главное, не протекали.

Мозаичное панно на фасаде Института химии высокомолекулярных соединений НАН Украины. Художники: Степан Кириченко, Роман Кириченко, Надежда Клейн. Фото: Владимир Филиппов. Источник фото: filippov1983.livejournal.com

P.M.: Продажи стартовали уже на финальной стадии реализации или на стадии фундамента? И какой была обратная связь из отдела продаж? Понятно, что не archimatika занималась продажами, но вы наверняка были в курсе.

А. П.: Мы находились в очень плотном контакте с отделом продаж, поскольку зависели от этого процесса. Точкой старта можно считать строительство павильона для отдела продаж. Мы как раз на нем поэкспериментировали, сделали фальцевую кровлю и штукатурный фасад в один цвет, сконструировали систему водоотведения, которую затем применили в жилых зданиях.

P.M.: Какого цвета был этот павильон?

А. П.: Желтого. Кстати, он до сих пор стоит, и цела фальцевая стена, которую мы довели до земли. Это тоже своего рода демонстрация надежности материала. В своем отделе продаж мы предусмотрели место для макета. И вот архитектурная макетная мастерская «Модель АРТ» нам сделала прекрасный макет. Он был самым крупным в Киеве, до нас никто так фундаментально не представлял проекты жилых микрорайонов. Посетители отдела продаж видели макет и могли представить, как все это будет выглядеть.

Вторым мощным толчком для продаж стало открытие первой очереди с первым сквером, в котором мы сохранили взрослые деревья. И вот когда люди смогли оценить новое качество в реальности, сразу началась новая волна продаж.

А если комплекс быстро продается, застройщик начинает торопить архитекторов. Ведь мы делали ставку на индивидуальные планировочные решения. До сих пор помню, что в первой очереди были 1 200 квартир 600 типов. То есть каждая вторая хоть чем‑то, но отличалась. И такая акселерация заставила нас, в свою очередь, активнее изучать BIM-проектирование, работать с 3D-моделями, чтобы диджитализировать процессы. Обычно, когда речь идет о больших объемах, то стараются все унифицировать, типизировать. А новые технологии 3D, BIM и следующая ступень, параметризация, позволяют работать быстро и в то же время не жертвовать индивидуальностью. Мы стремились сделать хорошую архитектуру, поэтому ускорили переход на новые технологии проектирования.

P.M.: Возвращаясь к цвету. Вы привлекали к работе над проектом профессиональных экспертов-колористов? Кто, собственно, разрабатывал комбинацию?

А. П.: Экспертов-колористов? Нет. Цвет в архитектуре работает не так, как на плоскости, не так, как в живописи. Да, мы могли бы найти колористов-художников, но они вряд ли дали бы нам исчерпывающий рецепт. Они могли бы поделиться принципами, но их мы тоже изучали в рамках академического обучения, знаем теорию. Поэтому, можно сказать, мы воспитали колористов в нашей команде. Главным экспертом по цвету, главным камертоном была Марина Нестерук (Босенко). Да, у каждого из нас были свои вкусовые предпочтения, но Марина могла объяснить почему одно сочетание хорошо, а другое — плохо. Все искали решения и предлагали варианты, но экспертную оценку давала Марина.

P.M.: Перенесемся в настоящее. Как вы готовились к защите проекта на WAF и на что сделали упор в ходе подготовки презентации проекта «Комфорт Таун» в номинации «Лучшее использование цвета»?

А. П.: Мы сделали упор на социальную значимость выразительной архитектуры и цветной архитектуры в частности. У нас за спиной уже 10 лет эксплуатации «Комфорт Тауна» и личный опыт жизни внутри для многих из нашей команды. Мы накопили огромную базу мнений, получили множество отзывов, в том числе в соцсетях. Нам стало очевидно, что именно мы сделали. В «Комфорт Тауне» цвет сработал как фильтр. Он сформировал комьюнити — объединил людей, которым нравятся яркие краски и цветная архитектура, с общими ценностями и схожими вкусами. Неожиданно даже для нас цвет оказался мощной платформой для формирования сообщества.

Жителям «Кофморт Тауна» гораздо легче понять друг друга и объединиться для совместных инициатив, чем жителям другого комплекса, возможно классного, но с нейтральной архитектурой. Потому что нейтральная архитектура никого не отвергает, но никого особенно и не воодушевляет. А в «Комфорт Тауне» покупали квартиры только те, кто очень этого хотел.

Мы открыли этот ящик Пандоры с яркими красками

Мы получали и позитивные отзывы на наш проект, и негативные. И конечно, на негативные надо было как‑то реагировать. В шутку между собой решили, что, возможно, в детстве у некоторых людей забирали краски и у них сформировалось убеждение, что нельзя в жизни, а тем более в архитектуре использовать яркие цвета, все должно быть сдержанным. Таких людей в «Комфорт Тауне» просто нет. Когда в одном сообществе сходятся люди интеллигентные, воспитанные, но с разными вкусами, им приходится терпеть друг друга и приходить к какому‑то компромиссу. Компромисс — это всегда невыразительно. Создание общества единомышленников в таком тонком вопросе, как цветовосприятие, позволило собрать совершенно особенных людей. Я помню диалог с одним из застройщиков, когда мы приводили в пример «Комфорт Таун». Наш собеседник говорит: «Вы собираете таких людей, которые готовы к смелым идеям. А ко мне такие не приходят». Возражаю: «Давайте подумаем, а почему они к вам не приходят?»

Вручение награды на WAF. На фото слева направо: Аксель Дембергер, Ольга Чернова, Александр Симонов, Питер Кук, Александр Попов, Кристина Малийова

Так что архитектура — это фильтр, инструмент создания комьюнити. В данном случае людей, которые знают, чего хотят, и могут себе это позволить. Активных людей, которые слушают себя и обладают внутренней свободой.

Да, следующий вопрос, как потом этих людей организовать для позитивных инициатив. Как и в любом большом сообществе, в «Комфорт Тауне» хватает проблем. Там живут 18 тыс. человек, а обслуживает жилой комплекс все еще ЖЭК. На самом деле 18 тыс. — это уже население небольшого города, которому нужен свой аппарат самоуправления, свой муниципалитет, свой совет, который будет искать, генерировать, формулировать решения.

Но, безусловно, цвет — это лишь один из приемов. В своей архитектурной практике мы создаем не только цветные дома. К примеру, «Файна Таун» мы делали как раз для тех, кому не нравится «Комфорт Таун». Вам не нравятся яркие цвета? Окей. Вот сдержанные цвета, стильные, хорошо режиссированные объемы, вот вам материалы, фактуры, текстуры. Архитектура может быть любой. Но главное — она должна воодушевлять. Если архитектура оставляет человека равнодушным или близким к этому, то она не работает. Значит, отсутствует та пресловутая магия, свойственная выдающейся архитектуре. Дом может построить инженер. Архитектор добавляет в пространство некую магию. Инженер из семи нот сыграет гамму, архитектор сложит музыку. Мы задумывались, в чем смысл архитектуры? Я считаю — в воодушевлении. Как помню еще со времен института, Бакминстер Фуллер говорил, что роль архитектора — связать все со всем.

Да, архитектор увязывает все — и социальную составляющую, и сопромат, и колористику. И заказчика, и потребителя, и деньги. Но вопрос — зачем это делать? А для воодушевления!

ЖК “Комфорт Таун”, аэросъемка

На нас всех действует сила земного притяжения. Но когда заходишь в качественное пространство, то чувствуешь, будто стало легче. Пусть ненамного, на один процент, но все же наступает облегчение. Тебе все легче — бегать, прыгать, думать, творить. Жить становится легче. Архитектурные шедевры заставляют нас буквально летать. И наоборот. Плохая архитектура физически давит на тебя, вызывает уныние и тоску. Да, ничто не отменяет жизненных сценариев, и человек способен радоваться в самой ужасной среде, проживая в мрачных спальниках. Но в качественном пространстве все чувства будут ярче.

На каждого из нас архитектура действует по‑разному. Невозможно создать архитектурный объект, который будет нравиться всем. Но правильным будет, как мне кажется, не политкорректно подстроенное под всех архитектурное решение, а то, которое радикально, на 100 % соответствует вкусам какой‑то конкретной категории. Пусть мы всего 5 % жителей города поднимем настроение и облегчим тяготение. Прекрасно! Всем остальным что делать? Не идти туда. Есть другие жилые комплексы. Таким образом мы, с одной стороны, вносим разнообразие в пространство города, с другой — делаем людей счастливыми.

Тиражирование — это зло. Нельзя дважды войти в одну реку

P.M.: И все‑таки что сыграло решающую роль, что именно повлияло на членов жюри WAF — цветная картинка, концепция или хорошо подготовленная презентация?

А. П.: Здесь можно только предполагать. Присутствие на нашей защите Питера Кука, знаменитого британского архитектора, для меня было сюрпризом. Он звезда мирового масштаба, я в предыдущие наши поездки на WAF каждый раз с интересом слушал его лекции, а тут увидел его и понял, что на этот раз Питер Кук будет слушать меня. И он так же, как и другие члены жюри, задавал много вопросов, очень требовательных. Например: «Почему вы не выстроили плавные переходы цвета, а выбрали такой цветовой хаос?» Мы ответили, что не располагали палитрой для создания плавных переходов, градиентов, поэтому решили сыграть на цветовых контрастах. И поскольку кроме цвета мы оперировали еще разными объемами, смогли сделать улицы разнообразными. А Питер Кук задает все новые и новые вопросы. Если честно, я думал, что он нас заваливает. Показывает нам, как далеки мы со своим уездным менталитетом от мирового уровня. И я выходил с защиты уверенным, что Питер будет голосовать против нашего проекта, тем более что работы наших конкурентов были более чем достойными. И когда нас внезапно вызвали на сцену и Кук вручил награду, это было неожиданно. Уже потом за бокалом шампанского мы разговаривали с Акселем Дембергером, представителем компании EASTMAN, которая является партнером номинации «Лучшее использование цвета», и он сказал, что именно Питер Кук был нашим главным сторонником. Хотя споры были настолько жаркими, что просто стены павильона тряслись. И этот момент признания стал кульминационным в истории проекта. Да, мы сделали качественный проект, и это теперь подтверждено на мировом уровне. Это важно! Ведь 10 лет мы отбивали критику тех, у кого в детстве отобрали краски.

Чертеж секции из проекта ЖК «Комфорт Таун» от archimatika. Источник изображения: archimatika

Но если все‑таки предположить, что именно было решающим — удачная презентация, сам проект или его идея, то скажу так: если идея достойная, четкая и ясная, она объединяет в себе все. Когда идея спорная, уже есть нюансы, многое зависит от подачи. А нам было очень легко готовить презентацию, поскольку идея выкристаллизовалась. И хотя свой английский я называю «туристическим», мне было легко ее объяснить. А презентацию мы с Сашей Симоновым собрали где‑то за час. Премия WAF — это прежде всего оценка идеи. Герои все, кто реализовал проект. Но главный герой — это Дима Васильев, который придумал идею.

P.M.: Давайте представим, что это мировое признание спровоцирует застройщиков обращаться к вам с предложениями: «А спроектируйте‑ка еще один цветной жилой комплекс!» Что вы им ответите? Возможно ли тиражировать идею, такую удачную и в коммерческом плане, и в концептуальном?

А. П.: Тиражирование — это зло. Тупик. И это прошлое. Тиражирование основано на унификации. Унификация как один из способов стандартизации необходима для того, чтобы экономить средства. Создал прототип — и тиражируй его до бесконечности. Да, масштабирование бизнеса позволяет зарабатывать деньги, но ключевой момент в том, что способов стандартизации гораздо больше, чем только унификация. Нет смысла клонировать одинаковые квартиры, одинаковые секции, одинаковые ЖК, одинаковые кварталы, районы — это все зло. Стандартизировать нужно по‑другому, и современные технологии это позволяют. Стандартизировать надо прежде всего анализируя референсы, изучая похожие ситуации и решения. Это сложный анализ, но он позволяет находить решения, которые надежны и подходят людям.

ЖК “Комфорт Таун”

Некрасивое, эстетически неинтересное архитектурное решение уже ненадежное, неустойчивое, как сейчас принято говорить. Так вот повтор — это уже некрасиво. Да, Энди Уорхол тиражировал изображения, как раз пытаясь осмыслить унификацию, типизацию и тот мир, в котором мы оказались. Но даже при этом каждый из портретов Мэрилин Монро, Че Гевары или Мао Цзедуна имеет отличие. Поэтому работы Уорхола — искусство.

Нельзя делать второй «Комфорт Таун». Нельзя дважды войти в одну реку. Вот в 2009 г. была среда, существовал запрос, поскольку царила серость. А сегодня этой серости уже нет. Да, можно делать комплексы со скатными крышами, можно создавать комплексы с квартальной застройкой — мы так и делаем, потому что это хорошие решения. Да, можно использовать цвет в архитектуре. Но клонировать «Комфорт Таун» — это крайняя степень абсурда.

P.M.: И все же, вероятно, вам будут подражать. Особенно после награды и признания WAF.

А. П.: Нам уже давно подражают. Для этого не стоило ожидать решения WAF, достаточно было увидеть очередь в отдел продаж, чтобы начать использовать подобные решения. Но цвет — опасный инструмент. Чтобы его использовать, нужно чувство цвета, талант. Да, мы открыли этот ящик Пандоры с яркими красками, которыми другие застройщики и архитекторы активно стали раскрашивать фасады. Но если у тебя в детстве отняли краски, если ты дальтоник, в конце концов, ну не бери цвет как основной инструмент! Если ты не художник, не пиши картины, в том числе на фасадах зданий. Обычно застройщики, которые из соображений экономии выбирают архитекторов-подражателей, системно экономят на всем, в том числе и на красках, которые со временем выгорают, и неприятный, неудачный контраст цветов пропадает. Сглаживается временем.

P.M.: А если «Комфорт Таун» вдруг однажды перекрасить в один тон, его архитектура потеряет свои качества?

А. П.: Есть художник Христо Явашев, который обматывает пленкой знаменитые исторические объекты, даже здание Рейхстага…

«Гимназия А+» — школа I—II ступеней на территории ЖК «Комфорт Таун», Киев. Фото: Александр Ангеловский. Источник изображения: archimatika

P.M.: Да, он, кстати, планирует в 2020 г. обмотать Триумфальную арку в Париже.

А. П.: Но даже если обмотать Триумфальную арку пленкой, она все равно останется узнаваемой. Наша память так работает. Поэтому «Комфорт Таун», даже окрашенный в белый цвет, все равно останется «Комфорт Тауном», мы его таким уже помним.

А с другой стороны, прошло уже 10 лет. И даже наши вкусы со временем изменились. Мы почувствовали это, когда проектировали здание «Гимназии А+». Первую начальную школу, детский садик мы делали ярким. И хотелось все больше и больше цвета. Но в итоге мы уже 50 га сделали цветными, куда же больше? Сначала хотели для «Гимназии А+» выбрать один колор из нашей палитры. Все варианты казались невыразительными. Но когда использовали серый объем, он стал акцентным на ярком фоне. И мы пришли к выводу, что пора реинкарнировать и вернуть в «Комфорт Таун» серый цвет, который исключили 10 лет назад. Но мы возвращаем его в новых материалах, в новых оттенках и в новой архитектуре. В новом качестве.

 

Дмитрий Васильев

Сооснователь и главный архитектор компании archimatika

Дмитрий Васильев, сооснователь и главный архитектор компании archimatika

PRAGMATIKA.MEDIA: Ваши коллеги утверждают, что именно Дмитрий Васильев — главный герой «цветной истории», который и принес в команду решение. Что же спровоцировало этот «момент истины»?

Дмитрий Васильев: Было много предпосылок. Сначала мы четко решили для себя, что нам предстоит создать плоский фасад. На тот момент уже имели плачевный опыт, когда после сдачи объекта жильцы приступают к остеклению балконов, террас и всего, что возможно остеклить. Поэтому решили: плоский фасад, никаких балконов, которые подстрекают фантазию жильцов к архитектурным «улучшениям». Как оживить этот плоский фасад? Пробовали применить разные европейские «сеточки» на фасадах, сдвинутые окошечки, но это слишком тиражированный прием. В какой‑то момент пришла идея графического решения: «А давайте добавим скатные крыши!» Сначала засомневались, а стоит ли, ведь плоская крыша надежная и дешевая. Но мы поняли, что скатные крыши — это возможность получить богатый, неординарный силуэт, к тому же это экономически обосновано, поскольку позволяет сделать более интересные планировки, использовав дополнительную площадь.

P.M.: Дополнительную площадь за счет пространств под крышей?

Д. В.: Да. Кое-где помещения были достаточно высокими, чтобы сделать еще один дополнительный уровень в квартире. А поскольку наши люди очень любят бонусы, то это впоследствии очень помогало в продажах. Менеджеры говорили, что, к примеру, в этой квартире можно еще за счет высокого потолка увеличить общую площадь, иногда даже на размер полноценной комнаты. Так что идея со скатными крышами выстрелила. И в принципе, это объемное решение позволило засыпать весь участок домиками-призмами с разными верхушками — комплекс уже имел бы свой особый характер.

Нам необходимо было найти единое архитектурное, проектное решение сразу для всей территории в 50 га. Ведь изначально заказчик, опасаясь, что рынок продолжит падать после кризиса 2008 г., поставил условие предусмотреть возможность собирать здания из заводских панелей. Конечно, мы сразу ушли от классической панели «окно в квадрате», предусмотрев узкие и высокие окна, которые прекрасно сочетаются с острыми крышами. Да, рынок удержался и не упал, поэтому переходить к панелькам не пришлось, но общее планировочное решение — собирать пазл, создавая подобные, но нетиповые секции из комбинации элементов, многократно используемых и индивидуальных, — осталось. И нам как архитекторам было важно, чтобы застройка не получилась скучной, однообразной, банальной и напоминающей стандартные панельные здания. Поэтому мы решили применить цвет.

Допускаю, для европейцев наш проект немного crazy

P.M.: Как рассказал нам Александр Попов, идея сделать цвет основой образа была навеяна винтажным мозаичным панно. Но как вы пришли к практическому решению окрасить стены и крыши в тон, а затем создать такой разноцветный хаос в масштабе всего участка? Каким то референсом, возможно, навеяло?

Д. В.: Действительно, когда мы с Сашей нашли мозаику — я бы сказал, отыскали «колористический код мечты», который вел нас за собой и общим художественным образом, и даже отдельными сочетаниями цветов. Но этот код вне архитектурной плоскости! А что касается архитектурной практики, то никаких референсов не было, потому что никто никогда ничего подобного не делал. Архитектура КТ — это чистый результат многочасовых мозговых штурмов, рассмотрения и отбраковки вариантов.

P.M.: Мы как‑то видели, как во внутреннем дворике офиса вы с коллегами расставляли у стены образцы-выкраски, рассматривали их, меняли местами, обсуждали, выбирали. Процесс отбора цветов и цветовых комбинаций для «Комфорт Тауна» происходил именно так?

Д. В.: Да. Прежде всего надо было грамотно собрать каждый домик-призму. Скатная крыша из металла и вертикальная оштукатуренная стена — два совершенно разных материала, которые совершенно по‑разному работают при естественном освещении. Металл «глянцевит», он отражает, принимает на себя цвет неба. Когда вы рассматриваете такой образец в помещении, то цветопередача искажается под теплым светом, к тому же металл отражает все ярко окрашенные предметы в комнате. Если вы выносите его на улицу, то в вертикальном положении увидите один цвет, а в наклонном — уже другой. Штукатурка, наоборот, матовая и ничего не отражает. И вот эти манипуляции, которые вы наблюдали во дворе, производятся с целью подогнать цвет одного материала с учетом всех рефлексов под другой. На «Комфорт Тауне» нам предстояло подружить эти цвета, учитывая не только разницу в материалах, но и угол наклона кровли. Он примерно одинаковый, плюс-минус 30 градусов, мы подбирали его, стараясь уменьшить снеговую нагрузку на кровлю.

P.M.: А чем был обусловлен выбор цветовой палитры?

Д. В.: Прежде всего мы старались избежать излишней пастельности. В 2008—2009 гг. Киев застраивался зданиями в бежевом, коричневом, светло-желтом и персиковом цвете. Что‑то ярче боялись применять. Ну и облицовочный кирпич, конечно, использовался. В итоге все объекты выглядели одинаково. Поэтому решили создать открытые, чистые и более яркие цвета. Но когда попробовали применить максимально насыщенную цветовую гамму из чистых тонов спектра, стало очевидно, что она перегружает восприятие. Мы разделили цвета на две группы — яркие и пастельные. Яркие должны были доминировать, работать как акценты, а пастельные разряжать эту яркость. И поскольку мы намеревались вписаться в бюджет, то ориентировались на стандартную цветовую линию производителей металла. Из их, честно скажем, небогатой палитры выбрали желтый, оранжевый, бордовый и голубой. Остальные делались по индивидуальному заказу.

Скатные крыши — это возможность получить богатый, неординарный силуэт

P.M.: Необходимо ведь было не только подружить цвет крыши и фасада, но и создать гармоничную общую композицию. Как это происходило?

Д. В.: Логика была такая: акцентные секции, угловые или занимающие наиболее видовые позиции делались яркими. Секции рядовые — смешанными. Самые высокие здания мы преднамеренно выкрашивали в пастельные цвета, чтобы они не доминировали в композиции. Если обратите внимание — они светло-терракотовые, салатовые, светло-голубые. Общую комбинацию складывали уже чисто интуитивно, выбирая из разных вариантов. В этом очень помогла наша Марина Нестеренко, которая обладает идеальным вкусом.

P.M.: И все‑таки колористика — это почти наука. Целый Институт цвета Panton занимается тем, что выбирает «цвет года», на который потом ориентируются дизайнеры во всем мире. А вы все‑таки принимали решение самостоятельно. Не опасались промахнуться в столь тонком вопросе?

Д. В.: Наверное, если б у нас стояла задача выбрать «цвет года», то стоило бы основать институт и целый год консультироваться с колористами. Но мы же работали в очень жестких рамках. И временных, и бюджетных. И в условиях ограниченного выбора материалов.

P.M.: В зарубежных крупных архитектурных бюро, возможно, подобные вопросы решают целые выделенные отделы?

Д. В.: Если честно, никогда именно этим не интересовался. Возможно, если ресурс больше или задача сложнее. В зарубежных командах обычно очень четко выделена специализация всех сотрудников. У нас тоже была сборная команда специалистов и, главное, была Марина.

P.M.: Признание на WAF, можно сказать, обнуляет все сомнения предыдущих лет. Но если вспомнить критику, которую пришлось за 10 лет выслушать, в том числе со стороны членов профессионального сообщества, то к чему именно она сводилась?

Д. В.: «Слишком ярко». Думаю, это относится и к общей палитре, и к сочетанию. Да, для тех, кто любит пастельные тона, «Комфорт Таун» слишком яркий. Но делать очередной объект «а-ля Киевгорстрой», в бежево-коричневой гамме, не имело никакого смысла. Такие цвета хороши, когда применяются в сочетании с качественными штучными материалами. Где главными являются сама эстетика материала, четкие грани, проработка узлов. Так сейчас делают «Рыбальский». Используются красивые, дорогие материалы — уже не надо бороться за цвет. Но когда в вашем распоряжении только штукатурка и белая металлопластиковая рама, попробуйте поиграть с ними! Да, когда мы проектировали ЖК «Республика», то смогли реализовать еще более сложное цветовое решение, сочетая четыре цвета, и на каждый из цветов — по три оттенка. Но к этому времени уже появилась возможность облицевать первые этажи мозаичной штукатуркой, применить русты, расшивку. А на момент проектирования «Комфорт Тауна» в нашем распоряжении не было ни разнообразной палитры, ни материалов. И если бы все сделали в пастели — получилось бы скучно.

ЖК “Комфорт Таун”

P.M.: Что ж, вы не просто поиграли с цветом, но и в итоге выиграли. И 2019 г., юбилейный для проекта, оказался насыщенным — изображение с дрона использовалось в презентации нового планшета Apple, вы получили премию в самом авторитетном архитектурном конкурсе WAF. А еще весной в Los Angeles Times вышла целая статья о «Комфорт Тауне». И насколько мы поняли, журналисты LA Times тоже среагировали именно на цвет? Им понравилось?

Д. В.: Журналисты обычно не занимаются оцениванием. Оценку дают читатели. А журналисты LA Times рассказали о неординарном, на их взгляд, факте. Думаю, их спровоцировал приехать и взглянуть на «Комфорт Таун» наш харьковский коллега Олег Дроздов, который приводил нашу работу как пример «антисоветской жилой застройки». Я не уверен, что Олег имел в виду «это хорошо», но такая характеристика заставила журналистов обратить внимание на объект. Я не думаю, что гостям из более развитых стран Европы и Америки наши проекты могут именно «понравиться». Скорее, они среагируют на то, что выглядит, по их мнению, неординарно, нетривиально. Они привыкли к более сдержанной, качественной, более дорогой архитектуре. Вот вам, если бы вы приехали в Тайланд или в Камбоджу, понравились бы их села? Вряд ли, но вы оцените их самобытность, оригинальность, локальный колорит.

P.M.: Тем не менее жюри WAF высоко оценило ваш проект. Не считаете, что, возможно, судьи WAF слегка уже устали от высококачественной и достаточно однородной архитектуры успешных стран, от доминировавших десятилетиями сдержанных и лаконичных цветов?

Д. В.: Расскажу две истории. Недавно в Киеве прошел форум девелоперов (III Residential Development Forum. — Прим. ред), который организовывали Red Community. Польским девелоперам решили показать, что же было построено в Киеве за последние годы. Им провели экскурсию по территории нескольких комплексов, в частности по ЖК «Файна Таун». Там сдержанная архитектура, клинкерный кирпич, словом, вполне европейский уровень и архитектуры, и благоустройства с подземными мусорниками, пешеходными дворами. Поляки посмотрели, покивали и признали: «У нас так же». Один из наших архитекторов понял, что они пока не удивлены, и показал им фотографии ЖК «Республика», где тоже использован цвет. И тут польский девелопер оживился и говорит: «Вот это креативно!» Сейчас украинские девелоперы стремятся скопировать европейские проекты. Но для Европы все это уже давно воспринимается как базовый, общепринятый уровень. Для них интересно прежде всего то, что выделяется из ряда.

И вторая история. На первой защите «Комфорт Тауна» на WAF, где мы также вышли в финал в номинации Housing — Completed Buildings, одна из судей задала нам вопрос: «Скажите, а вам пришлось как‑то специально согласовывать с вашим муниципалитетом применение таких ярких цветов в данном районе?» Я думаю, наша ситуация, когда мы не связаны подобными ограничениями, вызывает у европейцев некое недоумение. Потому что реализовать подобный проект у них было бы очень сложно из‑за длительной процедуры согласований, градостроительных ограничений, которые касаются и цветовых кодов. Допускаю, что наш проект с точки зрения архитектора-европейца выглядит немного crazy.

Яркие цвета доминируют, работают как акценты, а пастельные разряжают эту яркость

P.M.: Можно считать, что с наградой, полученной на WAF, цветная история логически завершена, проект состоялся, гештальт закрыт. Второго «Комфорт Тауна» быть не может. И что же теперь — в каком направлении креативить украинским архитекторам?

Д. В.: «Комфорт Таун» действительно стал триггером в истории с применением цвета в Украине. После нас начали активно применять цвет. Чаще — применять как попало. В 2010—2012 гг. появилось много жилых комплексов, разукрашенных вне всякой концепции и непонятно для чего.

Сейчас в Украине трендом в архитектуре считается максимально точное копирование либо американских, либо европейских проектов или тенденций. Чем точнее скопирована какая‑то европейская застройка, тем более крутым считается архитектор. Мы превращаемся в страну копирования, снимаем кальки и пытаемся их адаптировать под себя. На конференции Architecture of the Future была дискуссия между представителями двух крупных девелоперских структур, которые обсуждали, нужны ли Киеву здания-символы. Вспоминали «Город искусств и наук» Сантьяго Калатравы, музей Гуггенхайма в Бильбао Фрэнка Гери. Лукаш Платковски, принципал и дизайн-директор компании Gensler, прокомментировал это так: «Ребята, а вы же знаете, конечно, знаменитый небоскреб MahaNakhon в Бангкоке с очень необычным «пиксельным» фасадом? Но практически никто из туристов не приезжает для того, чтобы увидеть этот небоскреб. Все ездят смотреть трущобы, где торгуют из палаток, где необычные кафе. Туда приезжают за колоритом, за аутентичностью. Вот какое аутентичное направление надо развивать в Киеве, чтобы привлечь туристов?»

ЖК “Комфорт Таун”

P.M.: И каков был ответ?

Д. В.: К сожалению, ни один из девелоперов не смог дать ответ по сути. Для меня вопрос можно перефразировать так: «Что в нашей архитектуре должно отличать нас от всего мира?» Если четко сформулировать, что же можно назвать украинской аутентикой, то это одновременно будет ответом на вопрос «В каком направлении креативить?» Мне кажется, ответ надо искать среди локального контекста — условий, технологий, ограничений. Да, ограничения, даже ментальные, даже смешные, даже те, что из‑за бедности, мы можем превратить в ценности. Надо лишь правильно сформулировать ответ.

 

Александр Симонов

Руководитель конкурсного направления компании archimatika

Александр Симонов, руководитель конкурсного направления компании archimatika

PRAGMATIKA.MEDIA: Вы готовили презентации проектов от компании archimatika на WAF, а вот удалось ли лично поучаствовать в проектировании? Или на момент вашего прихода в archimatika «Комфорт Таун» уже был достроен? С чего именно для Александра Симонова началась эта цветная история?

Александр Симонов: Я пришел в компанию archimatika 3,5 года назад, но до этого купил квартиру в ЖК «Комфорт Таун». Получилось так, что именно это в итоге и привело меня сюда. Помню, что, поднявшись на 22 этаж ЖК «Мега-сити», с балкона я увидел яркое цветное пятно «Комфорт Тауна». И подумал: «О, цветные домики, а пойдемте‑ка посмотрим!» Придя в ЖК, увидел местные лендмарки — «Мельницу», «Оленя», «Тюбики», «Прищепку». Увидел ухоженные дворы без запаркованных автомобилей. И загорелся. Я уже тогда учился в архитектурном вузе и понимал, что хорошо, а что плохо. Выбор в пользу ЖК «Комфорт Таун» был совершенно логичным.

Р.М.: А не смущали студента-архитектора яркие цвета фасадов? Ведь и тогда, и сейчас в тренде аскетичность, сдержанность, лаконичность в массовой жилой архитектуре.

А. С.: Нет, абсолютно. С того же балкона я заметил, что эти домики (а на тот момент были готовы первые три очереди) уже сформировали сложную, небанальную цветную схему. И на фоне окружающей среды, — а был март, когда все вокруг серое, грязное, — «Комфорт Таун» смотрелся очень выигрышно. Так что цвет не смутил, а как раз привлек. Уже потом важно было выбрать по цвету дом, в котором предстояло жить. Хотелось обитать в желтом. Или в персиковом. Оранжевый — точно нет. Был еще насыщенный красный, марсала — подумал, что возможно… Так что изучил макет и выбрал. Потом, конечно, выяснилось, что главное не то, какого цвета твой дом, а какого цвета здание напротив.

Главное не то, какого цвета твой дом, а какого цвета здание напротив

Р.М.: А каким образом ваш приход в archimatika оказался связан с этой историей?

А. С.: Я познакомился с Александром Поповым на слушаниях в Fedoriv Hub. На тот момент я уже около года жил в «Комфорт Тауне» и о компании archimatika знал только, что это они все проектировали. И на этой встрече я вычислил Александра Попова, подошел с вопросом к нему. Вот так и познакомились. Это стало началом сотрудничества.

Р.М.: Как именно вы выбирали проекты для подачи на участие в конкурсе WAF 2019, по какому принципу?

А. С.: Существуют четкие и подробные условия участия в WAF. «Комфорт Таун» соответствовал всем правилам в номинации «Лучшая архитектура», поскольку это полностью завершенный проект. Мы изучили работы, победившие ранее. Был фактор неожиданности, такое послевкусие: «А что, так можно было?» Я подумал, что, скорее всего, западным архитекторам будет интересно увидеть, как 50 га можно завалить цветными домиками. В рамках Украины «Комфорт Таун» сыграл как трендсеттер, продемонстрировав, что возможны благоустроенные внутренние дворы без машин. Для Европы это, конечно, совершенно стандартно. А вот такое количество цвета совсем нетипично. И я вспомнил, что американские коллеги, когда увидели «Комфорт Таун», были воодушевлены и сказали: Wow, it’s so fucking colorful!

ЖК “Комфорт Таун”

И вот мы заявили «Комфорт Таун» в номинации «Лучшая архитектура». И прошли в финал! Но когда заполняешь заявку, можно пройти ряд дополнительных опций-номинаций, в том числе «Лучшее использование цвета». И я просто поставил галочку. Саша и Дима (Попов и Васильев. — Прим. ред.) даже не знали, что мы подались еще и на эту номинацию.

В заявке мы подробно описали внутренние дворы без машин, низкую высотность, планировки, все паблики, которые создали, и разграничение пешеходных и автомобильных маршрутов. В итоге «Комфорт Таун» и наш проект для Нью-Йорка Snail-apartments (заявленный в номинации Future Project) в середине лета успешно прошли в финал конкурса и оказались в шорт-листах. А чуть позже, в августе, нам прислали извещение, что «Комфорт Таун» продвинулся в финал еще и в номинации «Лучшее использование цвета».

Р.М.: Вы отвечали за подготовку презентаций для защиты проектов в Амстердаме. По какому принципу расставлялись акценты, на что делался упор?

А. С.: В одной из презентаций мы подробно сконцентрировались на качестве жилой архитектуры. Описали все бенефиты, историю, как это стало трендом в Украине. И сказали, что сегодня именно благодаря нам жилье с машинами во дворе уже стало непопулярным. Для защиты в «цветной» номинации мы использовали часть стандартной программы, но главное — рассказывали о том, что основным было создание контраста. Подобрали самые красноречивые фотографии панелек, расположенных вокруг убитых дворов. Показали фотографии Позняков с коптера с пугающими высотками и со зданиями, которые раскрашены в токсичные цвета. Все эти «человейники» начинали строиться в том же 2009‑м, но их качество совершенно иное.

Так что вначале мы запугали международное жюри нашими реалиями, тем, насколько все было плохо, страшно, угнетающе. И сыграли на контрастах, ведь наша цель — бросить вызов этому унынию и создать в абсолютно неблагоприятной среде то, что в корне изменило бы восприятие района. Сейчас «Комфорт Таун» — это цветной лендмарк всего Левого берега. Когда я лечу в самолете над Киевом, четко вижу свой дом.

Сейчас «Комфорт Таун» — это цветной лендмарк всего Левого берега Киева

Р.М.: Обычно члены жюри не откровенничают о мотивах своих решений, но, возможно, удалось получить какую‑то инсайдерскую информацию о том, что же стало главным аргументом в пользу «Комфорт Тауна»?

А. С.: Сразу после защиты к нам подошел Аксель Дембергер из компании EASTMAN, которая как раз и является партнером конкурса в номинации «Лучшее использование цвета». Он сказал, что в жюри шла очень горячая дискуссия насчет того, кто станет победителем. Как мы поняли, мнения четырех членов жюри этой номинации разделились. Среди наших конкурентов выделялась школа в Китае, где проектировщики очень уместно применили цвет. И госпиталь в Австралии — общественное здание зеленого оттенка. Тоже все логично и уместно. А когда нам уже вручили награду, Аксель еще раз с нами пообщался, поздравил и сказал, что за нас голосовал лично Питер Кук. В номинациях кроме победителя иногда жюри выбирает проект Highly Commended Buildings — высоко оцененный, но недотянувший до победы. И когда в нашей номинации объявили, что один из проектов получает звание Highly Commended, то надеялись, а вдруг это мы?.. Это уже было бы крупной победой. Но награду получил госпиталь в Австралии. Мы напряглись. И вдруг объявляют «Комфорт Таун»!

Даже если перекрасить «Комфорт Таун» в белый, он не потеряет в качестве

Р.М.: Ваше личное мнение: что же произвело такое впечатление на жюри? Прием с противопоставлением цветного комплекса бетонному унылому гетто или европейцы просто слегка соскучились по цвету?

А. С.: Цветного жилья в мире мало, обычно оно нейтральных тонов. Но я считаю, в нашем случае главную роль сыграла история о том, как мы принесли надежду в этот район. Потому что «Комфорт Таун» сразу оброс какими‑то бизнесами, инфраструктурой, рынками, автомойками. Вокруг начала бурлить жизнь. Так что это история про надежду. Скажу честно: мы давили на жалость. Во всем этом районе еще 10 лет назад было всего одно цветное пятно — мозаика на стене Института химии. И мы решили рассказать, что нам нужна надежда на лучшее будущее, на более яркую жизнь.

Питер Кук нам поверил. Он очень любит истории, как я заметил. У членов жюри, мне кажется, был «ментальный разрыв»: ну как же это — цветные домики на 50 га! Они просто не ожидали, что где‑то на постсоветском пространстве кто‑то может использовать цвет так открыто, так нагло и при этом не пошло. Мне кажется, европейцам было просто интересно на нас посмотреть — на архитекторов, достаточно сумасшедших для того, чтобы раскрасить 50 га в безумные цвета.

Р.М.: Но эту карту с разноцветным жилым комплексом в сером районе возможно разыграть только один раз. Не может быть в Киеве нескольких «Комфорт Таунов»?

А. С.: Нет. «Комфорт Таун» появился в нужное время и в нужном месте. Жюри нам тоже задавало вопрос: «А много ли после вашего проекта в городе появилось цветных домов?» Если посмотреть, что происходило в Киеве после появления «Комфорт Тауна», то множество новостроек начали раскрашивать. Но использование цвета уже получилось не то.

ЖК “Комфорт Таун”

Это разовая акция, когда наглое, открытое использование цвета сработало и комбинация оттенков получилась правильная. Да, были желающие повторить этот прием, но так уже не получалось. Не было масштабности, парцелляции. В «Комфорт Тауне» цвет — один из ключевых факторов, но не единственный. А многие, увидев успех и скорость продажи квартир, подумали: «О, сейчас цветной домик купит кто угодно!» Разукрасили панельку в яркие цвета, но продажи не пошли. Потому что нет благоустройства, нет зеленых внутренних дворов, пониженной этажности, хороших планировок, покатых крыш, французских балконов. Цвет — всего лишь один из факторов, который повлиял на успех «Комфорт Тауна» и как коммерческого проекта, и как архитектурного. Даже если мы сейчас перекрасим этот жилой комплекс в белый, он не потеряет в качестве.

 

Маркос Розелло

Директор и основатель архитектурной студии aLL Design, член судейской коллегии WAF

Маркос Розелло, директор и основатель архитектурной студии aLL Design, член судейской коллегии WAF

PRAGMATIKA.MEDIA: Архитекторы всегда осторожно подходят к использованию цвета в жилой архитектуре, обычно применяя его в проектах акцентных зданий. Мы просмотрели историю наград и шорт-листы WAF за последние 3 года и не нашли среди лауреатов Use of Colour Prize проектов жилых зданий. Чем именно проект компании archimatika привлек внимание судей и что стало решающим аргументом в его пользу?

Маркос Розелло: Это было настолько смело, что сразу привлекло внимание. Нам понравился проект в целом. Цвет придает ему чувственность, которая выгодно выделяет проект и делает заметным даже среди динамичного сообщества. Во всех конкурсных работах успешно использован цвет, но мы решили, что archimatika вышла на качественно новый уровень.

P.M.: Можно ли сказать, что более чем вековое доминирование белого цвета в мировой архитектуре привело к некоторой «усталости» и сейчас мы все ищем новый лидирующий цвет?

М. Р.: Я не согласен с этим. Цвет — это субъективный инструмент, который используют в разных культурах совершенно по‑разному. Поэтому такое общее утверждение слишком упрощенное.

Это было настолько смело, что сразу привлекло внимание. Нам понравился проект в целом

P.M.: Возможен ли в применении к архитектуре некий цветовой диктат, влияние, подобное тому, что оказывает Институт Pantone на дизайн? Или архитектура остается выше моды?

М. Р.: Я думаю, что в архитектуре есть определенные тенденции, и вы видите, как те или иные цвета используются в разные периоды. В настоящий момент я нахожу интересной свободу в использовании цвета. На мой взгляд, это позитивно, так как многие города слишком долго были серыми. Нам нужен цвет, чтобы взбодрить нас, особенно тоскливым серым утром.